Анатолий Шалин - Вакансия

— Выходит, нам навязывают прогулку по планете, — уточнил Виталий. — Посмотрим местные достопримечательности, что ж, кому-то это интересно.

— Нам навязывают большее, — сказал Геннадий. — Хотим того мы или нет. Нам навязывают контакт, причем довольно грубо! Фактически мы пленники. Двигатели звездолета блокированы!

— Гена… — укоризненно протянул Левушкин. — Пока об этой цивилизации мы ничего не знаем. Возможно, у них более гуманные намерения.

В это время включился экран видеофона, возникло изображение озабоченной физиономии Василия Огурцова.

Пилот кивнул собравшимся и, поглядывая на Левушкина, доложил:

— Со стороны холмов приближается летательный аппарат средних размеров. Какие будут указания, капитан?

Левушкин ожил, теперь от него требовались не теоретические построения о вреде контактов с инопланетянами, а вполне определенные действия.

— Продолжай наблюдения! — скомандовал он Василию. — Мы со штурманом сейчас подойдем. — Капитан посмотрел на собравшихся. — Корабль придется на время покинуть. Пять минут на сборы. Ничего лишнего с собой не брать! Собираемся у шлюзовой камеры. Вопросы есть?

— На корабле кто-нибудь останется? — спросил Виталий. Большой любитель комфорта, кибернетик с предубеждением относился к различным экскурсиям и межпланетному туризму. Лучшим местом работы он считал кибернетическую мастерскую звездолета, а лучшим местом отдыха — кают-компанию. Все, что находилось вне стен корабля, воспринималось Виталием как враждебная и крайне неудобная для него среда обитания.

— И не мечтай! — сухо сказал Левушкин. — Тебя здесь никто не оставит. Роботы за собой и сами ухаживать умеют. Нас всего пять человек, и я не собираюсь разбрасываться людьми. Двигаться одной группой, все радости и неприятности встречать вместе. Ясно?

— Вполне, — вздохнул Виталий. — А что будет со звездолетом, с роботами, со всей нашей кибернетикой?

— Думаю, за несколько дней или недель нашего отсутствия с ними ничего страшного не произойдет.

Виталий уныло кивнул. Чувствовалось, что доводы капитана его не совсем убедили.

— Пошли, — сказал Левушкин, и они с Геннадием направились в рубку к Огурцову.

Василий укладывал атласы, зачехлял приборы, наводил порядок в вахтенных журналах.

— Иди, собирай чемоданы, — сказал Геннадий, — а мы с капитаном понаблюдаем за объектом. Где твой летательный аппарат?

Василий кивнул на левый боковой экран.

— Смотрите. Только наблюдать здесь нечего. Явно за нами прилетел.

Левушкин и Геннадий посмотрели в указанном направлении.

На экране метрах в двухстах от звездолета торчала из травы сферическая конструкция, по форме напоминающая приземистый пузатый самовар, какие иногда попадаются в гостиницах космопортов Земли. По величине летательный аппарат не уступал среднему планетолету, но крыльев и рулей высоты видно не было, а в корпусе темнело отверстие, от которого в траву тянулись ступеньки.

— Занятная штуковина, — сказал Левушкин. — Интересно, как она передвигается?

— Летела тихо, на небольшой высоте, — пояснил Василий. — Шумов и помех при появлении не было. Наверное, антигравитация, но уверенно утверждать не берусь.

— Капитан, здесь и в самом деле наблюдать нечего, — сказал Геннадий. — Пора собираться, парни уже, наверное, ждут.

— Хорошо, — махнул рукой Левушкин, и они разошлись по каютам.

Федору Левушкину не хотелось верить, что звездолет они оставляют надолго. Сборы его были быстры.

Надел легкий защитный костюм, перекинул через плечо сумку с комплектом приборов и продуктов — стандартный набор космолетчика. Распихал по карманам записную книжку, ручку и передатчик для связи с членами экипажа и электронным мозгом звездолета и вышел.

Геннадий к обязательному набору добавил бритвенные принадлежности, расческу, ножницы — штурман следил за своей внешностью. Подумав, он взял с собой карманную аптечку звездолетчика и поспешил за капитаном к шлюзовой камере.

Василий никакой спешки не терпел. У себя в каюте пилот долго ворчал о инопланетных нахалах, тщательно подгонял все застежки комбинезона, ранцевые ремни — сумку он носил не через плечо, а за спиной. Затем достал из верхнего ящика стола тяжелый лучевой пистолет, проверил на полноту заряда и запихал в карман вместе с двумя запасными обоймами генерирующих кристаллов. Потом Василий бегло осмотрел свое жилье и, очевидно, не обнаружив больше ничего стоящего, спокойно закрыл за собой дверь. К месту сбора он подошел последним.

Глава 3

Воздух планеты был прозрачен и чист до одури. Пьянили запахи трав и порывы теплого ветра.

Астронавты неторопливо подошли к инопланетному летательному аппарату. Левушкин с Геннадием осмотрели «самовар» со всех сторон и, не обнаружив других входных отверстий, вернулись к своим товарищам, молчаливо стоявшим в траве перед стальными ступеньками.

Шли минуты, а из машины никто не выходил. И тогда Геннадий, проворчав: «Это уже даже и неприлично, заснули они там, что ли?» — быстро поднялся по ступенькам и нырнул в сумрак входного отверстия. Через минуту он высунулся из машины и сделал всем знак — следовать за ним.

— Здесь никого нет, видимо, все автоматизировано, — сказал он. — Эту карету, похоже, для нас подготовили.

В кабине «самовара» находилось восемь уютных кресел, увидев которые, Виталий облегченно вздохнул:

— Это все же лучше, чем трястись в вездеходе.

— Да, — подтвердил Левушкин, — вездеход выгружать не будем. Кажется, без него обойдемся.

Боковые стены и крыша салона изнутри оказались почти прозрачными, и поэтому легко было наблюдать за небом н степью вокруг. Каких-либо рычагов управления не было.

— Ну! Вот! — улыбнулся Левушкин, когда все расселись в креслах. — Хоть сейчас в дорогу.

Словно в ответ на эти слова ступеньки сложились гармошкой и втянулись внутрь. Створки дверцы захлопнулись. Машина бесшумно поднялась в воздух и быстро стала набирать скорость и высоту.

— Вроде летим, — проворчал Виталий. — Интересно, куда нас доставят? На встречу с руководством этой цивилизации? Или…

— Или в зоопарк в качестве очередных экспонатов! — вставил Геннадий, но никто не улыбнулся.

— Видно будет, — безмятежно ответил Левушкин. — Чем гадать, лучше внимательнее смотрите по сторонам. Запоминайте направление на звездолет, кто знает — вдруг пригодится.

Штурман в ответ молчаливо кивнул.

Все прильнули к прозрачным стеклам. Путешествие все больше начинало походить на экскурсию.