Стив Альтен - Воскрешение майя

В руке Доминика сжимала синай, меч, сделанный из четырех планок бамбука, скрепленных кожаными ремешками. Синай предназначался для гибких, хлестких ударов. Он был куда безопаснее своих аналогов, фукуро-синай и боку то, и все же в умелых руках это оружие было вполне способно лишить жизни.

Она заняла позицию в нескольких шагах от условного противника. Рич Раппопорт был крупнее, сильнее и опытнее Доминики, но ему явно недоставало твердости характера.

Мастер Поп произнес:

— Рэй.

Ученики повернулись друг к другу и поклонились.

— На места.

Сжав бамбуковые мечи, противники приготовились к бою.

— Начали!

Доминика атаковала в голову, выкрикнув: «Мэн!» Раппопорт блокировал удар, но яростные атаки продолжались. Синай Доминики буквально таял в воздухе, вихрь ударов обрушивался на голову, плечи и грудь противника. Перед каждой атакой Доминика называла ту часть тела, куда будет направлен ее меч, при этом карие глаза не отрывались от противника, следя за ним сквозь решетку шлема.

— Ос! — Мастер Поп заметил, что удар Доминики достиг цели, ее синай щелкнул по шлему Раппопорта.

Ученики вернулись на позиции.

— Один-ноль. По местам… Начали!

— Котэ! — Доминика сделала выпад, намереваясь нанести удар по предплечью…

— Мэн! — Кончик синая ударил ее под горло.

— Ос!

Доминика опустилась на одно колено, пытаясь превозмочь удушающую боль.

Мастер Поп склонился над ней.

— Сможете продолжать, мисс Смит?

Она кивнула.

— Один-один. По местам.

Доминика быстро вернулась на свое место, чувствуя, как кровь звонко шумит в ушах.

— И… Начали!

Она рванулась вперед, как рвется лава из вулкана, чувствуя, как ярость заполняет ее, течет по плечу, руке, заполняет синай, и вот Раппопорт уже отступает… Но лишь для того, чтобы сначала блокировать ее удары, а потом пробиться сквозь защиту и нанести укол в грудь.

— Ос! — Мастер Поп кивнул Раппопорту. — Два-один, бой окончен. Рэй мне, друг другу… и пожмите руки.

Раппопорт протянул ей ладонь, светясь от радости победы.

Доминика пожала его руку и отвела глаза.

— Мисс Смит, могу я с вами поговорить?

Доминика сунула шлем в сумку и направилась к кабинету мастера Попа.

— Да, сэр?

— Как ваша шея?

— Нормально.

Мастер Поп улыбнулся.

— Если бы на вас не было богу, вы бы сейчас говорили со мной вторым ртом.

Она вежливо кивнула, чувствуя, что краснеет.

— Андреа, вы прекрасная ученица. Честно говоря, мне раньше не встречались люди, которые бы занимались столь усердно. Но в бою далеко не все зависит от техники. Кендо учит нас объективно оценивать противника и на этом строить стратегию победы. Вы бьетесь самоотверженно, яростно, но затем лишь, чтобы убить, и поэтому сразу открываете противнику все свои слабые места.

— Да, сэр.

— Путь Меча — это моральный кодекс самурая. Искусство Дзен идет рука об руку с искусством ведения войны, но Просветления можно достичь, лишь осознав истинную природу самой обычной жизни.

Обычной жизни? Я бы, наверное, отрезала правую грудь, чтобы вернуться в эту обычную жизнь!..

Мастер Поп смотрел на нее, словно читая мысли.

— Техника аи учи предполагает, что вы должны нанести противнику удар одновременно с его атакой. А для этого нужно тренироваться без злости, нужно забыть о жизни и о страхе.

— Я что, выгляжу испуганной?

— Неважно как. У каждого из нас свои демоны, Андреа. Я надеюсь, что кендо поможет вам справиться с вашими.

Доминика переоделась в старую футболку с надписью «Штат Флорида», шорты и кроссовки, повесила в шкафчик сумку с доспехами и направилась в тренажерный зал.

Крис Адэйр, ее личный тренер, уже ждал у стойки с «блинами» для штанги.

— Как кендо?

— Хорошо, — соврала Доминика.

— Тогда не мешало бы и потрудиться. — Он установил упор и протянул Доминике пару пятикилограммовых блинов. — Сегодня я жду от тебя двадцати подъемов, а потом постепенно перейдем к сорока пяти.

Два часа спустя Доминика вышла из тренажерного зала. Ее тело, несмотря на освежающий душ и массаж, все еще дрожало от усталости. От спортивной сумки ныло плечо, и Доминика, опершись на толстую бамбуковую трость, остановилась передохнуть.

Немолодая женщина с ярко-оранжевыми волосами, стянутыми в тугой узел, стояла неподалеку от джипа Доминики. На лице незнакомки сияла стандартная улыбка, глаза прятались за широкими изогнутыми солнечными очками, которые в последнее время стали особенно популярны среди старшего поколения.

Доминика не спеша приближалась, крепко сжимая в руке трость, под бамбуковой оболочкой которой таилась острая как бритва катана.

— Привет, Доминика.

— Простите, вы меня, должно быть, с кем-то спутали.

— Расслабься, милая, я не сделаю тебе ничего плохого.

Доминика остановилась на расстоянии удара.

— Что вам нужно?

— Поговорить, но не здесь. Возможно, ты согласишься поехать ко мне домой, в Сент-Огюстин.

— В Сент-Огюстин? Леди, мы с вами даже незнакомы. Так что простите, но…

— Я не репортер, Доминика. Скорее, посланник.

— Ладно, предположим, что так. И чей же вы посланник?

— Марии Гэбриэл. Матери Майкла.

Краем глаза Доминика отметила, как с разных концов парковки к ним направляются два спецагента.

— Простите, но я не знаю никого по имени Майкл, и мне пора идти. — Она развернулась и зашагала прочь.

— Мария знает, что ты носишь под сердцем ее будущих внуков.

Доминика застыла на полушаге, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— Энергия Марии проникает сквозь мир духов. Тебе грозит смертельная опасность. Позволь помочь.

— Кто вы? — прошептала Доминика. — Почему я должна вам верить?

— Меня зовут Эвелин Стронгин. — Женщина сняла темные очки и взглянула на нее ярко-голубыми глазами. — Мария Розен-Гэбриэл была моей сестрой.

Стадион, рассчитанный на три тысячи человек, был заполнен до отказа. В течение последних четырех недель подобное происходило здесь каждый вечер. Веб-камеры и телевидение уже работали. Аудитория напряженно ждала…

Свет погас, вызвав в толпе ропот нетерпеливого предвкушения.