Влад Менбек - Защита от дурака

– Не говорите глупостей! – Эмма отвернулась от журналиста. Она не скрывала, что это ей надоело до чертиков. – Я не верю даже в то, что кто-то сумел догадаться об этом.

– Все это я слышал от него своими ушами!

– Чушь! Шито белыми нитками.

– А я и не настаиваю, – согласился журналист.

Интервью закончилось.

Прошел еще месяц. Состояние космонавтов не изменилось. Кроме воя, рыка и гортанных выкриков от них никто ничего не слышал. Дар речи и понимание человеческого мира они утратили полностью.

Постепенно гипотеза о неизвестном излучении около орбиты Марса стала таять, потому что гипотетическое излучение действовало уж очень избирательно. Химизм и физиология их организмов совершенно не изменились и соответствовали стандартным параметрам.

Пункция спинномозговой жидкости и рентгенограммы мозга не принесли ничего нового. Однако их психика не соответствовала человеческой. И пришлось с сожалением констатировать, что они отброшены от человеческого интеллекта в животный мир. Они были не люди, а животные глупее обезьян. И никакому обучению не поддавались.

Все возвратилось к начальной стадии: причина, в результате которой люди стали животными, была не просто неясной – ее не было.

Эмма измучила себя размышлениями, но ничего не могла придумать. Несколько раз в мыслях она возвращалась к рассказу журналиста о русском, но с неприязнью отбрасывала его. Эмма была чистым материалистом, и поэтому людей, занимающихся эзотерикой, считала неполноценными, попросту сумасшедшими.

Но проблема требовала решения. Она вспомнила слова журналиста о том, что русский не очень-то верил в свою теорию и в эзотерику, а занялся этим лишь под влиянием жены.

Провисев целый день на телефоне, она нашла журналиста в Москве. Договорившись, что он встретится с тем русским и потом позвонит ей, стала ждать.

Журналист позвонил через два дня и сообщил, что Юра не знает другого языка, кроме русского, поэтому предстоит сложный разговор с переводчиком. Эмма согласилась. Разговор состоялся.

Поздоровавшись, Эмма попросила:

– Расскажите, пожалуйста, о своих размышлениях про космонавтов, летавших к Марсу.

В переводе журналиста ответ Юрия звучал так:

– Если вы не знаете основ эзотерики, смысла в разговоре нет.

– Но можно же человеческим языком рассказать, что и как? – нервно настаивала Эмма.

– Я соглашусь с вами, – ответил Юрий, – если вы по телефону сможете мне рассказать, как пахнут ваши духи, но с условием: вы должны учесть, что у меня отсутствует обоняние. Эмма вышла из себя окончательно:

– Но это же невозможно!

– Вы сами ответили на заданный вами вопрос о моих соображениях, – сказал Юрий.

Эмма не знала, что ей делать: отказаться от дальнейшего разговора или каким-то образом его продолжить. Отказываться не было смысла, потому что все известные причины изменения психики космонавтов были проанализированы и отброшены. Оставалось – говорить. Но так как тема была не простая, придется идти на встречу.

– Вы согласны встретиться со мной? – после раздумий спросила Эмма.

– Да, это возможно. Но вам легче приехать в Москву, чем мне к вам.

– Договорились. Я постараюсь выехать как можно быстрее.

На этом они закончили разговор.

Через несколько дней Эмма приехала в Москву, встретилась с журналистом, который согласился выполнять обязанности переводчика, и они направились к Юрию на дом. Жена Юрия попросила разрешения принять участие в этой встрече со своей подругой. Они только слушали, ни разу не вмешавшись в разговор.

После взаимных приветствий Эмма откровенно сообщила, что их беседа неофициальна, потому что она штатный сотрудник космического центра, где господствует реальность, и оглашение ее интереса к эзотерике коллеги восприняли бы, мягко говоря, как ненормальность.

– Я понимаю ваше положение, – согласился Юрий, жестко добавив, – но не сочувствую вам. Дело в том, что я сам не очень верю в эзотерические учения и потому не очень доверяю своим соображениям. Очевидно, моя точка зрения – это результат социалистического воспитания, но это есть, сидит глубоко и избавиться от этого не помогла никакая перестройка. Однако против фактов не попрешь, даже если факты эмпирические и проистекают из эзотерических выводов. Мой Бог – логика, – заявил Юрий. – Но как ни крути – неверия в эзотерические учения, скорее всего, выявляют нашу однобокость и ограниченность, а не целостность. Дыма без огня не бывает, а мистические учения зародились в человеческой цивилизации гораздо раньше, нежели современное научное мировоззрение.

Эмма с некоторым удивлением посмотрела на Юрия и, подумав, согласилась:

– Должна признать, что мы нередко заметаем неугодные факты под ковер. Но логика вещь жестокая и сопротивляться ей можно лишь до какого-то предела.

– Я рад, что вы меня поняли, – холодно улыбнулся Юрий. – В связи с этим мне придется прочитать вам небольшую ознакомительную лекцию. Возможно, многое для вас не будет новостью, но выслушать придется.

– Согласна, – кивнула головой Эмма.

– Начну сначала, – усмехнулся Юрий, заметив заминку журналиста, желающего наиболее точно перевести для Эммы его словесный оборот. Жена Юрия с подругой сидели тихо, стараясь быть незаметными. Но их присутствие было необходимо не только из-за нескрываемого интереса к теме, без них у собеседников произошел бы рваный, непонятный диалог, они же создавали аудиторию, приводившую к объемной значимости разговора.

– Чем отличается материальность от нематериальности?

– Вы спрашиваете у меня? – удивилась Эмма.

– Нет. Я спрашиваю у себя, – серьезно ответил Юрий. – Я излагаю свою точку зрения на нашу Вселенную.

– Материя в нашей Вселенной разбита на фрагменты и разбросана в материальном пространстве в виде частиц, планет, звезд, галактик и так далее. Нематериальной субстанции в нашем мире будто бы не существует. Но она есть! Это то же самое пространство, заполняющее всю нашу Вселенную. Именно оно является и материальным, и нематериальным. Его нельзя выделить в чистом виде, без материальных тел. Оно является антисущностью материи. Или: пространство-материя, вывернутая наизнанку. Если материальные тела существуют в виде фрагментов, в волнах, частицах и телах, то пространство беспрерывно и всеобъемлюще.

Эмма покрутила головой:

– Любопытная точка зрения!

– И если пространство невозможно выделить в чистом виде, – монотонно продолжил Юрий, – то можно сделать вывод: пространство нематериально относительно материи, служит фоном для материи и одновременно является носителем материи. Однако, раз оно взаимодействует с материей, значит оно обладает дуализмом, что закономерно в нашем мире. Значит, оно наполовину материально, наполовину нематериально. Пространство является связующим между материальностью и нематериальностью. И если оно является носителем материальных сущностей, то, значит, в той же мере оно является носителем нематериальной сущности. Вам понятна такая позиция? – поинтересовался Юрий у Эммы.