Галина Полынская - Сердце Лета

Ознакомительный фрагмент

– Мы, конечно, очень извиняемся, – с достоинством откашлялся Преал, – но нас в некотором роде засосало в Черную Дыру…

– Я вас сейчас еще не туда засосу! Немедленно убирайте ваше корыто с правительственной трассы!

– А вот касательно нашего корабля я попросил бы не высказываться, – сказал Фарот. – Вполне приличный корабль, полетает еще. Мы могли бы и без крика убраться отсюда, но у нас отказали системы управления. Кстати, раз уж вы тут, скажите, где мы хоть находимся в данный момент?

Дядька прожег его злым взглядом, выхватил откуда-то из-под балахона внушительных размеров связепередатчик и рявкнул в динамик:

– Светорез? Это Гортензий!

Фарот не удержался и хрюкнул со смеху, услышав имя сурового бородатого дядьки.

– Светорез, прямо на правительственную трассу приземлился какой-то глупый корабль! И улететь они не могут! Раскрошились вдребезги!

Трубка в ответ что-то мерзко пролаяла.

– А я что сделаю?! И без тебя знаю, что правительство скоро поедет! Что же мне…

Гортензий собирался продолжить свою речь, но трубка резко гавкнула и отключилась.

– Ну вот… – Гортензий рассеянно посмотрел куда-то в пространство, – и так все было плохо, еще и вы тут объявились. Хотя, если дела плохи, то почему бы им не стать еще хуже? Да, надо с вами что-то срочно делать…

– Хочу вам сказать, – Тротил встал, перекрывая путь к пульту управления и сидящему за ним экипажу, – люди мы миролюбивые, но если нас поставят в ситуацию, мы всем лица перепортим, до кого дотянемся. Надеюсь, вы мою мысль понимаете?

Гортензий окинул туманным взором широкие плечи Тротила и снова включил связепередатчик:

– Светорез! Прямо сейчас убрать корабль с трассы не получится, но возникла идея! Соберём сцену, оденем их в костюмы и сделаем вид, что так и было задумано! Да-да-да! Присылай всё необходимое! Да, прямо сейчас!

Отключившись со связи, Гортензий процедил, обводя недобрым взглядом экипаж:

– Сейчас вы оденетесь в веселые костюмы…

– Ну, да, прямо разбежались уже.

Гортензий со свистом выпустил воздух из ноздрей, секунду подумал и произнес:

– Гостиница, деньги и еда.

– Мы согласны.

– На выход! Быстро!

За бортом стояла прохладная темно-синяя ночь. Не успели друзья осмотреться, как на шоссе приземлилось ядовито-розовое транспортное средство продолговатой формы. Из эллипса посыпались люди в форменной одежде. В считанные минуты они окружили корабль наспех собранной сценой и занавесили «Летатель» яркими бумажными гирляндами и тряпичными плакатами с жирными надписями: «Приветствуем Мутибрата! Лучшего правителя планеты Гармаш! Наш правитель – Мутибрат!»

– … планеты Га-р-ма-ш, – вслух прочитал Фарот. – Теперь мы хотя бы знаем, как эта планета называется. Уга, мы на Гармаше, где это?

– Мы очень далеко, – печально вздохнул Уга, наблюдая, как их корабль быстро превращают в нечто несуразное. – Это странное космическое явление перенесло нас почти за четыре созвездия от прежнего курса.

– Ваши наряды, – с мерзкой улыбкой произнес Гортензий, и пара бодрых молодцев вывалила прямо на трассу ворох пестрых тряпок. Два из четырех костюмов оказались женскими. Фарот разобрал тряпки по комплектам и женские наряды – блестящие платья с корявыми тряпичными коронами швырнул Уге с Преалом.

– Я не надену на себя подобную гнусность! – упёрся Преал.

– Ты только подумай, как глупо будут смотреться в платьях Тротил с Фаротом, – принялся уговаривать его покладистый Уга. – Давай я тебе помогу, наденем это прямо поверх одежды…. Вот, хорошо… и еще шапочку…

Красная ушастая корона, надвинутая глубоко на лоб, испортила Преалу остатки настроения, зато мощно развеселила Фарота.

– Еду-у-у-т! – разнесся над лесом усиленный динамиками голос.

Форменные люди бросились обратно в свой розовый эллипс, и он тотчас взмыл, скрываясь в начавшей светлеть предрассветной вышине.

– Работ-а-ать! – взревел Гортензий, прячась за ближайшим деревом.

Тротил расправил воротник тесной зеленой кофты странного покроя и осторожно ступил на пластиковую сцену, пробуя ее на прочность. На горизонте возник кортеж черных многоколесных авто.

– Никогда еще не чувствовал себя настолько идиотично, – вздохнул Тротил. С удрученным видом он взял под руку Угу, наряженного в синий балахон и желтую ужасную корону, и они запрыгали по сцене, выкрикивая: «Мутибрат! Мутибрат! Лучший наш правитель!» Фарот сломался пополам от смеха и, прихватив рассерженного Преала, присоединился к песням и пляскам. Огибая сцену, кортеж пронесся, не притормаживая.

Когда стих шум и улеглась пыль, друзья избавились от костюмов и спрыгнули со сцены на шоссе.

– Ну и где этот Человек с Фонарем? – огляделся Фарот.

Из лесной чащи неторопливо вылез Гортензий.

– Ну что, у нас всё получилось? – на всякий случай уточнил Тротил, глядя на его недовольную морду.

– Да-а-а… – нехотя протянул он.

– В таком случае, мы хотим наши деньги, гостиницу и еду, – напомнил Фарот.

– Должен вам сказать, что деньги отменяются, остается только гостиница и еда.

– Чего? – угрожающе произнес Тротил.

– Сейчас и этого не будет! – Гортензий на всякий случай отскочил подальше. – Я предупредил! Идите за мной! Ваш нелетающий хлам доставят в ангары гостиницы!

Друзьям оставалось лишь нехотя последовать за ним. Довольно долго пришлось пробираться сквозь лесную чащу, получая ветками по физиономиям, Гортензий же демонстрировал чудеса юркости: он настолько ловко огибал древесные стволы и проныривал сквозь буреломы, что друзья невольно заинтересовались такой демонстрацией физических возможностей.

– Сейчас он заманит нас подальше в чащобу и там сожрет, – прошептал Преал. – Зря мы доверяем первым встречным, тем более таким…

– Прикрой рот, сделай одолжение, – Фарот и сам немного нервничал.

Но, против всех тревожных ожиданий, Гортензий вывел компанию на поляну, где стояло небольшое транспортное средство довольно причудливого вида.

– Никогда не видел ничего подобного, – Фарот смотрел на единственное винтообразное крыло, торчащее вверх под углом. – И что, эта конструкция летает?

Гортензий что-то пробормотал нелицеприятное, открыл входной шлюз и полез внутрь. Друзья заторопились следом, опасаясь, как бы он не улетел без них. В тесной, захламленной кабине управления имелось всего три кресла. На центральное уселся Гортензий и принялся застегивать крепления. Преалу пришлось садиться на колени к Тротилу, а Уге – к Фароту.

– Это противоречит правилам безопасности, – Преал пытался пристегнуться, но не хватало длины ремней, чтобы закрепить их обоих на одном кресле. – Правила нельзя игнорировать!