Дмитрий Сергеев - Последствия контакта

– Я буквально потрясен, – говорил благодарный лектор. – Ничто так не обогащает, как возможность видеть своими глазами. Теперь я смогу дополнить лекции убедительными примерами. Восхищаюсь вашим спокойствием: за все время вы не проронили ни слова. А мне было жутко, особенно вначале.

– Не забывайте: для меня это был двенадцатый сеанс. В первый раз мне посчастливилось отыскать обитаемую пещеру. Теперь камера настроена на нее, я только изменяю время – каждый раз передвигаю стрелку на одно-два столетия вперед. Можно проследить, как изменяются обычаи первобытных. К сожалению, не удается избежать сильной встряски в момент включения.

– Да, весьма ощутимой. Признаться, мне показалось, будто неведомая сила расщепила меня надвое – невыносимое чувство. К счастью, непродолжительное. Кстати, не позабудьте – в семь тридцать в актовом зале университета интереснейший доклад. Вот ваш билет. Возможно, будут показаны сенсационные находки, сделанные где-то в расположении открытой вами древней пещеры. А сейчас, извините, спешу к зубному врачу – временная пломба.

Троеверхов, известный всему ученому миру специалист по среднему и верхнему палеолиту, доложил о последних находках экспедиции.

Сенсационное сообщение он сделал по окончании доклада, когда в зале не осталось представителей прессы.

В пещере, известной археологам под номером 246/9 бис раскопками обнаружены двенадцать скелетов, по своему строению ничем не отличающихся от скелета современного человека. Самое невероятное – все двенадцать скелетов абсолютно одинаковы, хотя извлечены были из различных слоев. И все же сходство столь поразительно, что можно заподозрить, будто все они принадлежали одному человеку. Даже изъяны – в частности, сутулость, искривление позвоночника, как это бывает у людей, ведущих сидячий образ жизни – одинаковы. Кстати, это первый достоверный случай обнаружения хронического радикулита в столь отдаленную эпоху. Да еще повторенный двенадцать раз!

– И еще вот, – сказал Троеверхов, открывая картонную коробку. Внутри нее, тщательно переложенные ватой, лежали двенадцать теннисных шариков. Слушатели, обступившие докладчика, недоуменно переглянулись. Троеверхов победно улыбнулся. – Вы, конечно, уверены, что это комплект теннисных шариков? – спросил он.

– Вне сомнения. Видно даже штамп "1-й сорт".

– В этом-то и загадка. Знаки, отпечатанные на всех двенадцати камнях – а это не что иное, как кремнезем! – действительно напоминают заводской штамп. Совершенно недопустимое предположение (прошу извинения, говорю это исключительно ради шутки), но если обычный теннисный шарик попадет в благоприятную физико-химическую среду и пролежит в какой-нибудь пещере под слоем грунта примерно сорок тысяч лет – он целиком пропитается кремнеземом, сохранив начальную форму. Подобные метаморфозы геологам известны давно…

После доклада Силаев, Парамонов и Троеверхов сошлись в холле возле стенной газеты.

– Могу подарить вам для комплекта – чтобы была чертова дюжина, – сказал Вячеслав Леонтьевич, вытащив из заднего кармана брюк теннисный шарик. – Две недели ношу с собою по рассеянности. Обратите внимание: он точная копия ваших камней.

– Надеюсь, шарики в пещере забыты не вами, – пошутил Троеверхов, с подозрительным вниманием осматривая сутулую фигуру некрафизика. – Тьфу! – воскликнул он, словно придя в себя. – Чего только не померещится. Честно говоря, эта находка кого угодно выбьет из ума. Для всех же непричастных к нашему открытию появилась тема для острот. Полюбуйтесь: вот уже и в газете карикатура на моих бедных неандертальцев-радикулитчиков, которым врач прописал заниматься спортом.

– Это что, – вздохнул Парамонов, держась рукой за щеку. – Меня вот дружескими шаржами допеклизубы болеть начали. Ваши пещерные каннибалы были куда гуманнее: они, наверное, попросту съедали своих врагов, а не изображали их в смешном виде.