Вилли Петрицкий - Лицом к свету

Первым побуждением Кроу было снять надоевший шлем и приступить к трапезе. Но победила привычная осторожность.

И хотя проба атмосферы показала, что кислорода в ней достаточно и что температура и давление близки к привычным, Кроу не снял шлема, не притронулся к еде и даже не взял с собой портрета матери.

"Пытаются приручить меня, - думал он. - Очевидно, хотят выведать что-нибудь о Санта-Кулу. Хорошо. Я поддамся им. Надо изменить тактику. По крайней мере прекратить пальбу. Патроны мне еще пригодятся. Их следует поберечь".

Перед дорогой Кроу поел. Пища из тубов показалась ему безвкусной и не вызвала обычного прилива сил. Он хотел было ударом ноги опрокинуть манивший его стол с яствами, но, вспомнив о новой тактике, воздержался.

Дэйв шагал и думал о хорошем. О "милых" аборигенах. О своем страстном желании познакомиться с ними.

...Это случилось, когда ночной мрак дрогнул, и, колеблемый предутренним ветерком, начал отступать.

Кроу остановился передохнуть и неожиданно заметил, что световые полосы приближаются к нему. Он увидел странные куполообразные сооружения с эллипсоидными и круглыми отверстиями. Сооружения эти напоминали ему отрубленные головы великанов, которые он рассматривал втайне от мамы на картинках в старинных и страшных детских книжках.

Из отверстий ближайшего сооружения выкатились приплюснутые шары. Они неторопливо двигались, протягивая к нему, Дейву Кроу, руки-щупальца.

И Дэйв не выдержал. Он выхватил пистолет и открыл стрельбу по атакующим его шарам.

Расплющенные пули падали у его ног, но он не замечал этого. Когда пистолет стал бесполезен, он отбросил его в сторону.

"Попался!.. Но почему, почему они медлят!.. Может быть, в самом деле, не хотят мне ничего плохого?.."

Но уже через мгновение Кроу отбросил эту мысль: "Нет! Схватка неизбежна!"

Он пошел, почти побежал навстречу чудовищам-шарам, хотя уже не видел их. Дыхание его стало затрудненным, и Дэйв отупил, что запас кислорода на исходе. Мелькнула мысль: надо включить воздухозаборник. Но поглощенный жаждой близкой и теперь уже неотвратимой схватки, он не сделал этого. Он бежал все медленнее и, споткнувшись, упал лицом к свету.

Первые солнечные лучи скользнули по скафандру. Они, словно щенки, тормошили лежащего человека, но он не шевелился.