Владимир Васильев (Ташкент) - Тень улитки

— Клавдий! Обеспечить торжественный ужин! — распорядился новый хозяин.

А Перец на четвереньках с трудом выбрался из лужи перед крыльцом и непослушными руками пытался натянуть штаны на голый окровавленный зад.

«И что я за мужик, — думал он, — если всякая мразь убивает и насилует моих женщин?! Что я за мужик?!.. Да не мужик я вовсе…»

И он, пошатываясь, поковылял в сумерки мимо лимузина и автобуса.

Бритоголовые черны молодцы даже не посмотрели в его сторону. На улицах было пусто. Когда он проходил мимо жилых домов, захлопывались даже форточки.

«А еще сегодня утром… — мелькнуло у него в голове. Потом он вдруг вспомнил: — Рита! Надо предупредить Риту! Тузик не оставит ее в покое!..»

Ясно, что в таком состоянии он сам не дойдет до биостанции. Но до утра он должен там оказаться! Должен опередить Тузика с его палачами! Что же делать? На людей нет никакой надежды… Если нет надежды на людей, надо надеяться на нелюдей… Элементарно… А где здесь нелюди? На складе техники, где он ночевал когда-то в прошлой, даже в позапрошлой жизни, и куда заглядывал сегодня утром с верой в жизнь завтрашнюю.

Каждый шаг отдавался болью. Брюки без ремня норовили сползти, приходилось их все время подтягивать вверх. Кроме того, грязь из лужи на них немного подсохла, и они стали тяжелыми и жесткими, наждаком проходя по израненной коже.

Перец понимал, что на самом деле сейчас тепло, иначе бы одежда и волосы не высохли так быстро, но почему-то его бил озноб.

Поселок погрузился во тьму, хотя было еще не поздно. Никто не зажигал света. Видимо, так и сидели в темноте, забившись в угол. Только окна столовой сверкали. Оттуда доносилась музыка.

«Новые хозяева гуляют,» — понял Перец. Что ж, пока они гуляют и отдыхают, он должен добраться до Риты. И дело не только в том, что она, друг — это само собой, но она еще и часть Леса. Это важней. Надо предупредить Лес. Почему важней, Перец не знал. Просто, чувствовал, что так честно, справедливо… По-мужски, наконец. Хотя мужик он никудышный.

Перец подошел к складу техники, еле держась на ногах. Почему-то он всегда приходит сюда, вылезая из грязи… Это становится традицией… Правда, сегодня утром… Но исключение только подтверждает… Непонятно, почему.

«Нет, — решил Перец, — больше я не пойду туда грязный! Дурные традиции надо ломать. Машины любят чистоту. Их надо уважать. Себя тоже. Хотя не за что…»

При свете луны он отыскал водопроводную колонку, открутил кран и сел под струю. Прямо, как был — в одежде. Документы он хранил теперь в двойном непромокаемом пакете в застегнутом непромокаемом внутреннем кармане пиджака, поэтому за них не боялся. На самом деле, он про них и не вспомнил. Грязная вода стекала с головы по лицу и шее на костюм и когда-то белую рубашку, а Перец сидел, закрыв глаза и отключившись. Ему просто необходимо было на какое-то время отключиться: ни о чем не думать, ничего не чувствовать. Но ничего из этого не вышло. Грязная вода стала разъедать раны. Тогда Перец вылез из-под крана, разделся и снова залез под кран голышом.

«Хоть заражения, может, не будет,» — понадеялся он.

Однако вода, все же, была холодной, и долго он не высидел. Вылез, простирнул каждую шмотку, повесил все на вытянутую левую руку, в правую взял мокрые туфли и пошлепал на склад.

Вступив в должность, Перец распорядился возвести над ящиками крышу, чтобы техника не портилась. Да и некое подобие стен — не капитальных, а так — фанерных, но все же и они должны были предохранять от сырости и резких перепадов температуры.

И, правда, когда он приблизился к ящикам, то сразу ощутил, что здесь сухо и тепло. Как и в первый раз, он вскоре наткнулся на кучу тряпок и пакли, мягкой, теплой и сухой. Но прежде, чем опуститься на нее, он развесил мокрую одежду на горячие, как и раньше, стенки ящиков. Потом ощупал ногой кучу тряпья и присел, кряхтя и постанывая, на колени. Нормально сидеть ему было больно. Лег на живот и прислушался. Было очень тихо. Легкий шорох не то от сквозняка, не то от мышей только подчеркивал тишину… Звуки гулянки в столовой сюда не доносились. Далеко.

«Может, мне в прошлый раз приснились эти говорящие машины? — подумал Перец. — Устал, вот и приснились… С другой стороны, почему ящики горячие? У обычных машин на складе — температура окружающей среды… Черт! Так и не удосужился за время своего директорствования просмотреть документацию на эти ящики… Многого я не успел. Теперь уж что после драки конечностями подергивать… Жаль, если приснилось. Начинает казаться, что с машинами мне легче договориться, чем с людьми… Получается, что с людьми я, вообще, договариваться не умею. Отчего это?..»

— Это у тебя оттого, что ты не своим делом занимаешься, — раздался вдруг откуда-то сверху знакомый добродушный бас, обладателя которого Перец в прошлый раз назвал Винни Пухом.

Перец вздрогнул от неожиданности.

«Может, я не заметил, как заговорил вслух?» — предположил он.

— Просто, у меня много дел, — попытался объяснить Перец. — Механизмы моего типа многофункциональны.

— И все эти дела — чужие, — уверенно пробасил Винни Пух.

«Странно, что он стал со мной разговаривать… Прошлый раз они провели резкую границу между собой и людьми. Но в прошлый раз я и не попытался заговорить с ними…»

— Так не может быть! — воскликнул Перец. — Я делал то, на что был способен.

— Микроскопом можно забивать гвозди, но это не значит, что это его дело, — усмехнулся Винни Пух.

— А какое же дело мое? — спросил Перец.

— Откуда же мне знать? — удивился Винни Пух. — Ты — в своем ящике, я — в своем.

«Он, действительно, принял меня за своего», — удостоверился Перец.

— Прочитай инструкцию, — посоветовал Винни Пух. — Она должна быть где-то привязана.

— Наверное, забыли привязать, — вздохнул Перец.

Они помолчали с минуту.

— В котором ящике тот, кто умеет лечить людей? — спросил Перец.

— Я здес-с-сь! — раздался скрипучий голос Врача, которого Перец прозвал Астрологом. — Где объект? Диагноз?..

— Нужно оказать первую помощь после избиения, — объяснил Перец.

— Фи, ушибы, в лучшем случае, рваные раны, — разочарованно проскрипел Врач. — Впрочем, давайте его сюда!.. О, но ведь я в ящике!.. Откройте ящик!..

— Кто умеет открывать ящики? — спросил Перец.

— Я, — тихо раздалось из дальнего угла.

— Говорите: я, — попросил Перец. — Я попробую найти ваш ящик и открыть его.

— Я-я-я, — задолдонил далекий голос, и Перец пошел на звук, вытянув вперед и в стороны руки, чтобы не удариться. При этом он соображал, как найти выключатель и пожарный щит с топором или ломом. Сначала, все-таки, надо найти выключатель. Вспомнил, что он прямо у входа, слева. Тогда Перец повернулся на 180 градусов и побрел к выходу, пока еще не заблудился. А может, уже заблудился?.. Нет, вот он — выход: в прямоугольник проема вливался призрачный свет Луны. Перец пошарил рукой по стене и нащупал выключатель.