Константин Якименко - Проклятие пятого уровня

Кажется, прошло уже достаточно времени, чтобы еще раз попытаться найти Нальгора. С этим откладывать не стоит.

Наконец-то мне это удалось, и я увидел его добродушное лицо на экране своего компьютера.

– Андрей? Я же не перепутал? – немного смущенно спрашивает он.

– Нет, не перепутал. Андрей Шалькин, запомни на будущее, может пригодиться.

– Ну и как твои дела, Андрей? Ты, кажется, тоже торговлей занимаешься, только меньшего масштаба? – огрянин слегка рассмеялся.

– Думаю, тебе это вряд ли интересно.

– Почему? Как раз даже интересно! Я, правда, компьютерным бизнесом никогда не занимался, у каждого, так сказать, свое место под солнцем. Но в жизни стоит все попробовать. Хотя сейчас у меня своих дел хватает, вот развяжусь с самолетами, можно будет и на компьютеры переключиться. Надо будет с тобой проконсультироваться, ты же, кажется, большой специалист в этом деле, а я…

– Арсен, почему ты снабдил Вольского деньгами? – прерываю я его тираду, которая иначе может продолжаться до бесконечности. Я сам не из болтливых и пустых разговоров не люблю, а сейчас тем более не до этого.

– А, вот ты о чем… Я совсем забыл, тебя же назначили руководителем этой операции, – ни на секунду не верю, что он в самом деле это забыл. – Ну, это была наша совместная идея с Шиловским. Мы, помнится, как-то встретились, говорили о том, о сем, я ему рассказывал о своих делах, он мне о своих. Потом мы обсудили, у кого из нас какие связи, кто помогает нам получать информацию, где больше, где меньше… Ну, а потом кто-то из нас сказал – было бы хорошо, если бы найти человека, которого можно полностью контролировать. От такого мы бы получили все, что угодно, без лишних разговоров.

– Момент! Так кто из вас подал эту идею?

– Кто? Да не помню! Мы тогда столько всего переговорили… Андрей, что ты хочешь, это же было год назад, даже больше! У меня же память не безразмерная!

– Ладно, не важно. Продолжай.

– Ну, мы это обсудили, сначала абстрактно, а потом Иван говорит: а ведь один такой есть на примете. Хочет власти, а ухватить нечем. Если мы эту возможность упустим, другой такой не будет. Потом мы составили план. Иван должен был как-то с ним поговорить: типа, я все устрою, но тебе это будет стоить столько и столько. У него таких денег нет, он начнет ходить, искать спонсора. Ну, тут я подвернусь и сделаю предложение: если он выдвинет программу поддержки среднего бизнеса, плюс к этому даст кое-какую рекламку моим предприятиям, я даю ему такую-то сумму. Он на это клюнул, так что все вышло по-нашему. Потом периодически кто-то из нас встречался с ним. Советник жаловал нас обоих, он помнил, что иначе не быть бы ему советником. Тем более, мы с него денег не требовали, так только, болтали о том-сем, ну а что тут такого особенного, почему бы ему с нами не поговорить?

– Вольский знал о вашей связи?

– Ни в коем случае! За кого ты меня принимаешь? Это была часть плана, он никогда не увидел бы нас вместе! И мы никогда друг о друге при нем не говорили.

– И что было потом?

– Да ничего особенного… Все это продолжалось до самого убийства. За пару дней до этого Иван, кажется, с ним виделся. А я должен был встретится на следующий день, но не сложилось… Ты и в самом деле думаешь, что это кто-то из наших?

– Арсен, мне стало известно, что Вольский знал о наблюдателях.

– То есть…

– По крайней мере, он знал меня, Баркова и самого Шиловского.

– Да?! Но каким образом…

– Вот я и пытаюсь узнать.

– Погоди-ка… Ты же не думаешь, что это один из нас? Я или Шиловский?

– Каждый подозревает, кого хочет. Барков, например, меня.

– Тебя?? – Нальгор издал странный нечленораздельный звук.

– Ты действительно ничего не знаешь или притворяешься?

– Я? Да я… как-то так… не задумывался…

– Советую поговорить с Эйносом, у меня нет времени все пересказывать. Еще один последний вопрос: что у тебя произошло с тем конкурентом, на которого ты поднял свой лучемет?

Выражение лица огрянина вдруг изменилось, как будто ему ни с того ни с сего дали пощечину. Во взгляде ясно чувствовалось желание, чтобы мое лицо исчезло с экрана.

– Андрей, это дело прошлого. Тебя это не касается, – произнес он уже не так дружелюбно, как говорил раньше.

– Теперь все меня касается, Арсен, потому что я – главный. Ты же так и не вернул свой лучемет после того случая? Он ведь все еще при тебе, так?

– Ты ведь не знал этого негодяя, Шалькин! Он торговал наркотиками. Его люди забили насмерть одного из моих знакомых, за то что он не платил ему дань. У каждого человека есть предел терпению, у меня – тоже!

– Ладно, но зачем лучемет?

– Да пошел ты! – выкрикнул, словно отмахиваясь от назойливой мухи, Нальгор.

А ведь и в самом деле, этот человек способен совершенно преобразиться!

Я легонько покачал головой:

– Извини, конечно, что я полез не в свое дело. В последнее время я и сам на пределе. Когда я найду предателя, то тоже буду не прочь застрелить его из лучемета. Мы еще поговорим, Арсен, но сначала тебе стоит поговорить с Центром. До свидания!

Даже не знаю… Трудно представить, чтобы этот человек играл. Да, он мог сорваться и пустить в ход лучевое оружие. Но сознательно подстроить комбинацию, чтобы не только добиваться своих целей, но и подставлять другого человека – это на него не похоже. Хотя я и видел его по-настоящему второй раз в жизни, а говорил – первый, все равно не похоже! Может быть, он застрелил советника. Может, он даже о чем-то догадывается насчет предательства. Но сам он – честен. По крайней мере, так я чувствую.

Кто же тогда остается? Ларрок? Что за идеи могут быть у этого образцового наблюдателя? И что у него за предчувствие относительно Нальгора?

– Поступил запрос на связь, уровень «И-Эйч», Борис Барков, Москва.

– Соединяй, – немедленно откликаюсь я. Что еще понадобилось этому хайламцу?

– Здравствуй, Шалькин, – он впивается в меня взглядом.

– И ты будь здоров.

– Шути, пока шутится, – совсем не доброжелательно произносит Тар-Хамонт. – Эйнос все еще не хочет ничего делать, – неопределенно продолжает он.

– Ему решать, он координатор.

– Мне все равно. Шалькин, я пока тебя не трогаю. Доказательств вполне достаточно, чтобы тебя задушить, но я подожду.

– Чего тебе не хватает, Барков? – сейчас почему-то его заявления совершенно меня не пугают.

– Мотива. Причины, по которой ты это сделал. Я хочу залезть в твою душу, вывернуть ее и понять, из-за чего ты свихнулся. А потом я до тебя доберусь.

– Я не хочу с тобой спорить, Кам-Хейнаки. Ищи, что-нибудь найдешь.

– Я найду, – спокойно отвечает он и продолжает пожирать меня взглядом, от которого тянет холодом. – Эйнос там много переживает, он хочет, чтобы ты сам к нему вышел и признался. А мои методы попроще и пожестче, зато надежнее. Не надо было убивать Мелеша!