Юрий Шпаков - Кратер Циолковский

Солнце светило сбоку, и от кольцевых гор, от хребтов и утесов ложились длинные угольные тени. Глаза резали калейдоскопические переплетения света и тьмы. Казалось, весь мир утонул в этой бесконечной ряби лунной поверхности.

- Боюсь, что без карты ничего не получится, Виктор Иванович, - сказал Володя. - Запутаюсь. А вообще-то я бы взялся за это дело...

Он подумал, что один из самых больших и приметных кратеров непременно получил бы в таком случае красивое женское имя. Или, еще лучше, не кратер, а целое море. Море Галины звучит гораздо лучше, чем, скажем, море Кризисов...

- Внимание! - раздался голос Соколова. - Через десять минут мы начинаем торможение. Повторяю: через десять минут начинаем торможение.

Соколов и Чумак находились отдельно, в рубке управления. Они несли вахту, дублируя друг друга. Правда, управлял "Циолковским" киберпилот, а летчикам оставалось только следить за показаниями приборов. Но строгие законы космонавтики требовали, чтобы люди были в постоянной готовности даже на детально проверенной лунной трассе,

Пассажирский салон, в котором полулежали в креслах Дроздов, Костров и Никитин, расположен под рубкой. На ночь это помещение может превратиться в спальню - с потолка опускаются мягкие гамаки, в которых человек чувствует себя легко и удобно. Еще ниже - крошечная кухня, туалет и складские помещения, в отсеках которых находятся скафандры, переносная аппаратура, запасы продовольствия, воды, кислорода, инструменты и снаряжение. Корабль спроектирован с таким расчетом, чтобы в нем можно было находиться длительное время. Кто знает, какие трудности могут встретиться в космических рейсах.

Киберпилот выключил главный двигатель, и снова возникла невесомость. Володя не вытерпел. С трудом двигая непослушными, словно ватными, ногами, он с силой оттолкнулся от кресла и взлетел вверх. В момент толчка он ясно почувствовал под ногами опору, хорошо видел, что поднимается прямо к потолку. А когда руки уперлись в мягкую обшивку, произошло чудо. Кабина вдруг словно мгновенно перевернулась. То, что секунду назад было "потолком", сделалось "полом". Володя будто делал стойку на руках. А Сергей и профессор казались сидящими на потолке вниз головами, как мухи...

- Володя, шалить не полагается, - тоном строгого воспитателя сказал Костров.

- Ничего, журналисту это можно, - засмеялся профессор. Надо же испытать все парадоксы невесомости. А то читатели не поверят, если он напишет с чужих слов...

Но Володя, которому было неудобно за свою мальчишескую выходку, уже усаживался в кресло.

- Любопытное ощущение, - сказал он извиняющимся тоном. На станции испытал раз и еще захотелось...

- Сейчас будет cключей главный двигатель, - предупредил Соколов.

Струя плазмы, рожденная в термоядерной топке, вырвалась в сторону Луны. "Циолковский" начал постепенно замедлять свое стремительное падение. Через несколько минут его скорость снизилась до трех километров в секунду.

Точно так летела много лет назад навстречу Луне Вторая космическая ракета. Она неудержимо падала и в рассчитанный срок врезалась в мертвые скалы. Беззвучный взрыв, взвившееся громадное облако пыли - и новый кратер прибавился на лунной поверхности. Но причиной этому был не случайный метеорит, а воля человека..

Вторая ракета, знаменитый "лунник", разбилась в момент прилунения, как это и ожидалось. Остались лишь бесформенные обломжи да десятки блестящих пятиугольных пластинок с изображением Герба Советского Союза, разбросанных силой взрыва, - визитные карточки человечества. Но это было на заре космонавтики, когда делались лишь первые дерзкие попытки проникнуть в неизведанное...

А сейчас все иначе. Володя слышал, космонавты говорили о лунной трассе, как о чем-то совсем обыденном. Конечно, четыреста тысяч километров - не пустяк, но никто не станет оспаривать очевидный факт: полет к Луне давно перестал быть проблемой.

Костров третий раз принялся рассказывать про какого-то Федоровского, забраковавшего его автоматическое приспособление для глубокого бурения Луны. Сергей был не согласен с критической оценкой и теперь подыскивал новые аргументы, чтобы доказать свою правоту.

- Ему, видите ли, не понравилась идея биоэлектрического управления, - возмущался Костров. - Говорит, это вчерашний день. А я сказал...

Но Володе было совершенно не интересно, что сказал тогда Костров. Он только делал вид, что слушает, а сам не сводил глаз с экрана. Ему хотелось до малейших подробностей запомнить все этапы прилунения космического корабля.

Но полет кончился быстро. Локаторы станции наведения Лунограда поймали корабль, и он остановился точно над ракетодромом. Несколько секунд продолжалось свободное падение, и космонавты опять испытывали чувство невесомости. И вот уже жаркое пламя корректирующих двигателей устремляется вниз, почти достигая лунной поверхности.

Планетолет повис почти неподвижно, широко растопырив ноги-кронштейны с ракетными двигателями на концах. Плавно, метр за метром, гигантская машина опускалась вниз. Электронный пилот обеспечивал поистине ювелирную точность посадки. .Многотонный корабль садился в самый центр ракетодрома, в предназначенное для него место.

Еще несколько напряженных минут. Стрелка микроальтиметра дрожит почти у нуля - до поверхности ракетодрома остаются считанные сантиметры. Наконец - чувствительный толчок. Сильно качнувшись на амортизаторах, "Циолковский" замер.

Двери рубки управления бесшумно раздвинулись. Показался Соколов, довольный и возбужденный. Легко, почти не касаясь руками перил лесенки, он спрыгнул с двухметровой высоты. И как ни странно, именно этот плавный, как при замедленной киносъемке, прыжок-полет окончательно убедил Никитина: да, они действительно начинают жигь по лунным законам. Теперь каждый из нас весит в шесть раз меньше обычного и способен еще не на такие удивительные трюки...

- Приехали, товарищи! - весело сказал Соколов. - Поздравляю с прибытием!

На этом торжественная часть окончилась. Володя, который много раз думал о том, как будет происходить прилунение, был даже немного разочарован. Он ждал необыкновенных слов, подчеркивающих величие минуты. Но его товарищи держались обыденно, даже восторженный романтик Костров. Володя понимал: Сергей немного рисуется перед ним. Конечно, космонавт, уже побывавший на Луне, не должен вести себя так, как новичок-журналист.

В скафандр Никитин облачился быстро, без посторонней помощи. Бесконечные тренировки, которыми донимал его на космодроме Карпенко, не прошли даром. Далее Чумак немного отстал, замешкался со шлемом. Это почему-то очень обрадовало Володю.