Сергей Калашников - Гостинец от соседа

- Да, в общем, все так. Что еще? А, вот: между пальцами ног у них перепонки. Хвост очень сильный, зубы треугольные, острые и одинаковые. Нет ни клыков, ни резцов. Кожа на концах рук и ног, там, где нет одежды, похожа на змеиную. С мелкими чешуйками. Действительно, как у рептилий. Это вы их удачно рептами назвали. Мы их называли гадами. Убивать предпочитают не из ружей, а зубами. Вцепятся и рвут на части. И обычно тут же съедают. Стреляют плохо, потому что не целятся через прицел, а просто направляют ствол на жертву. Ружья у них такие же, как у тебя, Кир. Только без глушителя и без оптического прицела.

- А какая у них иерархия? Кому подчиняются? - Это уже Марина вступила.

- Не знаю. Ни разу не замечала, чтобы один другому приказывал. Но у них в шлемах радио. Похоже, через него и идут все команды.

- То есть получается, сами репты лишь исполнители чужой воли, - отметил Кир. - Это следует и из анализа их языка. В нем пять гласных, двенадцать согласных, и из них можно составить только двести шестнадцать слов. Поскольку все слова начинаются на "кр", "хр" или "гр", а далее следует гласный звук и за ним согласный - это сто восемьдесят. И еще тридцать шесть слов без гласных. Столь бедный язык не может быть основой технически развитой цивилизации. Он пригоден только для восприятия несложных команд. В общем, надо искать тех, кто управляет рептами.

3

Кир часто и подолгу отсутствовал. Он уходил в окрестности Сократова, ближайшего оккупированного города, и записывал радиообмен рептов. Вел наблюдение и искал источник команд, которым подчинялась эта странная армия.

Тем временем Марина не переставала опекать Ретту. С утра до вечера с часовыми интервалами кормила деликатесами и фруктами. Правда, всегда давала понемногу, не досыта. По пять раз в день заставляла заниматься гимнастикой: то бег и прыжки, то силовые упражнения, то развитие гибкости и скорости реакции. Но чаще всего - что-то вроде йоги. Дыхание, отрешенность, самоуглубленность и управление отдельными мышцами. Это было самое трудное.

Попробуйте раздуть одну только правую ноздрю или втянуть левую половину живота. И так любую из трехсот двадцати семи парных скелетных мышц и двух непарных. Эти занятия дополнялись краткими лекциями по анатомии, физиологии и биохимии. Марина, разумеется, не сильно углублялась в подробности, но кучу новых терминов Ретте пришлось выучить.

Она не понимала, зачем ей это, но не хотелось огорчать Марину капризами. Да и кое-какие результаты наводили на мысль, что в этом что-то есть. Кожа стала мягкой, гладкой и приобрела свой естественный бледно шоколадный оттенок. Личико округлилось, черты его смягчились. А главное, несколько уменьшился живот. Кир поглядывал на их занятия с хитрой одобрительной ухмылкой, и это тоже заставляло Ретту быть прилежной.

Через три месяца она могла отряхнуться, как собака, вышедшая из воды. Могла резким сокращением любого участка кожи согнать назойливое насекомое, хотя бы даже из-под лопатки. Но Марине этого было мало. Она учила Ретту управлять гладкими мышцами. Теми, которыми мозг, по науке, не управляет. Вскоре Ретта с удивлением обнаружила, что может регулировать ток крови в артериях и венах, управлять движением пищи в кишечнике или поставить дыбом волосы. Теперь она знала все про каждый свой орган, чувствовала, что в нем происходит, и даже могла на него немного воздействовать. Но и это было далеко не все. Теперь наступил черед желез внутренней секреции и других органов. И они подчинились, после некоторых трудов. Осознав, что получила почти неограниченную власть над своим телом, Ретта спросила Марину, а можно ли ей немного увеличить грудь.

- Нет, - ответила Марина, - пока рано. Начать следует совсем с другого.

И они начали. Сначала чуть расширили аорту. Потом немного увеличили селезенку, отрегулировали печень и желчный пузырь. Это было просто. Куда более трудоемкими оказались обратные процессы. Прежде всего следовало сократить размеры желудка и диаметр кишечника. Речь шла о том, чтобы большее количество отмирающих клеток заменить меньшим количеством новых. Это достигалось влиянием на поступление питательных веществ и веществ, регулирующих скорость роста и деления клеток. Поскольку результат каждого воздействия проявлялся со временем, дело оказалось хлопотным и долгим.

Но зато после этого устранение складки на животе показалось легкой разминкой. Затем наступил черед скелета. Он был слабоват и требовал упрочнения. Заодно чуть удлинили кости ног и шейные позвонки. На удивление, это оказалось несложно. Только организм требовал кальция, и Ретта с удовольствием хрупала мелки. Следующими были мышцы. Это уже совсем легко. За неделю Ретта прибавила восемь килограммов и приобрела фигуру богини. Осмотрев ее, Марина одобрительно цокнула языком и сказала:

- Ну вот. Теперь можно увеличить грудь. Только учти, оптимальный размер примерно вдвое меньше, чем тебе кажется. Слишком большая здорово мешает, особенно на бегу. А уменьшать намного сложнее, чем увеличивать.

- А ты откуда знаешь? - удивилась Ретта, глядя на пропорциональный Маринин бюст.

- Да уж знаю, - улыбнулась Марина. И Ретта тоже улыбнулась своей недогадливости.

- А что, Кир тоже умеет все это делать?

- Умеет, но не все. Он может залечить рану или мобилизоваться на очень большое усилие. Многое может. Но переделать свой организм он не способен. У него не все получается. Я его два года учила, но, похоже, он уже слишком взрослый. То и дело будто в стену упираешься. Ты вот за полгода всему обучилась.

- Скажи, Марина, откуда это колдовство? Это ведь колдовство, как в сказке. Ни о чем подобном я никогда не слышала.

- Нет здесь никакого колдовства. Все по науке. Давно известно, что ресурсы человеческого мозга используются не более чем на четверть. Зачем остальное? Выдвигались разные гипотезы, и одна из них: что для управления самим организмом. Моя мама всю жизнь занималась этим вопросом и доказала, что это действительно так. Проблема заключалась в реализации. Мы с ней много занимались этим, но заметных сдвигов не было.

Во время нападения рептов мама погибла. Мы с папой построили это бунгало, и мне приходилось часто и подолгу оставаться здесь наедине с инфом. Еще мама отметила, что йоги делали что-то подобное тому, чего хотели добиться мы. Только было не ясно, как им это удавалось.

Я извлекла из инфа все, что там было по этой тематике, и принялась делать, как они. Вскоре удалось зацепиться за методику. Все оказалось элементарно. От простого - к сложному. Шаг за шагом. Давно известно и применяется с первого класса и до выпускных экзаменов. В общем, через пару лет я могла такое, о чем мы с мамой и мечтать не смели.