Петр Бобев - Опалы Нефертити

И всюду «ДЖОВАННИ ГАТТО — КОРОЛЬ ОПАЛОВ!»

Наконец вдалеке заблестела черная река асфальта. Джонни Кенгуру уселся на обочине и стал терпеливо ждать. Надо было набраться терпения. Сейчас ему предстояло поехать в город, чтобы застолбить участок. Сразу же. И ни с кем не встречаться, пока дело не будет сделано. Держаться надо спокойно, не озираться по сторонам, не улыбаться самодовольно. Если другие что пронюхают считай, все пропало. Алис-Спрингс— город золотоискателей. И каждый из них, кем бы он ни был, в субботу и воскресенье ковыряется в своей яме в поисках золота, как во всем остальном мире люди копаются в своих садиках. А стоит им что-нибудь пронюхать, и они уже несутся туда сломя голову. Джован-ни Гатто не собирался ни с кем делиться. Это он нашел опалы, он и будет их добывать, он на них и разбогатеет.

Неподалеку от него вдруг появился маленький кенгуру. И пока Джонни соображал, что ему делать, с высоты на кенгуренка налетела огромная тень. Орел впился когтями в спину животного и попытался поднять его. Но тут из кустов вылетела кенгуру-мать. Передней лапой, по-боксерски она ударила своего врага. Хищник словно и-не почувствовал удара. Тогда она изменила тактику, на этот раз ударив его левой задней ногой. Орел отлетел метров на десять в сторону и выпустил из когтей свою-жертву. Он попытался подняться, но не смог и потащился по земле, словно какое-то странное пресмыкающееся, покрытое перьями. Мощный удар кенгуру перебил ему крыло.

Джованни поднялся, готовый броситься на раненую птицу. Мясо у нее не особенно вкусное, но все же съедобное. Неизвестно, когда появится кто-нибудь на дороге. А до того времени неплохо запастись чем-нибудь, что в крайнем случае может пойти в пищу.

В это время на шоссе показался грузовик, нагруженный доверху тюками шерсти. Шофер остановил машину и молча кивнул Джованни, предлагая подвезти его до города. Он не спросил его ни кто он, ни откуда идет. Австралия — более английская страна, чем сама Англия. А любопытство — самый тяжкий порок. Шофер предложил путнику сигарету. Джованни отказался. Он не курил. Но вот если у водителя найдется немного виски или рома или какой-нибудь другой выпивки?.. Шофер отрицательно покачал головой. На этом и закончился весь их разговор. До самого города они больше не перемолвились ни словом.

Пересекая степи, пески и каменистые пустыни, шоссе шло на север. Время от времени перед машиной проносились испуганные кенгуру, огромными десятиметровыми скачками перепрыгивая через кусты и пересохшие речки; бестолково суетясь, бросались наутек темные страусы эму. Убегали, завидев машину, одичавшие козы и верблюды.

После нескольких молчаливых часов гонки с такой бешеной скоростью, с какой ездят только австралийцы, так и не увидев по пути ни одного дома, не встретив ни одного человека, путники приблизились к городу.

— Алиса! — с улыбкой сказал, не выпуская сигареты изо рта, шофер.

Джованни знал, что австралийцы просто влюблены в этот городок. Они никогда не говорят: Алис-Спрингс. Так его называют только иностранцы, и так он обозначен на официальных картах. Его имя идет от источника, названного телеграфистами в честь красавицы Алисы, дочери их начальника. Но не из-за старушки Алисы так любят сегодня австралийцы этот городок. В нем действительно есть особое очарование. Даже Джованни, навидавшийся всяких красот, пресыщенный роскошью природы своей родины, не мог отрицать этого.

Когда Джованни увидел Алис-Спрингс впервые, он был поражен. И не блеском его магазинчиков и его кокетливыми коттеджами. Они были такими же безликими, как и повсюду в этом краю. И не природе он был обязан своей красотой, не своему удивительному местоположению между двух горных цепей, вершины которых отсвечивали фиолетовыми оттенками. Здесь было что-то другое. Человек оказывался словно в городе-макете в Голливуде, где идут съемки фильма о диком Западе. Джованни почувствовал себя в городе первопроходцев. Северная Территория — это не Австралия, а австралийская колония, неизученная и дикая. Возле пивнушек, под эвкалиптами и пальмами слонялись бородатые мужчины в сапогах, узких брюках, пестрых рубахах и ковбойских шляпах, которые, судя по всему, только что вернулись из пустыни. По улицам проносились вооруженные всадники. В толпе то здесь, то там виднелись священники в черных рясах и полицейские верхом на верблюдах. В Австралии только полицейские носят нечто вроде формы, поэтому их легко различить.

Грузовик остановился. Джованни поблагодарил шофера и попытался незамеченным пробраться к городскому управлению. Ему это не удалось. Да и какой это город — Алиса — меньше любой итальянской деревушки. Здесь почти все знали друг друга. Первым его заметил Билл Скиталец и двинулся ему навстречу.

— Эй, Кенгуру, откуда прискакал?

Джованни стиснул зубы. Ну и как сейчас быть? Сегодня — пятница. Управление будет еще работать всего один час. Если он не успеет туда вовремя, придется ждать до понедельника. Чиновники больше чем кто-либо дорожат своим недельным отдыхом. Ведь только в эти дни они и могут поковыряться в своих золотоносных ямах.

— У меня есть дело! — решительно оборвал он подошедшего приятеля. — Вернусь через полчаса.

— Да мы пропустим только по одной, и тогда иди, куда хочешь!

Тут подошли и другие. Боб Виски, Плешивый Гарри и Скорпиончик, прозванный так за свой маленький рост и въедливый нрав. Только сейчас Джованни понял, как много у него друзей. Не может же он им отказать. Они вошли в бар.

«Ну, держись! — подумал он про себя. — Ни словечка! Проболтаешься, все пойдет к чертям!»

После первой кружки пива ему удалось сдержаться. Но после первой захотелось выпить еще. И пока он пил вторую кружку, все время твердил про себя: «Молчание!»

А потом все забыл. Ему стало удивительно легко. И бесконечно весело. Он больше никого и ничего не боялся. Приятели уже не казались ему голодранцами, которые только и смотрят, как бы обобрать его. Они были братьями. Как же можно продолжать их обманывать? Он любит их всех, он так сильно их любит.

— Эй, дружище! — крикнул Джонни. — Дай-ка всем по кружке!

Посетители бара удивленно на него уставились.

— Это что еще, Кенгуру? Уж не нашел ли ты золотой самородок?

— Не спрашивайте, пейте! Джованни Гатто платит за всех. Джованни, а не Джонни Кенгуру Больше нет Джонни Кенгуру. Я теперь — сеньор Джованни Гатто, миллионер. А можете называть меня и мистером Гатто...

Вокруг него собралась толпа озадаченных золотоискателей. Один только бармен оставался недоверчивым. Не впервой ему делают заказы, которые потом остаются неоплаченными.