Нагару Танигава - Тревога Харухи Судзумии

- Да нет же!

Накагава поднял голову, на его лице было написано затруднение:

- Не знаю, что и сказать… пожалуйста, дай подумать, Кён. Будь добр…

Затем Накагава уселся на постели и принялся тяжело вздыхать. Неужто из него и впрямь все мозги вышибло? Беседовать с ним не было никакого смысла. Что бы я ни говорил, он отвечал «хмм», как будто над чем-то серьёзно раздумывая. Наконец, он схватился обеими руками за голову, как при головной боли. Тут даже я понял, что дела плохи, и засобирался прочь:

- Накагава, будь добр, подробности сочини в другой раз. Как-то это всё…

И доклад Харухи придётся отложить. Расскажи я ей, что случилось, меня бы ждало лишь испытание её пронзительным взглядом.

Выйдя из палаты, я увидел Нагато. Она ждала меня, прислонившись к стене. Её тёмные глаза-бусины уставились на меня, а затем на пол.

- Пошли.

Слегка кивнув головой, Нагато вернулась к роли моего личного призрака и послушно последовала за мной.

Что тут происходило?

Я быстрым шагом направился к автобусной остановке, а за мной безмолвно следовала Нагато.

Со сценой, которая развернулась затем в кофейном магазинчике, большинство из вас хорошо знакомы. Харухи излагала свои планы на зимние каникулы и болтала без умолку, Коидзуми машинально кивал, Асахина-сан неторопливо пила дарджилингский чай, я сидел с видом не находящего себе дела человека, а Нагато от начала и до конца изображала тихого слушателя, не имеющего своего мнения ни по каким вопросам.

Счёт был разделён между нами поровну, и сегодняшние мероприятия «Бригады SOS» подошли к концу. Когда я добрался до дома, меня уже ждал…

- Кён-кун! Тебе как раз звонят…

Моя сестрёнка, улыбаясь, держала в одной руке беспроводную трубку, а другой удерживала Сямисэна. Я взял у неё и кота, и трубку и проследовал в свою комнату.

Разумеется, звонил Накагава.

- Не знаю даже, как и сказать…

К сведению любопытных, звонок был сделан с платного телефона госпиталя. И действительно, Накагава затем произнёс то, что сказать, наверное, было непросто:

- Будь добр, пожалуйста, передай Нагато, что я хотел бы отменить своё предложение руки и сердца?

Он говорил как председатель какой-нибудь небольшой фирмы, умоляющий отложить погашение растущих день ото дня долгов.

- Не хочешь объяснить, в чём дело?

Мой тон, напротив, подошёл бы очень сердитому на несчастного председателя кредитору.

- Ты так расписывал свои мечты о счастливой совместной жизни навеки, а теперь ты всё отменяешь и сдаёшься после единственной встречи? Тогда какого чёрта ты мучался последние несколько месяцев? Хочешь сказать, ты передумал, увидев Нагато? Если не объяснишь всё как следует, можешь не надеяться, что я передам твоё сообщение.

- Прости. Я и сам себя толком не понимаю…

Кажется, Накагава извинялся искренне.

- Когда она пришла в госпиталь навестить меня, я был ужасно счастлив и благодарен. Но в этот раз вокруг неё не было тех светящихся колец или ауры или чего-то такого. Она казалась обычной девушкой, каких полно на улицах. Как ни посмотри, она и была обычной девушкой. Почему так получилось, что произошло – даже мне тяжело объяснить.

Мне представилось лицо Нагато, на котором отражалось сомнение.

- С тех самых пор, Кён, я напряжённо думал и, наконец, принял решение. Раньше я был безнадёжно влюблён в Нагато-сан, но теперь я не чувствую к ней никакой симпатии. Видимо, раньше я заблуждался.

Как это ещё «заблуждался»?

- Я ошибся. Это была не любовь с первого взгляда. Ведь если подумать, любви с первого взгляда не бывает. И всё же я попался в плен иллюзий, поверив, что влюбился.

Великолепно. Но как быть с твоими рассказами про Нагато, которая являлась тебе окружённой белым ангельским ореолом, и все эти «как громом поразило»? Как ты объяснишь, что застыл на месте, лишь завидев Нагато?

- Я правда не знаю.

Накагава говорил таким извиняющимся тоном, как если бы он умолял дать ему прогноз погоды на ближайшую сотню лет.

- Даже понятия не имею. Единственное, что я могу предположить, что всё это было лишь галлюцинацией…

- Да ну?

Хоть и могло показаться, что я невежлив, я вовсе не пытался винить Накагаву. По правде говоря, я и сам был удивлён тем, что всё обернулось строго по моим догадкам. Ещё когда я в первый раз слушал бессвязную речь Накагавы, я уже догадался, в чём тут было дело.

- Ну хорошо, Накагава. Я передам твоё сообщение Нагато. Уверен, она будет не слишком расстроена, поскольку ты её особо и не интересовал. Она вмиг о тебе забудет, не сомневайся.

Из трубки донёсся вздох облегчения.

- Да? Ну если так, то слава богу. Не знаю, как бы я иначе перед ней извинялся. Моё хладнокровие, должно быть, раньше мне изменило.

Видимо, изменило. Других объяснений нет. Раньше хладнокровие Накагавы ему изменило, но теперь он снова в порядке. Может, кто-то наложил на него заклинание восстановления?

Мы с Накагавой обменялись парой фраз, пока на его телефонной карте не истёк кредит, а затем попрощались. Хорошо, что всё закончилось таким образом, поскольку нам, возможно, ещё предстояло увидеться в жизни.

Повесив трубку, я тут же снял её снова и набрал другой номер.

- Можешь сейчас со мной встретиться?

Я сообщил человеку по ту сторону провода время и место встречи, затем схватил моё пальто и шарф. Сямисэн, развалившийся на пальто, был сброшен на ковёр, откуда сердито смотрел на меня.

Вчерашний день был полон событий, и сегодняшний, не менее лихорадочный, уже подходил к концу.

Я крутил педали велосипеда, направляясь на святую землю эксцентричных людей, в парк возле станции, рядом с которым располагался дом, где жила Нагато. Нагато назначала мне здесь встречу в начале мая. Когда мы с Асахиной-сан путешествовали назад во времени в Танабату три года назад, я проснулся тоже в этом парке. И совсем недавно, когда я вторично прыгал в прошлое, именно тут я сидел вместе с выросшей версией Асахины-сан. Все эти воспоминания сейчас нахлынули в мою голову.

Я подъехал ко входу в парк и оставил здесь свой велосипед, а дальше пошёл пешком.

На парковой скамейке, с которой было связано так много воспоминаний, закутавшись в пальто с накидкой, как какая-нибудь джава[9], сидела и ждала меня девушка. В неярком свете уличных ламп она, казалось, возникла из темноты.

- Нагато, - обратился я к хрупкой фигурке, смотревшей на меня, - Извини, что вызвал тебя ни с того, ни с сего. В общем, как я и сказал по телефону, Накагава передумал.

Нагато легко поднялась и едва заметно кивнула, сказав затем:

- Ясно.

Я посмотрел в угольно-чёрные глаза Нагато.