Джон Браннер - Поймай падающую звезду

— Не совсем правильно называть меня предсказателем, — проговорил он после паузы. — Я изучаю небо, а не предсказываю будущее. Попытаюсь объяснить, что привело меня к такому печальному пророчеству.

Так начался самый тягостный день в его жизни. Ему было тяжелее, чем даже тогда, на борту лодки с маленькими человечками, когда он думал о возможных последствиях своей болтливости. Этот день был тягостнее даже тех дней, когда он пытался вызвать интерес к открытию у жителей родного города. Сейчас он испытывал другое. Не говоря о том, что после каждой фразы он должен был ждать, пока Лианг-Лианг переведет ее, у него было ужасное ощущение непреодолимой пропасти между тем, что он говорил, и тем, как они понимали его слова. Причем все они, включая и Лианг-Лианг.

И это происходило не потому, что они были невежественны. Нет, эти люди были хорошо осведомлены в области астрономии, хотя некоторые слова — такие, как «телескоп», были Кионг-Бину незнакомы, и значение их приходилось объяснять. В пользу этих людей говорило и то, что они не жили лишь ради настоящего. Креоан считал, что общество, интересы которого сконцентрированы на изучении периода истории продолжительностью в сотни тысяч лет, должно иметь широкие взгляды. Кроме того, уважая способность предков предвидеть будущее, эти люди перенесли свое отношение и на пришельцев.

Но все же в их реакции на известие о близком конце света не было и следа того, что испытали Чалит, Креоан и даже Ху — этого чувства грядущей трагедии, из-за которого они и отправились в путь. Общий тон обсуждения был спокойным, лишенным каких бы то ни было эмоций, как будто речь шла о том, что случилось десять тысяч лет назад.

Кионг-Ла, похоже, более, чем другие, ощущала важность того, о чем он говорил, однако не смела сказать ни слова — по некоторым случайным фразам Креоан понял, что девушка оказалась здесь лишь потому, что упросила деда разрешить ей встретиться с пришельцами.

Наступил полдень. Принесли всевозможные кушанья. Беседа продолжалась с обстоятельностью, сводящей с ума: задавались вопросы, и прежде чем ответить на них, собеседники долго выясняли, в одинаковом ли смысле они употребляют те или иные слова. Соответствуют ли понятия «телескоп», «звезда», «годы», использованные Креоаном, терминам, которые употреблялись четырнадцать тысячелетий назад. Все более и более раздражаясь, Креоан взглянул на Кионг-Ла и удивился: она кусала губы и качала головой, показывая, что хорошо понимает, как ему скверно.

Ху тоже до смерти надоели все эти разговоры, и в конце концов он не выдержал.

— Пожалуйста, спросите Кионг-Бину, — обратился он к Лианг-Лианг, изо всех сил стараясь быть вежливым, — понимает ли он, что Креоан говорит правду, а если понимает, то собирается ли что-нибудь предпринять?

Лианг-Лианг с удивлением посмотрела на него.

— Что-нибудь предпринять? — переспросила она с таким видом, будто Ху сказал что-то неприличное.

В это мгновение на Креоана снизошло озарение: он понял, что будет дальше, и тут же пожалел, что понял.

— Да, предпринять! — выкрикнула молчавшая до сих пор Чалит.

— Но ведь я уже говорила, — терпеливо сказала Лианг-Лианг, — мы созываем общее собрание, на котором обсудим это как можно подробнее.

— И ничего больше?! — изумилась Чалит.

— А что возможно еще? — Лианг-Лианг была удивлена.

— Мы не знаем, — сказал Ху. — Но кто-нибудь из ваших ученых, может быть, знает?

— Это и выяснится на собрании, — Лианг-Лианг явно успокоилась. — Вполне возможно, что у кого-нибудь найдется дополнительная информация, и мы с радостью передадим ее вам. Знаниями нужно делиться — это основной принцип нашего общества.

Ху, Чалит и Креоан обменялись взглядами.

— И больше вам ничего не нужно? — спросил Креоан.

— Вы поделились своими знаниями с нами, мы поделимся своими с вами, что же еще?

В этот момент Кионг-Бину что-то сказал, и Лианг-Лианг перевела ему разговор. Чалит, еле дождавшись паузы, спросила:

— А собираетесь ли вы действовать, обретя новые знания?

Лианг-Лианг была потрясена до глубины души.

— Действовать? — переспросила она.

— Конечно! Вдруг окажется, что можно что-то сделать…

— Вы предлагаете нам испачкать руки трудом? — прервала Лианг-Лианг Чалит.

— Конечно, если…

— Ничего не конечно! — с негодованием крикнула Лианг-Лианг. — По-моему, вы превышаете права гостей! — Во-первых, вы заранее осуждаете решение общего собрания. Во-вторых, вы предлагаете делать нам неинтеллектуальную, черную работу. В-третьих, если я ошиблась во втором предположении, просите предоставить вам людей, чтобы они выполняли черную работу для вас! Но наше маленькое общество не может жертвовать никем ради чужих дел.

Это было уже чересчур.

— Но это работа не для нас! — с возмущением воскликнул Креоан. — Это работа для того, чтобы спасти планету Земля и всех живущих на ней, включая и вас! И если окажется, что кто-то, действительно знает способ, как спасти Землю, неужели Кионг-Бину не прикажет, чтобы…

— Достаточно! — прервала его Лианг-Лианг. — Продолжать эту дискуссию не имеет смысла. То, о чем вы говорите, было возможно лишь в варварские периоды истории. Я не могу представить себе Кионг-Бину, приказывающего ученым испачкать руки! Это просто неприлично!

Она вскочила с табуретки и начала что-то возмущенно говорить Кионг-Бину и Ненг-Иду. Их лица стали каменными, они тоже поднялись, поспешно раскланялись и покинули комнату. Лианг-Лианг, стараясь не встречаться с гостями взглядом, последовала за ними. Кионг-Ла, однако, уходить не спешила. Она улыбнулась Креоану и спокойно проговорила:

— Не переживайте! Мой дед абсолютно консервативен, он никогда не заглядывает вперед дальше, чем на шаг. Поэтому и окружил он себя людьми такого же склада. Но не все здесь такие. У меня есть друг, его зовут Паро-Мни. Он знает, как нужно себя вести на собрании, и у него будет возможность проявить свои таланты. Посмотрим, права ли я. Все будет хорошо, не переживайте!

Она опять улыбнулась и ушла.

XIX

— Не могу понять этих людей, — проворчал Ху, наверное, в тысячный раз.

Креоан вздохнул:

— Я тебе высказал свое мнение! По-моему, они так долго занимались изучением прошлого, что забыли о простой истине: всё когда-то происходит впервые. Они легко прогнали темнокожих вояк, поскольку проделывали это уже не раз, но, оказавшись в ситуации, не имевшей прецедентов, они просто не в состоянии ее воспринять и надеются, что она разрешится сама собой. Похоже, сегодняшнее собрание будет для них непростым.

— Чем бы ни кончилось это собрание, — сказала Чалит, — я сомневаюсь, что от них будет какая-нибудь практическая польза.