Екатерина Белецкая - Верю, судьба!

Абсорбент вообще был особенным. Атис подобрал его совсем крошкой возле мусорных баков, притащил к себе домой и в тот же вечер с горя напился до зеленых чертей и синих сотрудников регионального офиса Ойлл-о. С горя - потому что не знал, что делать с приобретением. Кошек он никогда раньше не держал. "Вы разводите котят? Да. И как? Два котенка на ведро воды". Пьяный Атис уснул, звереныш влез ему на грудь и просидел там, как часовой, всю ночь. Утром у Атиса впервые за десять лет не было похмелья. Поначалу он не связал это с котенком, решив, что в этот раз ему попался настоящий коньяк, но после еще пары прецедентов понял, что животное действует на него гораздо лучше всех медицинских средств, вместе взятых. Котенок получил имя Абсорбент и остался у Атиса. Через год крошечный серый комочек превратился в массивное, довольно тяжелое полосатое создание, еще через год это создание покрылось боевыми шрамами, а еще через пару лет Атис вдруг понял, что его коту даже соседские собаки уважительно уступают дорогу. Удивительное свойство Абсорбента лечить похмелье не распространялось, к счастью, на других людей, иначе чудо-кота давным-давно бы украли, а так… Атис и Абсорбент мирно сосуществовали в однокомнатной квартире, никто им не докучал и не трогал их.

Атис осторожно ссадил кота на кушетку и подошел к окну. Все то же самое, все так же, как было десять лет назад. Скудно освещенная улица окраины, тропинки в глубоком снегу, редкие фонари… Иногда мимо безликих четырехэтажных домов тихо проплывали машины сотрудников Ойлл-о. На месте водителя в каждой сидел унылый медитирующий лама, левитирующий и машину, и своего хозяина, который с удобством располагался на заднем сидении. На поясе у владельца всегда висел кожаный мешочек, в котором содержалась душа ламы-левитатора. Атис знал, что стоит такой лама в десять раз больше, чем сам Атис стоил в возрасте одиннадцати лет, и ему становилось очень обидно каждый раз, когда он видел такие машины. Он ощущал себя полнейшим ничтожеством, существом, непригодным ни для чего, пустым местом. Конечно, куда ему!… У такого вот Атиса не могло быть не то, что ламы, у него не хватило бы денег даже на простую колесную машину, которая стоила копейки.

Неясное, размытое отражение взглянуло на Атиса из прозрачного пластика, закрывавшего окно, и он посмотрел сквозь себя на вечернюю улицу. Глянул себе в глаза и не выдержал собственного укоризненного взгляда. Потом он поглядел на отражение, словно пытаясь оценить себя со стороны. Не красавец, но и не урод какой-нибудь. Нормального роста, худощавый (ну не любил Атис сладкого, и не воровал он пирожных со своей кондитерской фабрики) немного нескладный. Волосы черные, вьющиеся, густые - волосами Атис по праву гордился. Да и глаза голубые - редкое сочетание. В остальном лицо как лицо. Нос с горбинкой, брови вечно удивленными домиками, бородка, усы. Атис был не лишен внутреннего благородства и чувства собственного достоинства. К примеру, та же драка на канистрах с меланжем была спровоцирована тем, что оппонент посмел нелицеприятно высказаться относительно формы носа Атиса. За что и был наказан канистрой по различным частям тела. Отражение снова несмело глянуло на своего хозяина, но в этот раз Атис не опустил глаза.

- Воспарим, окрыленные, к небесам бесчисленным, - пробормотал Атис. - Хватит дома сидеть. Надо пойти куда-нибудь. Кто со мной?

- Меня-а-а-а… - провозгласил Абсорбент, живо соскакивая с кушетки. Он любил погулять, и превосходно знал, что Атис обязательно возьмет его.

- Я не тебя имел в виду, - отрезал Атис. - Прежде всего, мы возьмем вот этот милый предмет, - жестом фокусника Атис вытащил из-за кровати литровую канистру с бренди. - И еще вот этот, - на свет показалась коробка марципанов. - Остальное, я думаю, найдется на месте. Ага?

Абсорбент не ответил. Он подошел к двери и принялся точить когти о косяк. У него был свой этикет и свои правила, поэтому он спешно приводил себя в порядок, сообразуясь с принципом - надо всегда прибывать в повышенной боеготовности. Мало ли что? А вдруг там, в гостях, окажется другой кот?! А когти будут слишком тупыми для того, чтобы задать этому другому коту взбучку?

Атис сложил вещи в брезентовую сумку, сунул в карман свой неизменный талисман - тяжелый ружейный патрон из желтого металла, натянул на себя коричневую косуху (писк моды позапрошлогоднего сезона, куртку эту отдал Атису начальник склада), кликнул Абсорбента и открыл дверь. Свет скудной лампочки выхватил из мрака кусочек коридора - облезлые стены, крашеные когда-то синей, а теперь потемневшей от времени краской, обколотая местами керамическая плитка на полу, вечно слепой пластмассовый плафон светильника на сером от грязи потолке. В него выходили двери еще трех квартир, точно таких же, как дверь Атиса - коричневых, унылых, скучных. И жизнь за этими дверьми была такой же, как его жизнь.

Абсорбент первым выскочил в коридор и принялся обнюхивать дверь соседней квартиры. В ней жила кошечка, которая давно являлась предметом его несбыточной мечты, и Абсорбент никогда не упускал случая засвидетельствовать ей свое почтение хотя бы через дверь. Атис ухватил кота, привычно засунул его за косуху и плотно застегнул молнию. К слову сказать, выходить с кошками на улицу было не принято, поэтому Абсорбента приходилось по мере сил прятать. В застегнутой косухе Атис теперь выглядел вполне респектабельно. Так, слегка беременный мужчина в полном расцвете сил, ну, может, пузичко необычное, но, в общем и целом все нормально. Атис защелкнул замок, подхватил сумку и покинул дом.

Он тогда еще не знал, что покидает его навсегда.

Когда он пришел, пьянка уже шла полным ходом. Квартира, где она происходила, была на первом этаже и пребывала в состоянии еще более бедном и запущенном, чем жилище Атиса - в ней отсутствовал даже телевизор. Коридор, узкий и короткий, оказался завален обувью, вешалка снова висела на одном гвозде, не выдержав веса одежды, дверь в кухню отсутствовала. Тараканы вольготно разгуливали по стене возле входа в ванну - обожравшиеся насекомые спешили на водопой. Атис усмехнулся, подумав, что Абсорбента сегодня ждет излюбленное развлечение - сбивание тараканов. В общем, у Леонида все было, как всегда.

На кухне уже висел коромыслом густой дым. Курили почти все. Авдей, забившись в уголок, потихонечку наигрывал на гитаре, Паша спорил с Герой, и в пьяном раже, пытаясь доказать свою правоту, колотил по столу кулаком. Ваган переместился в комнату и безуспешно пытался починить приемник, который благополучно сломали еще во время позапрошлого загула. Леонид тут же оказался возле Атиса и протянул ему мятую алюминиевую кружку.