Александр Лаптев - И тогда я сказал - согласен !

Хотя и понятно было, что следователь мне не верит всерьез, и вряд ли поверит, но уже было хорошо, что он не отметает сходу ничего, а внимательно готов выслушать любую, самую бредовую идею. Тут мне просто повезло -- другой на его месте меня и слушать бы не стал.

Без долгих вступлений я сообщил ему суть дела, то есть то, что я об этом деле думаю.

-- Начнем с того, -- повел я свою речь, -- что найденные в моем доме трупы вовсе не являются людьми. Запишите это, пожалуйста, -- попросил я и кивнул на бумагу, -- это я вам официально заявляю.

Следователь взял ручку, повертел ее в пальцах и снова положил на стол.

-- А давайте мы сейчас поговорим, что называется, без протокола! Заполнить эту штуку мы всегда успеем, ведь верно?

-- Ну хорошо, -- согласился я. -- Дело и в самом деле совсем не в бумажках.

Следователь кивнул, и я продолжил:

-- Значит, главное, что я хотел сказать: люди, обнаруженные у меня на кухне -- это вовсе и не люди!

Следователь одобрительно кивнул и улыбнулся, словно я высказал самую нужную и правильную мысль.

-- Эти люди, -- говорил я, -- они нигде не живут и никогда не жили, то есть, я хотел сказать, что если вы захотите персонифицировать их личность, то вам это, конечно же, не удастся сделать.

Следователь склонил голову и проговорил как бы про себя:

-- Действительно, убийца постарался максимально затруднить нашу задачу -- лица жертв так изуродованы, что их невозможно узнать, и даже подушечки со всех пальцев срезаны. Проведение дактилоскопической экспертизы теперь невозможно.

-- Да нет же! -- воскликнул я. -- Я не про это говорю! Я утверждаю, что они вовсе не люди. Причем тут отпечатки пальцев?

-- А скажите, -- вдруг напрягся следователь, -- а ваши вчерашние гости... ведь у вас были вчера гости? Вы сами сказали, что к вам приходили двое мужчин!

-- Да, были, были, -- досадливо поморщился я.

-- И где они теперь?

-- Причем тут мои гости!

-- Ну как! Вечером у вас в доме находятся двое мужчин, а наутро находят два обезображенных мужских трупа. Вы не считаете это...

-- Они уехали! Ночью. Часов около двенадцати.

-- Хорошо, допустим, -- согласился следователь. -- Куда же они поехали? Как их зовут? Скажите нам, чтобы мы могли их поскорее разыскать и снять с вас подозрение.

Я несколько секунд молчал, удивляясь про себя подобной тупости следователя. Или он меня за дурака считает?..

-- Во-первых, я вам еще раз заявляю: эти двое мужчин, мои гости, они уехали вчера ночью. Имена их я могу сообщить, но это вам ничего не даст, потому что вы не сможете их найти.

-- Почему мы не сможем их найти? -- быстро спросил следователь.

-- Потому что они уехали туда, куда вы никогда и ни при каких условиях не сумеете попасть.

-- А вы сумеете?

-- Я сумею.

-- Интересно, -- усмехнулся следователь.

-- Так вот я и говорю, что даже если бы вы и нашли этих двоих, то что бы это изменило? Ведь два трупа все равно останутся, и вы все равно обязаны будете их опознать, а опознать вы их не сможете, потому что, я еще раз вам повторяю и прошу занести в протокол -- это не люди и они никогда не жили на Земле. Я их не убивал, и никто их не убивал, потому что невозможно убить то, чего не существует в природе!

-- Ну хорошо! -- согласился следователь. -- Пускай так: эти люди -- не люди. Ну а кто же они тогда? С вашей точки зрения.

-- С моей точки и со всех точек -- это муляжи, изготовленные из органической массы.

-- Муляжи?!

-- Муляжи.

-- Так-так, интересно!.. И что же дальше?

-- Ничего. Это -- муляжи, а я -- не убийца.

-- Занятно, -- качнул головой следователь.

Я сочувственно вздохнул.

-- Так что же у нас получается? -- заговорил он вновь. -- Кто-то неизвестный подбрасывает ночью вам в квартиру искусно выполненные манекены людей с тем, чтобы вас заподозрили в убийстве. Так?

-- Н-ну... так.

-- Вы крепко спали, ничего, естественно, не слышали и совершенно не представляете -- кто бы это мог сделать, и, главное, зачем?

-- Почему же, -- ответил я, снисходительно улыбнувшись, -- очень даже представляю -- кто сделал и зачем.

Следователь долго крепился, но тут выдержка изменила ему, и он выказал крайнюю степень удивления. Стало очень заметно, что ему все меньшее нравится наш разговор. Кажется, он жалел, что позволил подследственному завлечь себя в подобный абсурд. Я, было, посочувствовал ему, но что мне оставалось делать? Не признаваться же, в самом деле, в убийстве в угоду незнакомому мне человеку?!

-- Ну так кто это сделал? -- спросил он, не глядя на меня и хмурясь.

-- Это совершили агенты службы охраны общественного порядка!

-- Вы хотите сказать, то это мы подкинули вам трупы? -- изумился мой собеседник.

-- О нет, конечно нет! Я имел в виду другое. -- В этом месте я сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями; следователь пытливо смотрел на меня. - Эти агенты... они, знаете ли, прибыли из будущего!

-- Как вы сказали? Из будущего? -- Следователь даже привстал.

Я утвердительно кивнул.

-- Из будущего. Вы не ослышались. Я говорю о службе охраны общественного порядка двадцать пятого века...

После такого заявления возникла вполне объяснимая пауза. Следователь не мигая смотрел на меня, и на лице его на сей раз показалось нечто напоминающее испуг.

-- И что же им от вас нужно? -- наконец выговорил он.

-- А ничего особенного! Они хотят, чтобы я вернулся к ним.

-- Вернулся?

-- Вернулся.

-- То есть, в двадцать пятый век?

-- Именно так, вы все правильно поняли, -- попытался я подбодрить смутившегося собеседника.

Снова возникла пауза. С одной стороны -- я все сказал, что хотел сказать для начала, а с другой -- следователь как бы получил ответы на свои вопросы и не знал теперь, видно, чего такое можно еще меня спросить, чтобы не нарваться на очередную грубость.

Но скоро он вновь обрел дар речи. Эти люди тренированные -- умение болтать языком -- основа их профессии, -- и поэтому он, несколько одумавшись и придя в себя, продолжил:

-- Зачем же, позвольте вас спросить, вы им так срочно понадобились?

-- Дак что, -- сказал я обыкновенно, -- они хотят, чтобы я продолжил у них службу, больше ничего.

-- У кого это -- у них?

-- Ну в органах охраны правопорядка! Я же вам объясняю.

-- В органах охраны правопорядка двадцать пятого века? -- уточнил следователь.

-- Так точно.

-- Странно.

-- Что вам странно?

-- Странно, что они избрали такой необычайный метод убеждения, - высказал мнение следователь, не замечая странности своего собственного суждения: он удивлялся действиям агентов из будущего, одновременно принимая ситуацию целиком, то есть как бы признавая их существование в природе как таковых.

-- Ничего странного, -- сказал я, -- это их обычные методы.