Александр Арбеков - Призрак и леший

— В свете чего? — мгновенно напрягся я, надеясь постичь какую-то очередную тайну.

— Ничего! — отрезал Леший. — Ну, давай рассказывай, что ты там навыдумывал.

— Значит так. Сценарий фантастического фильма готов!

— Ну, и!?

— Недавно появился над твоей усадьбой вертолёт, который покружился немного и вдруг приземлился. Выскочили из него два человека с безумными взглядами. Один впоследствии оказался известным режиссёром, другой не менее известным оператором. Эти индивидуумы все безумны. Так вот… Побегали они возбуждённо по усадьбе, стали охать и ахать, размахивать руками, о чём-то спорить, пришли в полный восторг. Собаки сначала их хотели растерзать, но ты вовремя отозвал псов, не чувствуя никакой опасности со стороны этих двух явно творческих личностей.

— Гениально! Ощущаю руку будущего мастера!

— Объяснили тебе пришельцы, что собираются снимать фильм, и для съёмок этих им нужна соответствующая натура для пары-тройки эпизодов. Твоя усадьба и дом, — это то, что надо! А какие собаки, а какие лошади, а какая тишина, необыкновенная красота и благодать вокруг! Один из эпизодов был посвящён вероломному нападению бандитов на усадьбу, где скрывался главный герой с двумя пистолетами и со своей возлюбленной в придачу к ним.

— Так, так! — оживился и воспрянул духом Леший. — Пожалуйста, налей мне коньяка, но в кружку. Вдруг дочка зайдёт.

— Держи. Так вот… Объяснили кинематографисты, что придётся при съёмке придерживаться требований реализма, ну и соответственно какие-либо павильоны, ненатуральная зелень, искусственно созданные интерьеры исключены. Некоторый вред территории усадьбы будет причинён, но киностудия его с лихвой возместит в денежном выражении.

— Великолепно! — восхитился Леший.

— Короче, съёмки продолжались три дня с утра до ночи, ребята что-то взрывали, кто-то в кого-то стрелял, лилась ручьём бутафорская кровь. Ты в это время в основном находился в доме на втором этаже, так как неважно себя чувствовал. Наконец ты не выдержал и попросил всю эту бодягу заканчивать. А тебе сообщили, что всё в порядке, работа завершена. Заплатили киношники тебе немалые деньги за аренду усадьбы и предложили восстановить всё, как было, но ты отказался и в свою очередь предложил им выплатить тебе определённую сумму, дабы ты мог, не торопясь, всё исправить и подправить по своему вкусу и разумению. Ребята с радостью согласились, расплатились, с огромным удовольствием отведали твоего самогона и, полностью удовлетворённые, улетели в дальнюю даль, пригласив тебя на грядущую премьеру во всем известном Городе Ангелов. Примерно так. Финиш!

— Ты не пробовал писать?

— Нет, попробую чуть позже. Разреши продолжить?

— Разрешаю.

— Ну а ты до сих пор так и не навёл порядок на территории. Здоровье не позволяет. Вот оклемаешься, да возьмёшься за дело, засучив рукава. А тут и твой гость нежданный, то есть я, вовремя появился. Заплатишь ты ему, то есть мне, хорошие деньги, и вы вдвоём, не торопясь, потихонечку всё восстановите и наведёте полный и окончательный порядок.

— Отлично! Ну, ты и молодец, ну ты и умница! Голова! — восхитился старик и заметно ожил. — Оказывается, ты не только метко стреляешь! Какая фантазия, какой вполне правдоподобный рассказ получился! И главное. Ты теперь сможешь на вполне законных основаниях остаться у меня на некоторое время. А вдруг дочка здесь задержится?

— Согласен.

— Молодец, за такой поворот событий следует выпить!

— Да, чуть не забыл.

— Внимательно слушаю.

— Барбара обязательно спросит, вот увидишь, почему ты позволил киношникам производить съёмки при твоём-то затворническом образе жизни и категорическом неприятии посторонних лиц на своей территории.

— И что я скажу в ответ?

— А ты ответишь, что испытывал очень сильную потребность в деньгах и вынужден был пойти на такой шаг, очень тяжёлый для тебя, но куда было деваться!? К приезду Барбары холодильник должен был быть полным, как и твоя душа, исстрадавшаяся от тоски по любимой дочурке!

— Я всё понял. Быстро ложусь, — засуетился старик. — Кажется, бельчонок мой идёт сюда.

— Ну и слух у тебя! — удивился я.

— В такой тишине и благостном покое любой слух обострится до невозможности. Я же тебе на речке об этом говорил, — проворчал Леший и закрыл глаза.

— Ребята, как вы?! — раздался жизнерадостный голос Барбары.

— Пока живы, — усмехнулся я.

— Ну и хитрецы, однако, эти псы! Представляете, Хан спрятался в будке у Батыя, а тот заслонил его от меня своей тушей. Выдало его то, что он подозрительно отводил взгляд в сторону. Но я-то все эти уловки знаю! Отец, я лапу у пса осмотрела, ничего страшного, — весело сказала Барбара. — Оказался в ней металлический осколок. Сейчас возьму свою сумку со всем необходимым и проведу небольшую операцию. Но перед этим всё-таки расскажи, что здесь произошло? Ты, я вижу, более-менее оклемался?

— Да, дочка, мне намного лучше, — старик, охая, сел, а потом довольно убедительно и красочно изложил мою версию произошедших недавно событий.

Барбара слушала молча, сначала недоверчиво и несколько напряжённо, но потом она расслабилась и после окончания истории спросила:

— Одно не пойму, как ты мог при твоём отшельническом, затворническом и весьма закрытом образе жизни позволить незнакомым людям присутствовать на территории усадьбы и при этом вытворять чёрти что?

Я улыбнулся, налил в свой бокал немного коньяка, с удовольствием и медленно выпил его, постоял с блаженно прикрытыми глазами, а потом задумчиво посмотрел в окно на высокое голубое небо. И тут в моей голове возник неожиданный вопрос. Окна, стёкла… Всё в целостности и сохранности. Странно. Как будто и не было недавнего боя.

В это время старик рассказывал дочке довольно жалостливую историю о своём катастрофическом материальном положении, которое значительно улучшилось после нежданного, но своевременного визита кинематографистов.

— Теперь всё понятно, — весело произнесла женщина и облегчённо вздохнула. — Сейчас сбегаю к Хану, вытащу осколок, продезинфицирую рану, сделаю перевязку и быстро вернусь.

— Мы вас ждём, милая, с нетерпением ждём, — хищно и чувственно улыбнулся я и проводил Барбару до двери, а потом задал старику недавно возникший у меня вопрос:

— Послушай, Леший, а почему все стёкла в доме после боя остались целыми? Столько было стрельбы, столько гранат взорвалось совсем рядом с хатой?

— Глупый вопрос, — буркнул старик. — Стёкла, конечно же, пуленепробиваемые, но гранатомёт с ними с лёгкостью справится. Слава Богу, что снаряд до дома не долетел.