Владимир Третьяков - Марсианские тайны

Ознакомительный фрагмент

– Пожалуй, – согласилась с ним Наташа. – Ты прав, Матти, а иначе процесс вашего перевоспитания будет выглядеть слегка односторонним, с перекосом в твою сторону.

Братья-астрономы непонимающе переглянулись, но взглянув на аккуратно висящую на вешалке доху Матти, и стоящие под вешалкой его же унты, сразу все поняли и беспрекословно принялись устранять допущенные ими недочеты.

Вскоре после этого коллектив обсерватории дружно сидел за столом и за обе щеки уплетал гречневую кашу с тушенкой, не забывая при этом развивать выдвинутую Сергеем рабочую гипотезу.

– Да, действительно, внешнюю дверь мог открыть только человек, – тщательно вычищая свою тарелку корочкой хлеба, произнес Пеньков. – Пиявке такое не дано.

– Это лишь при том условии, если пиявки не представляют из себя разумных обитателей Марса, – возразил ему Сергей.

– Володя, давай я тебе добавочки дам, – сказала Наташа. Она уже окончательно успокоилась.

– А Рыбкин? – с деланным равнодушием спросил Пеньков.

– Феликс, как правило, у нас почти ничего не ест, – резонно заметил Сергей. – Он все больше на кофе налегает. Так что, кушай, сынку, и здоровей.

– А с кофе, пацаны, у нас, похоже, начинаются проблемы, – вторил ему Матти. – Даже не с кофе, его-то у нас еще много, равно, как и чаю. А вот воды – мало. Я прав, Наташа?

– Да, – подтвердила Наташа, передавая Пенькову его тарелку. – С водой, действительно, дела обстоят очень плохо. Больше одного бокала я вам сегодня не налью. Каша еще есть, я, как чувствовала, что вы сегодня проголодаетесь. А воды совсем мало.

– Серега завтра сгоняет, – беспечно проворковал Пеньков, стремительно поглощая вторую порцию. – Ему завтра все одно на Теплый Сырт свои графики вести. Заодно и воды наберет.

– Дело не в том, – озабоченно произнесла Наташа. – Воды мало не только у нас, и не только сейчас. Она заканчивается вообще. Если в ближайшие дни не найдется дополнительный источник, нам придется переезжать.

– У-у-у… – протянул Сергей. – Невеселая перспектива. Сворачивай, оборудование, пакуй оборудование, перевози оборудование, снова устанавливай оборудование, да так, чтобы ничего не сломалось, не испортилось. Но, ведь, име таких коллег, говорю авторитетно: поломки просто неизбежны.

В этот момент отчетливо щелкнула внешняя дверь. Сидевшие за столом тут же разом напряглись, и лишь спустя несколько секунд, пришедший в себя Матти, крикнул:

– Феликс, это ты?

В ответ по внутренней двери дважды отчетливо стукнули чем-то тяжелым, словно отвечая утвердительно на заданный вопрос. Вскоре в прихожку шагнул следопыт. Он снял с лица маску и вежливо произнес:

– Здравствуйте, к вам сегодня можно?

Мужской состав обсерватории при этом перенес все внимание на своего начальника и дружно спросил:

– Наташенька, тут Рыбкин пришел. Ему к нам можно?

– Проходи, Феликс, – ответила зардевшаяся от смущения Наташа. – Ты же знаешь, мы тебе всегда рады. Садись с нами ужинать. У нас сегодня гречневая каша.

– С тушенкой, – уточнил Матти.

– Вкуснейшая, – подтвердил Сергей. – Вон, Вовка, уже третью порцию приканчивает, скоро тарелку грызть начнет. А все наша Наташенька, рукодельница – начальница! Нет, наоборот: она, прежде всего, начальница, а уж потом, следует говорить о ее положительных качествах.

– Я, что, уже плохая для тебя начальница!? – возмущенно воскликнула Наташа, замахиваясь на Сергея ложкой, на что тот, прикрывшись руками, со смехом ретировался из-за стола.

– Спасибо, – тихо произнес Феликс, скромно садясь на краешек табурета. – Давайте вашей каши, я с удовольствием поем, а то ушел с Сырта еще до ужина. И, если можно – кофе.

– М-да… – неопределенно произнес Пеньков.

– М-да… – вторил ему Матти.

– Что такое? – насторожился Феликс.

– Понимаешь, как бы тебе… – замялся Матти, – короче, с водой у нас напряг.

– Это общая проблема, а не только ваша, – машинально произнес Рыбкин. – Мы продолжаем поиск воды, и именно поэтому я сегодня к вам пришел.

– А-а-а… – с деланным разочарованием протянул мужской состав обсерватории. – А мы-то думали…

– Нет, ну это, конечно тоже… – смутился Феликс. – Но… поиск воды, я думаю, сейчас важнее любых личных дел.

– Да не слушай этих оболтусов, Феликс! – воскликнула покрасневшая до корней волос Наташа. – Придумают же… вы еще сватать меня начните… Лучше скажи, где вы собираетесь искать воду?

– Рядом с вами, – ответил Рыбкин, сосредоточенно пережевывая кашу. – Юрковский во время облавы заметил, что одно из строений Старой базы очень напоминает водонапорную башню. Вот мы и хотим провести более тщательное исследование этого… объекта.

– А пиявки? – спросил Пеньков. – Не страшно?

– Вы знаете, – Рыбкин доел кашу и принялся за кофе, аккуратно отхлебывая мелкими глотками горячий напиток, – сегодня я порядочно походил, но так и не встретил ни одной. Ребята так же говорят, что не видят их.

– Неужели все же их истребили во время облавы? – спросил Сергей.

– Не знаю, – отозвался Феликс. – Возможно и не всех, но сейчас их, почему-то, не видно.

– Видимо, в свои норы ушли, раны зализывают, – пробормотал Пеньков.

– Кстати, Феликс, а ты к нам сегодня до этого не заходил? – задала давно мучивший всех обитателей обсерватории вопрос Наташа.

– Нет, – как-то сразу подобравшись, ответил Феликс. – А что, у вас что-то случилось?

– Случилось… – протянула Наташа, и вкратце пересказала недавнее происшествие. Феликс внимательно, и не перебивая, выслушал, допил кофе, немного помолчал, а потом сказал:

– А я ведь по пути к вам встретил кого-то.

– Кого? – в голос спросили Матти и Наташа.

– Не знаю, – ответил Рыбкин, задумчиво вертя в руке пустую кружку. – Я когда шел к вам, специально сделал небольшой крюк. Подошел к Старой Базе, прошелся по развалинам. Так, без всякой цели, просто было интересно еще раз глянуть на эту «водонапорную башню». Потом пошел к вам, и по пути встретил этого человека, который шел в сторону Старой базы.

Окликнул его, но он почему-то не отозвался. И вот теперь я думаю: а кого же я встретил?

Конец ознакомительного фрагмента