Филипп Дик - Дублер президента

— Вы крупный мужчина, мистер Фишер, — отметил Брискин, — если мне позволено так сказать, дородный мужчина. Вы много занимаетесь спортом? Я спрашиваю вас потому, что отныне вы сможете передвигаться только в пределах этой комнаты.

— Конечно, — глубокомысленно сказал Макс, — государственный служащий всегда должен быть на своем месте. — Отлучаться мне нельзя ни днем ни ночью — порядок есть порядок, это я понимаю.

— Скажите, — начал Джим Брискин, — как вы… — Он Резко оборвал фразу и, повернувшись к операторам, стоящим сзади, произнес изменившимся голосом:

— Передача прервана. Какой-то человек протиснулся к Брискину и поспешно протянул ему наушники:

Нас прервал Юнисефалон — экстренный выпуск новостей.

Брискинбыстро надел наушники. Его лицо помрачнело:

— Оказывается, пришельцы настроены агрессивно. Он закусил губу, рыжий парик съехал набок. — Они атаковали.

В течение последующих суток пришельцам удалось не только прорваться в Солнечную систему, но и повредить Юнисефалон 40-Д. Максимилиан Фишер узнал новости утром, во время завтрака в кафетерии Белого дома.

— Мистер Максимилиан Фишер?

Макс поднял глаза на агентов секретной службы, окруживших его столик:

— Вроде так.

— Вы президент США.

— Да нет, — протянул Макс. — Я дублер президента, это, ребята, совсем другое дело. Один из агентов сообщил:

— Юнисефалон выведен из строя примерно на месяц. Так что, согласно поправке к конституции, вы становитесь одновременно президентом и главнокомандующим вооруженными силами. Мы — ваша охрана. — Агенты ухмыльнулись. Макс ухмыльнулся в ответ.

— Ну как, — спросил агент, — дошло?

— Похоже на то, — ответил Макс. Теперь он понял, почему, пока он стоял в очереди здесь, в кафетерии, служащие Белого дома перешептывались и как-то странно поглядывали на него. Он поставил на стол чашку, промокнул губы салфеткой, медленно и аккуратно, притворяясь, что погружен в приличествующие моменту размышления. На самом же деле в его голове не было ни одной мысли.

— Нам приказано, — продолжал агент, — проводить вас в бункер Совета национальной безопасности, где будет проходить совещание.

— Что касается стратегической политики, — заявил Макс, когда они вошли в лифт, — то по этому поводу У меня есть кое-какие мыслишки. Я думаю, что пора кончать с этими пришельцами, точно?

Агенты кивнули.

— Пусть они увидят, что мы их не боимся, — Макс был настроен по-боевому. — Мы же можем просто размазать эту мразь по стенке.

Агенты добродушно засмеялись.

— Мы чертовски сильны, и надо им показать это.

— Правильно, Макс, так им это и скажи, — посоветовал кто-то из агентов, и все, включая самого Максимилиана Фишера, опять засмеялись.

Внизу у лифта их остановил высокий, изящно одетый человек:

— Господин президент, я Джон Керк, пресс-секретарь Белого дома. Я считаю, что перед началом заседания Совета национальной безопасности вам необходимо обратиться к стране. В час величайшей опасности народ должен услышать своего президента. — Он протянул Максу несколько листков. — Вот заявление, составленное политическим консультативным комитетом. Оно поможет вам в…

— Пошел ты, — Макс оттолкнул листки, не взглянув на них. — Президент я,а не ты. А тебя не знаю и знать не хочу. Керк? Берк? Шерк? И слыхом не слыхивал о таком. Дай-ка микрофон, и я скажу мою речь. И позовите Пэта Ноубла — у этого парня всегда полно идей. — Но тут он вспомнил, что именно Пэт подложил ему свинью с дублерством. — Его не надо, — помотал головой Макс. — А микрофон дайте.

— Сейчас время кризиса, — раздраженно начал Керк.

— Правильно подметил, — кивнул Макс. — Теперь топай отсюда и больше в мои дела не лезь. Договорились? — Он добродушно хлопнул Керка по спине. — Так лучше будет для нас обоих.

Показалась группа людей с портативными телевизионными камерами и осветительной аппаратурой; среди них Макс увидел и Джима Брискина.

Эй, Джим-Джем, — завопил Макс. — Видишь, вот президент!

Лицо Джима Брискина осталось бесстрастным. — Настоящий президент, и во всякие модельки, игрушки яиграть не буду, — выпалил Макс, сердечно пожимая руку Брискину. — Спасибо, что пришел поздравить.

— Поздравить, — эхом отозвался Брискин.

— Спасибо, — повторил Макс, не отпуская руку Брискина. — Конечно, рано или поздно они починят свою тарахтелку, и я опять стану дублером, но пока…

Он широко улыбнулся. В коридор уже набилась куча народа: телевизионщики, служащие Белого дома, армейские офицеры, агенты секретной службы.

— Перед вами сложная задача, господин президент, — заметил Брискин.

— Ага, — согласился Макс.

У Брискина было такое выражение лица, будто он хотел добавить: «Справишься ли ты с ней — вот в чем вопрос, и тот ли ты вообще человек, чтобы совладать с властью?»

— Не сомневаюсь, что у меня получится, — заявил Макс в микрофон Брискина, чтобы слышала вся огромная аудитория.

— Возможно, вы правы, — с сомнением пробормотал Брискин.

— Эй, что-то я тебе больше не нравлюсь, — прищурился Макс. — В чем дело?

Брискин промолчал, но взгляд его был достаточно красноречив.

— Слушай, — сказал Макс. — Сейчас я президент. Я могу закрыть все твои дурацкие радиостанции — в любое время, когда захочу, могу послать к тебе ребят из ФБР. Чтоб ты знал: прямо сейчас я гоню министра юстиции и назначаю своего человека, которого знаю и которому доверяю.

— Ясно, — ответил Брискин. Сомнение на его лице сменилось иным чувством, которое Макс не мог понять.

— Конечно, — начал Брискин, — в вашей власти отдать такой приказ. Если только вы и в самом деле президент…

— Легче, парень, — бросил Макс. — Запомни: ты по сравнению со мной — козявка, и плевать я хотел на твою популярность. — Он повернулся спиной к камерам и вошел в бункер Совета национальной безопасности.

Спустя несколько часов в подземном бункере совета Максимилиан Фишер сонно слушал телевизионный выпуск последних известий. К этому времени разведка засекла еще тридцать вражеских кораблей — число их, таким образом, достигло семидесяти. Станции слежения постоянно докладывали об эскадре пришельцев. Макс понимал, что выжидательная тактика себя не может оправдать — рано или поздно придется отдать приказ атаковать вражеские корабли. И все же он колебался. Его пугала неизвестность: откуда взялись пришельцы? Какова их мощь? И главное: будет ли атака землян удачной? На эти вопросы не могло дать ответ ни одно ведомство, включая ЦРУ. «Мало внешней политики, — вздохнул Макс, — так еще голова пухнет от внутренних проблем. Раньше экономикой занимался Юнисефалон — процентные ставки, налоги, безработица, инфляция, демография и так Далее, будь оно все неладно. Господи, — с тоской подумал Макс, — откуда мне обо всем этом знать?»