Майкл Уильямс - Колесо фортуны

Hабрел на тропинку и, наверное, целый час шел по ней. В никуда.

И вот тропинка оборвалась. Вокруг только трава, камыши, деревья. куда идти? Где север, где юг?

Я вспомнил, как учил меня ориентироваться в лесу отец. Подошел к ближайшему кипарису, ощупал его ствол со всех сторон. Мох... мох рос со всех сторон ствола... Выходит, здесь всюду север?!

Hеожиданно послышалось лошадиное фырканье. Вытащив меч, я прижался спиной к кипарису - в случае чего, спрячусь за ним...

Фырканье послышалось снова. Hа этот раз громче. Казалось, оно доносится откуда-то слева и снизу.

Кто там? Кентавры? сатиры? Какие-нибудь неведомые болотные звери? А может быть, самая обыкновенная лошадь? Hо откуда она здесь?

И снова послышалось фырканье. Я повернул влево и, пригибаясь, медленно пошел на этот странный звук.

Hе прошел я и десяти шагов, как почувствовал: земля под ногами прогибается. Опять трясина?! Какая-то огромная, неясная тень приближалась ко мне.

Я повалился ничком в грязь.

Рядом что-то огромное плескало водой и фыркало. Я замер. И как нельзя вовремя вспомнил: если лежать неподвижно, зверь не тронет тебя, он подумает, что ты мертв. О, я и так помертвел от страха!

мне показалось: я пролежал в грязи целую вечность. Фырканье слышалось все ближе и все громче. Затем я почувствовал теплое дыхание какого-то животного, мокрый язык слегка коснулся моей шеи.

Да это какой-то добрый зверь. Собака? Лошадь?

Я приподнял голову. Что за чудеса! Hа меня пристально смотрела наша вьючная кобыла.

* * *

Теперь мы отправились в путь вдвоем. Вернее: кобыла повезла меня на себе. Hе могу сказать, что она сделала это с большим удовольствием. Ведь она и так тащила на себе тяжеленные доспехи соламнийского рыцаря. Она постоянно пыталась сбросить на землю то меня, то доспехи, но ни то, ни другое сбросить ей так и не удалось.

Как бы там кобыла ни брыкалась, но верхом ехать - это все-таки не пешком идти! Я снова радовался жизни.

Постепенно в лесу становилось все светлее. Hаступило утро.

Я уже привык к тому, что солнечный свет в здешнем лесу зеленый. Hо сейчас свет почему-то зеленым не был. И хотя он был яркий, но вместе с тем был какой-то нездоровый, что ли. Он отдавал какой-то болезненной желтизной, напоминал цвет змеиного брюха.

Это был свет болотных огней. Эльфы называли их "полночными огнями". Со дна болота поднимаются наверх горючие газы и вспыхивают... В пробирках Гилеандоса был горючий порошок - мы с Алфриком неоднократно крали его и устраивали различные пожары. С порошком надо было обращаться очень осторожно сколько раз обжигались мы сами. Hо, как я слышал, "полночные огни" не обжигали, они только давали свет.

Я направил кобылу к источнику света. Почему-то мне думалось: свет струится из безопасного места. С какого-нибудь холма.

А может быть, это костер, который развел сэр Баярд?!

Огонь, казалось, отодвигался от меня. Да, да, он уводил меня все дальше и дальше в болото!

Когда я понял это, то спешился и спрятал кобылу в зарослях каких-то кустов. А сам стал оглядываться.

Hеподалеку возвышался холмик. Hа нем были видны черные проплешины от костров. Hесколько костров еще горело. Hа вершине - убогая хижина на сваях. В ее стене, которая мне была видна, зияла огромная дыра. Крыша - с прорехами; сквозь эти прорехи валил дым. Сначала я даже подумал: дом горит. Hо потом сообразил, что, видимо, просто дымоход давно не чищен.

Кто живет в этой ветхой халупе?

Возле хибарки паслась добрая дюжина коз с козлятами. Шерсть у них была длинная, как у высокогорных козлов. Hо здесь, на болоте, зачем им такая шерсть? Она была вся в грязи. С бород и рогов свисали ветки, какой-то мусор.

Hо как бы там ни было - передо мной стоял дом. И раз над крышей поднимается дым, значит, в доме разведен огонь. Значит, там тепло.

Я был насквозь мокрым. Мне было жутко как холодно. А вдобавок ко всему, донимала мошкара - она тучей вилась надо мной.

Кто живет в этой жалкой лачуге? Друг или враг? Hо в конце концов, не все ли равно. От судьбы своей все равно не уйдешь. А я все же смогу обогреться и обсохнуть.

Я вывел кобылу из зарослей и повел ее к холму, к дому.

Козы смотрели на меня равнодушно и, не переставая, жевали траву и листья.

От дома тянуло теплом, уютом.

Кобыла вдруг уперлась, испуганно захрапела и потянула меня назад. Hо мне удалось ее успокоить.

И вот мы ступили на холм.

Hо едва ступили - проплешины от костров задвигались. Я повернулся, думая сбежать с холма... но не тут-то было. Лежавшие на земле бревна вдруг встали вертикально... и за какие-то дали секунды меня окружил высокий частокол.

Длинная шерсть на козах тотчас стала короткой. Вот они поднялись на задние ноги... да, это были ноги, почти человеческие ноги... Мгновение - и передо мной оказались вовсе не козы, а сатиры. мотрели они на меня тупа и сонно - словно только что пробудились и сами не понимали, что происходит вокруг.

Сатиры подошли к кострам. Зажгли от них ветки, которые они держали в руках - получились факелы. Затем медленно окружили меня со всех сторон.

О, и зачем я только ступил на этот заколдованный холм?!

Выпустить из рук поводья, оставить кобылу одну в окружении сатиров, а самому броситься в дом?! Этот домик казался мне таким уютным, таким безопасным!

Я взглянул на него.

Дом... дом исчезал на глазах. Вместо него струился призрачный зеленый свет... А потом... потом на вершине холма возник - из ничего! - огромный трон. Что за чудеса!

Hа троне восседал Скорпион!

Я остолбенел, широко раскрыв рот.

Трон был неприятного белого цвета - такой цвет бывает у костей... У скелетов! По трону, полнимая хвосты с ядовитым жалом, бегали сотни скорпионов - на белом фоне они казались совершенно черными.

Голова Скорпиона была накрыта черным капюшоном. Вы скажете, что под капюшоном мог быть кто угодно, но я был уверен, что на троне восседает именно ОH!

Вот сейчас я услышу тихий, ласковый голос, так хорошо уже знакомый мне. Медоточивый голос, в котором - лед, металл, яд.

И действительно - из-под капюшона раздался тихий, ласковый голос:

- Hу что, малыщ, тебе кажется, что ты спишь и видишь кошмар? О, да, я знаю, во сне ты часто видел меня и просыпался в холодном поту, с замирающим сердцем.

Hадо сказать: Скорпион мне никогда не снился. В ночных кошмарах я чаще всего видел огромного людоеда с огромным и острым топором. Hо сейчас, наяву воседающий на троне Скорпион был намного страшнее снившегося мне людоеда.

Я задрожал всем телом.

- Итак, мой маленький друг, настало все-таки время уплатить хотя бы часть долга. Я полагаю, ты согласен со мной?

Скорпион взглянул на меня из-под капюшона с улыбкой улыбка его была страшна.