Уильям Кейт - Восстание Боло

"Неужели действительно прошел всего год?"

Год назад Селеста была величайшим городом в прекрасном голубом мире Облака. Башни жилых домов сияли белизной, игольчато-стройные полированные шпили возносились в небо вдоль голубой дуги гавани Селесты и расположенного неподалеку побережья моря Тамаринф. Население города превышало сто тысяч человек, а всего на планете жило не больше десяти миллионов.

Облако - названное так из-за звездных облаков Стрельца, столь заметных весной и летом в ночном небе северного полушария, - было колонизировано около двух веков назад людьми, бежавшими от неуверенности в завтрашнем дне и ужасов Мельконианских Войн. Пионеры приобрели дюжину больших транспортов и покинули измученные войной миры старой доброй Терры в поисках нового мира среди миллиардов солнц, толпящихся в богатых звездами пределах Ядра Галактики. Они пришли из десятка разных миров: с Дестри и Локхейвена, Альдо Церис и Нового Девоншира, Альфы Центавра и даже самой Терры. Они пришли, и одна мечта объединяла их - мечта о мире, где они смогли бы пустить корни, растить детей и хлеб и просто жить... в мире.

Хотя среди основателей Облака и были пацифисты, они не смогли навязать всем и каждому свои взгляды. Большинство прекрасно осознавало опасность освоения мира в десятках тысяч световых лет от границ обжитого людьми космоса. Для защиты от Непознанного были созданы вооруженные силы и даже Боло Марк XXXIII.

К сожалению, Непознанное само нашло их и оказалось столь непредставимо могущественным, что даже новейшие технологии Боло и огневая мощь в шесть мегатонн в секунду не имели против него никаких шансов. Сброшенной из космоса скалой Селеста была стерта с лица планеты, башни рухнули, жилые дома испарились в пронзительном жаре, от которого плавился железобетон, ударная волна в щепки разнесла кристаллосталь прекрасных зданий. В центре города появился кратер в сто метров шириной и двадцать глубиной; удар был так силен, что просело само основание города, кратер превратился в мутное озеро, и до сих пор бывшую городскую площадь покрывала жидкая грязь.

Судьба остальных городов Облака скорее всего была такой же, хотя никто из местных рабов не знал этого наверняка. Все жители Селесты и ее окрестностей погибли при нападении; выжил только тот, кто был далеко от города, когда с безоблачного полуденного неба с огромной скоростью рухнул кусок железоникелевого астероида. Не было ни предупреждения, ни ультиматума и ни единого шанса организовать население планеты. Война, если ее можно так назвать, закончилась через несколько дней, которые теперь называли Великой Бойней.

Тем, кто выжил, Хозяева предложили амнистию; предложение передали спикеры - странный вид флоатеров, способный общаться на терранском англике. От предложения было трудно отказаться: мирно сдавайтесь Хозяевам, и они не станут испепелять континент... или подвергать вивисекции миллион уже захваченных людей. В конце концов, жизнь лучше смерти в масштабе целой планеты.

Однако в понятие жизни у Хозяев входили ямы для рабов, голод и периодический Сбор Урожая. Все больше и больше выживших начинали думать, что сделали неправильный выбор.

Возвратился Вэл с пустой сумкой. Не говоря ни слова, он опустился на четвереньки и продолжил копать. Повсюду, куда доставал взгляд, в земле копались рабы, и постоянный поток людей с сумками, заполненными остатками цивилизации, тек к Коллектору, опорожнял их в зевающие челюсти машины и полз назад к назначенным участкам.

Пальцы Джейми коснулись чего-то гладкого, он выудил это и отмыл в мутной воде. На его ладони лежала изящная фарфоровая фигурка... балерина на пуантах, с поднятыми руками, чудесным образом оставшаяся целой и невредимой.

Некоторое время Джейми глядел на фигурку, пока Вэл, потянувшись, не взял ее и не кинул в сумку. Интересно, как могла уцелеть эта вещица? Падение астероида и ударная волна сровняли весь центр города с землей, а мгновение спустя землю поглотила ревущая стена воды. Здания сносило и разбивало...

те, которые не расплавились сразу. Должно быть, балерину выбросило взрывом из какой-то квартиры в жилом массиве, где она, вероятно, красовалась на бюро или каминной доске, подхватило налетевшим торнадо и принесло сюда. Как она уцелела?

- Почему, черт возьми, - хриплым голосом спросил Джейми, - Хозяев так заботит каждый кусочек металла?

- Не бросать, не хотеть, как они обычно говорят, - усмехнулся Вэл. Его улыбка была просто усталой демонстрацией грязных зубов.

- Здесь кроется нечто большее. Их машины обобрали всю поверхность и взяли все, кроме обломков. Почему для этого им нужны мы?

- Может, они не любят пачкаться?

- Да, но я имел в виду, какое значение имеет всего лишь одно-единственное кольцо на пальце скелета? Или одна изящная, случайно уцелевшая фарфоровая статуэтка?

Вэл ответил не сразу, продолжая прокладывать путь через грязь.

- Знаешь, майор, - спустя долгое мгновение сказал он, - никто из нас не должен забывать, что эти... эти машины - не люди. Они думают не как мы. Они чувствуют не как мы. Черт, мы даже не знаем, обладают ли эти штуки сознанием.

- Для того, - ответил Джейми, - чтобы объяснить их странное поведение, недостаточно просто сказать, что они чужие.

- Может быть. Думаю, что если "щелкунчикам" нужен каждый грамм переработанного металла, пластика и прочего барахла, которое мы собираем, у них должны быть на это веские причины.

Полковник помолчал, копаясь в грязи, и вытащил стеклянный бокал, практически целый, если не считать отбитой ножки. Прежде чем продолжить, он положил его в сумку.

- Проблема в том, что мы можем никогда не узнать этих причин, поскольку они имеют значение только для другого "щелкунчика".

- Интересно, можно ли это как-нибудь использовать. Я хочу сказать, если они чего-то так сильно хотят, это может быть их слабостью...

- Все еще замышляешь революцию? Да здравствуют люди? К черту машины?

- Да здравствуют люди! - ответил ему другой голос.

- Полегче, приятель, - сказал Вэл, поднимая культю в примирительном жесте, - Я ничего такого не...

- Нет, ты прав!

Говоривший был молодым парнем, не старше тридцати, хотя определить возраст любого из грязных, искалеченных и побитых жизнью рабов в ямах Селесты можно было лишь приблизительно. Его борода была такой же длинной и неопрятной, как и у Джейми.

- Мы должны действовать вместе!

Джейми наморщил лоб и попытался припомнить имя этого парня. Имена были важны, это было последним, чего не смогли отобрать у несчастных жителей Облака. Рахни. Точно. Рахни Сингх. Они не раз болтали в бараках для рабов. Он утверждал, что до Бойни был журналистом сети новостей Облака, но Джейми подозревал, что парень слегка подвирает.