Искра Жизни - Хэйфорд Пирс

если угодно, уверовать — в то, что Сыны Ноя меня так и не обнаружили, а непонятная рыба, на чьей талии мне привиделся пояс для инструментов, на самом деле существовала…

В этот момент «Симастер» дернулся, швырнув меня на переборку, и пришел в движение.

Это было невероятно. Я растерялся всего лишь на миг и уже через секунду оказался в кресле перед пультом управления, лихорадочно приводя в действие персональную защитную систему. Еще через секунду я надежно пристегнулся к креслу, и легкое давление на кожу подсказало, что воздушно-гелевая система кресла задействована. Приводимая в действие легчайшим толчком, она мгновенно окутает меня невидимой и практически непроницаемой оболочкой из сверхплотных молекул воздуха, специальным образом перераспределенных. Но до того, как это случится, в отчаянии сказал я себе, нужно держать пальцы на пульте. Вот только двигаться внутри кокона из воздухогеля — все равно, что пытаться плавать в тазу с застывшим яблочным желе.

Я лихорадочно шарил взглядом по дюжинам светящихся передо мной экранов, но ничего не находил. И тут все лампочки и приборы внезапно отрубились. Я снова очутился в кромешной темноте.

Глава 3. Первый контакт

Следующие два часа стали сущим кошмаром, за это время я дважды чуть не впал в настоящую панику. Стоило приборам отключиться, как я ощутил, что «Симастер» медленно движется вперед. Поначалу неуверенно и рывками, затем — слегка покачиваясь, как будто находился на поверхности воды. Но, что бы ни происходило вокруг, я ничего не видел. Более того — что, на мой взгляд, еще хуже — я ничего не слышал.

Полная темнота — с этим я еще мог смириться. Она наступала на борту «Симастера», по меньшей мере, раз в сутки, когда я выключал свет. Несмотря на то, что я находился на дне замерзшего озера, я говорил себе, что на дворе ночь, и пора на боковую. Погружаться в чернильную темноту перед сном вошло в привычку.

Но не сейчас. Когда погас свет, то мгновенно исчезли и любые звуки. Как будто кто-то вдруг взял да и перерезал мои слуховые нервы: я вдруг перестал слышать вообще. Ни звуков собственного дыхания, ни негромкого гудения дюжины ровно работающих механизмов, которые обычно наполняли тесное внутреннее пространство «Симастера» и звучали успокаивающим фоновым шепотом. Я не услышал даже грохота «винчестера», упавшего на пол, когда я выбирался из кресла, а затем принялся лихорадочно искать его на ощупь.

И, наконец, даже собственных истошных воплей…

В этот момент полупаника переросла в полную панику. Одной рукой я крепко прижал «винчестер» к груди, а другой принялся ощупывать лицо и голову. Да, все вроде бы на месте: глаза, уши, нос, рот. Да и кровь, похоже, ниоткуда не текла…

Наконец я устало скорчился на полу, примостив ствол «винчестера» на спинке кресла, и отчаянно попытался сообразить, что же происходит.

Может быть, Сыны Ноя атаковали лодку, используя оружие столь мощное, что разрывы не только ослепили меня, но еще и оглушили? Но, в таком случае, почему же не уничтожен сам «Симастер»?

И почему не был убит я сам? А может, и был? Может, именно так и чувствуют себя мертвецы?

Именно в этот момент я испытал второй прилив паники.

Через некоторое время мне удалось взять себя в руки, хотя все еще судорожно стискивал зубы, а выпученные глаза тщетно обшаривали темные закоулки салона.

Я скрючился на полу и выжидал. Это давалось не так-то легко, но что мне оставалось делать?

Вечность спустя снова включился свет.

Я обнаружил, что на меня смотрят три инопланетянина.

Первый контакт! То, о чем человечество рассуждало уже больше трех столетий. И честь вступить в него выпала какому-то Ларри Мэдигану… Будь на то моя воля, я бы, пожалуй, отказался.

Я оглянулся.

И оказался в состоянии пересмотреть свои чувства. Первое впечатление подсказывало, что все трое смотрят на меня. Но у одного из них я не заметил никого подобия глаз! Глядя на него, я сообразил, что именно это существо не так давно поспешно улепетывало от лодки сквозь толщу вод Большого Медвежьего озера. Именно его опоясывало то, что показалось мне поясом для инструментов. Я услышал, как с моих губ сорвалось нечто вроде вздоха облегчения. Пояс по-прежнему висел у него на том же месте, тускло-зеленый и битком набитый инструментами.

Несмотря на весь ужас ситуации, меня захлестнула волна облегчения: я снова мог слышать! Я вовсе не расстался жизнью. Я вовсе не пребывал в каком-то дурацком аду! Я жив!

Неподвижные, как статуи, мы с пришельцами пялились друг на друга, наверное, с минуту. Я все еще сидел на корточках на полу, тщетно пытаясь укрыться за сомнительно надежной спинкой кресла пульта управления. Я по-прежнему сжимал в руках «ремингтон», его смертоносный ствол все еще был направлен на пришельцев. Я не старался прицелиться, но в то же время и не отводил от них ствола.

Трое пришельцев находились прямо за вогнутой прозрачной панелью люка «Симастера». Точнее, пожалуй, сказать, что на меня уставились только двое — Яйцо и Невидимка, в то время как третий, Поплавок, занимался именно тем, из-за чего я дал ему эту кличку: парил в воздухе. Позади них виднелось нечто, напоминающее бледно-зеленую стену с неправильной формы коричневыми пятнами.

Я крепко зажмурился. Потом глубоко вздохнул, шумно выдохнул. Не снится ли мне все это? Может, я все-таки не умер, а просто заснул? Потом я неохотно открыл глаза. Трое пришельцев по-прежнему находились здесь. Я даже не стал себя щипать. Уже понял, что это не сон.

Глава 4. Решения

Я припомнил, как пару часов назад сидел, привалившись к переборке, прихлебывал кофе и пытался решить, какие действия позволят продержаться подольше. Теперь мне предстояло принять иное решение.

Пришельцы, не обращая внимания на то, что я за ними наблюдаю, прожгли дыру в керамосталевой стене «Симастера» и, похоже, собирались ее расширять.

Так что же делать: пусть спокойно занимаются разрушением моей лодки или превратить их в сгусток раскаленной плазмы? А это, в свою очередь, предполагает, что в борту «Симастера» появится еще одна дыра…

Я нервно опустил «винчестер». Допустим, я прожгу двухфутовую дыру в борту подлодки. А вдруг обнаружу, что по-прежнему нахожусь под тысячефутовым слоем арктической воды либо в помещении, заполненном ядовитым метаном?

Я снова перевел взгляд на пришельцев. Они начали прожигать отверстие в борту лишь после того, как один из них, больше всего похожий на человека, я про себя назвал его Невидимкой, помахал мне рукой. Универсальный жест