Анатолий Фисенко - Галактика 1995 № 2

Легионы нечисти остановились — их было невероятно густо. Казалось, вся степь пришла в движение и каждая травинка стала бойцом. Даже многоголосица уменьшилась, ведь чародейская дуэль не частое зрелище. Фигуры в балахонах взмахнули жезлами — и перед ними возникли огромные иллюзорные клыкасто-рогатые демоны. Троль, тоже поднял руки — и навстречу фантомам шагнули такие же призрачные великаны. Те и другие бросились вперед и началось безмолвное сражение: в воздухе летали отрубленные конечности, головы, но взамен тут же вырастали новые. Монстры возникали беспрерывно и сразу вступали в схватку, которая, впрочем, не давала преимущества ни одной из сторон. Потом призраки одновременно исчезли, поединщики развернулись и поскакали восвояси. Щиты снова раздвинулись, потом сомкнулись — и Агния увидела неимоверно изможденного и бледного командира, измотанного психическим сражением до изнеможения.

— Ничья, — буркнул он. — Хроца бы им… Сейчас начнется главное.

Вражеская армада взревела и стремительно покатилась к напружиненной шеренге щитов навстречу метким стрелам, выкашивающим целые ряды. Обе армии соприкоснулись. Затрещали ломаемые копья, зазвенели мечи, над полем повис тягучий вопль, прорезываемый зычными сигналами труб и дробью барабанов.

Союзники попятились по всему фронту, пока сохраняя изломанный строй. Надолго ли?

Троль вытащил из ножен меч и повернулся к Верховиду:

— Присоединишься?

— Обижаешь, начальник. А ты, богиня, давай-ка с ранеными в ущелье.

— Сам дурак, — Агния взвела арбалет и свистом подозвала Огонька — тот давно бил копытами и яростно фыркал, чуя кровь.

Вражеские кавалеристы уже были рядом. Их вожак — верзила в черных доспехах с золотыми пластинами на груди — гневно потрясал секирой и хрипло вопил.

Она прицепилась и плавно спустила курок — главарь свалился наземь, потом швырнула в другого атакующего разряженный арбалет, обнажила сверкнувший меч и заслонилась круглым щитом, готовясь подороже продать свою жизнь. Подоспел отряд шеркских лучников. Десятки всадников рухнули, утыканные стрелами, но в большинстве пострадали кони, которые предсмертно храпели и пытались встать на дыбы, валились, сминая седоков. Неразбериха стала полной. Огонек тоже зашатался, пораженный шальной стрелой. Агния успела соскочить и схватилась со спешенным трупоедом. Тот, пригнувшись, взмахнул саблей, пытаясь подрубить ей ноги, она высоко подпрыгнула и сама ударила наотмашь. Противник качнулся, сделал пол-оборота и упал навзничь. Через него перескочил бородатый северный наемник с шипастой палицей, опустившейся на ее щит, который затрещал, но не треснул. Юная чародейка отклонилась от следующего удара, одновременно попыталась пнуть бородача в толстое брюхо, потеряла равновесие и чуть не свалилась. Теперь каждый внимательно следил за соперником, надеясь отыскать малейшую брешь в защите. Улучив благоприятный момент, северянин ударил с такой силой, что меч выскользнул из онемевших пальцев девушки. Она поскользнулась на чужой крови, но устояла, выхватив из-за пояса кинжал — против палицы бесполезный — и метнула в орущее лицо. Волшебное лезвие легко проткнуло шлем — и еще одно мертвое тело присоединилось к груде других. Рядом упал с дротиком в горле сигнальщик в изрубленных латах, с посеченным в щепки щитом.

— Не спи! — рявкнул отступающий мимо гном, размахивающий топором со смертоносной эффективностью. Стрела пронзила ему бедро, он нагнулся, отломал ее у наконечника и выдернул сзади.

— Обопрись на плечо, — сказала Агния и отмахнулась вновь подобранным кинжалом от вражеского палаша — тот раздробился, как стеклянный. Она вдруг вспомнила поединок с Желтой ведьмой и ее перерубленный волшебный посох. Теперь уже специально она скрестила клинок тьмы с чужой шпагой — она легко переломилась. Тогда кинжал принялся рубить вражьи доспехи и оружие, точно солому. Поредевшие трупоеды в ужасе отшатнулись, и под насмешливое улюлюканье побежали к основной массе сражающихся. Впереди, часто оглядываясь, мчались немногие уцелевшие верховые.

Девушка, поддерживая хромающего гнома, поспешила в ущелье вместе с другими отступающими. За ее спиной шеренга весовитов, упорядоченно пятясь, сдерживала натиск. Троль рубил двуручным мечом, выкашивая врагов, словно сорную траву. Агния хотела ему помочь, но ее подопечный застонал и зашатался без опоры. Мимо пробежал Ульк с залитым кровью лицом и перебитой левой рукой.

Дальний конец открывшегося ущелья перегораживала баррикада из нагроможденных валунов. В узкий проход между ними вливалась отступающая пехота — конница уже давно спешилась. Агния, ведя своего раненого, тоже торопливо вошла в каменный «коридор» и оказалась в пространстве, тесно занятом повозками, стоящими и лежащими воинами.

— Поторапливайтесь, сони, — подгоняли охранявшие проход.

Агния помогла сесть раненому возле другого с перебинтованной головой. Тот оскалил в приветственной ухмылке редкие гнилые зубы:

— Жива? Не надолго, сейчас нас раздавят.

— А, это ты, Эрл. Получил по башке?

— Не-а, — тот коснулся грязной повязки. — Споткнулся в начале битвы — и лбом о камень.

— Бедный камень, — буркнула она и заметила знакомого маршальского адъютанта, бывшего лесного вожака, следящего из-под ладони за иссякающим потоком беглецов. Она вскарабкалась на узкую каменную площадку и потрясла за плечо.

— Эй, Забияка, где Фиорн?

— Ранен. Мы угодили в засаду и если бы не наши маги… — процедил тот и вдруг истошно завопил:

— Троль, скорее заходи, иначе ворвутся. Закрываем проход!

Она перевела взгляд вниз и увидела, что часть преследователей уже просочилась за баррикаду и дралась внутри. Последних отставших союзников прикрывал снаружи командор с горсткой воинов. Если бы не они, баррикада пала. Вокруг них громоздились трупы, по ним взбирались воющие варвары. Свистели дротики и метательные диски. Защитники падали один за другим — последней старая Ирга, пронзенная трезубцем. Троля, видимо, охраняло волшебство, могущее отвести направленный удар, но не случайную стрелу.

— Быстрее сюда! — орал Забияка, приплясывая на площадке. Стрела ударила его в бронированную грудь, отскочила, поцарапав ладонь. Рядом о стену лязгнуло несколько метательных ножей.

— Начинай, не жди! — рыкнул командор, срубая голову очередному южному дикарю. — Я продержусь, пока горят запалы.

Забияка плюнул, махнул окровавленной рукой — и огромный гранитный валун низвергнулся в проход, придавив несколько не слишком прытких ромбитов.