Константин Кривцун - Переводчики

Алина скрестила руки на груди и демонстративно уставилась в стол, краем глаза заметив, с каким осуждением смотрит на неё Виктор.

Брюнет неожиданно придвинулся к ней и заговорил:

– Поверь, я знаю, что значит "плохо" и "больно"! Я специально попросил Витю привести тебя сюда, потому что хотел побеседовать на моей территории. Удели мне пару минут своего драгоценного времени. Пожалуйста.

Глаза незнакомца по-прежнему смотрели спокойно и прямо, но теперь Алина стала понимать, что этот взгляд – всего лишь ширма, хорошая декорация, за которой скрываются страх, боль и смерть.

Ржали девицы за соседним столиком. Спиртное лилось рекой. Ещё двое в синих комбинезонах вкололи себе в шею сладкой отравы.

– Тогда давайте начнём сначала! – Алина переводила взгляд с брюнета на Виктора и обратно. – Кто вы такие и что хотите от меня?

– Меня можешь называть Зверем, – улыбнулся брюнет. – Я старший Переводчик. Главный над теми, кто обеспечивает Переходы всех грузов между Станциями. Да, именно мы занимаемся тем, что транспортируем объекты через вне-пространство…

Алина примерно представляла себе этот цикл. "Системники" собирают по планетам грузы и пассажиров, привозят их к Станции. Здесь они сортируются по месту назначения, а затем партиями отправляются в Переход к другим Станциям. Станции – это нечто вроде гигантского космического телепорта.

– И что же такого почётного в том, чтобы нажимать на кнопки? – ехидно поинтересовалась девушка. – Откуда столько поблажек?

Виктор хотел что-то ответить, но Зверь жестом прервал его:

– Техника, компьютеры, потоки энергии – всё это мишура! Переход делает возможным только сам человек! Силой своей воли и разума он строит мосты из одной точки Вселенной в другую. Обменивает быстрое перемещение объекта на боль и ужас встречи с вне-пространством и космосом! Минуты Перехода – это минуты на грани жизни и смерти. Океан боли и реки страха. Чуждые всей нашей природе силы противостоят любым разумным действиям во вне-пространстве. Мы – силы порядка, стремящиеся побороть энтропию…

Зверь рассказывал о том, как тяжело переводить объекты через вне-пространство. Как Переводчик разделяется на три отдельных, но единых существа, размазывается, словно элементарная частица, подчиняющаяся принципу неопределенности Гейзенберга. Зверь вздыхал, что так и не нашли препарат, притупляющий боль и ужас. Сокрушался, что Переводчики слишком быстро сходят с ума или умирают. Только алкоголь и наркотики дарили кратковременное забытье. Только для смертельно больных и самоубийц была открыта дорога в Переводчики.

– Я знаю, что ты пыталась убить себя, – медленно говорил Зверь, – знаю, что ты потеряла всё, что имела. Нас мало, мы быстро прощаемся с рассудком и этим миром. Поэтому ты очень нужна нам, Алина! Присоединись к нам! Прошу!

Девушка снова оглядела всю эту пёструю компанию наркоманов и алкоголиков, уже заражённых вирусом боли и страха, затем пристально посмотрела на Зверя.

– Ты не похож на остальных Переводчиков! – заметила она. – Ты спокойнее и кажешься более здоровым. Ты ведь просто вербовщик, да?

– Нет, зайка! – устало потёр переносицу брюнет. – Я каждый день перевожу груз. И да, ты права, я не пью и не употребляю наркотики. Я вырастил в себе защитную идеологию. Очень подходящую именно для меня. Позволившую мне продержаться дольше других и стать тут главным.

– Почему это она годится только для тебя? – хмыкнула Алина.

– Тебе она тоже, наверное, поможет, солнышко! – уверенно кивнул Зверь. – Если согласишься работать с нами, я расскажу тебе этот простой секрет.

Что Алине было терять? Чем жертвовать? Дома, семьи, друзей у неё не осталось. Если согласится – то сможет помогать людям, станет незаменимой шестерёнкой в адской машине человеческого прогресса. Подарит людям возможность продвинуться глубже в космос, возможно, сделать его немного добрее. Может быть, даже спасёт чьи-то жизни…

И главное – сможет забыть обо всем, что с ней случилось в тонущем городе.

Алина не боялась ни сумасшествия, ни смерти. Вполне возможно, что ей даже нужно умереть или свихнуться!

И рядом всегда будет он – Зверь – совсем не страшный, с черными омутами глаз и тихим низким голосом, отдающим сталью.

Наверное, это самый лучший вариант будущего. Её будущего.

– Хорошо, я согласна! – решительно произнесла девушка. – А теперь расскажи свой секрет!

Зверь наклонился к ней, практически прижался губами к её уху. От его теплого дыхания шевельнулись волосы у Алины на виске.

– Ты поймёшь меня, ты такая же! – сказал ей Переводчик. – Чтобы продержаться здесь подольше, нужно воспринимать всё это как наказание!

Алина вздрогнула.

– Наказание за что? – прошептала она.

Некоторое время Зверь молчал. Он был совсем близко. Алина вдыхала его запах – смесь из одеколона, пота и чего-то неуловимо сладкого и химического. Сильный и уверенный хищник. По телу девушки разливалось тепло, отдаваясь сладкой пульсацией внизу живота.

– За убийство! – наконец произнёс Переводчик. – За убийство, которое ты совершила!

Алина отшатнулась и чуть не грохнулась со стула. К её горлу подкатил ком.

– Как? Откуда? – прохрипела девушка. – С чего ты вообще взял, что я убийца?

– Я знаю, я вижу, – ни один мускул не дрогнул на его лице. – Я тоже прошёл через это. Чтобы выбраться и выжить, тебе пришлось оставить кого-то из близких умирать в воде. И теперь ты ненавидишь себя за это. Именно поэтому ты не хочешь жить и режешь себе вены. С нами ты получишь шанс искупить вину!

Алина округлившимися глазами посмотрела на него, потом на Виктора, а затем из глаз её хлынули слёзы.

Впервые за эти четыре дня она смогла заплакать.

Засветились экраны диагностики, тонко запели приводы кресла, поднимая Алину в центр помещения. Скоро уже…

От дверей залы за девушкой наблюдал Зверь.

– Переводи их, Алина! – его спокойные чёрные глаза глядели ей прямо в душу. – Мы все с тобой!

Массивы данных неслись по системным шинам, процессоры проводили последние расчеты, гигаватты энергии собирались воедино, чтобы обеспечить Переход.

А потом – вспышка!

Светка, которая зачем-то стала размахивать руками и орать, и которую Алине пришлось сбросить в воду.

Тонущая мать, которую девушка не смогла вытащить из-под рухнувших перекрытий крыши.

Собака Ляська, выскользнувшая из её замерзающих рук.

Всё ушло. Всё осталось где-то там, в другом, нелепом и игрушечном мире. Там, где Алины сейчас не было. Настоящее же теперь находилось лишь здесь – во вне-пространстве. В ярком шаре, сводящем с ума и раздирающем само её существо на части.