Джо Холдеман - Миры обетованные

– Я помню. Люди с Ново-Йорка поставляли нам пищу и воду, когда я была ребенком, – сказала Клэр. – Твое мнение, Марианна?

– Да, поставляли. В условиях чрезвычайного положения. А вообще… я не знаю. – Марианна отпила глоток пива. – Тут есть ещё один аспект – политический. Вы знаете, что между Мирами и Соединенными Штатами сложился торговый дисбаланс. Причем не в пользу США. И вот сейчас, как мне кажется, американцы пытаются воспользоваться ситуацией и заставить нас вступить с ними в союз. – О’Хара бросила взгляд на статью в газете. – Отсюда и фраза о коллективной и персональной ответственности.

– Дело – дрянь, – сказал человек с Мазетлова.

– Если подпишем, катастрофы не миновать, – вздохнула О’Хара. – Мы навсегда останемся окраиной Земли. Как какая-нибудь страна у них на краю света, на отшибе.

Миры к тому времени являлись организацией, объединяющей вольных членов, подписавших единогласно соглашение об одной общей для всех Миров Торговой палате и ряд договоров об иммиграции и принципе невмешательства в дела друг друга. Но крепче всех соглашений и договоров орбиту сплачивала реакция на известные всем притязания Земли.

Марианна умолкла, и за столом наступила тишина. Никто не решался развивать эту тему.

– Говоря о других странах, – нарушила молчание О’Хара, – задумайтесь, они действительно с нами сотрудничают? Возьмем Объединенную Европу…

– Если Европу, то да, – кивнула Клэр. – И Советский Союз. И Александрийский Доминион. Япония обязалась ничего не импортировать и спутники запускает лишь для поддержания приличного уровня жизни на двух своих орбитальных станциях. Пан-Африканский Союз официально заявил, что намерен придерживаться нейтральной позиции. Да и поднять в космос корабль у них способен только Заир. Заир, как известно, имеет самые тесные контакты с Германией. Можно сотрудничать, с одной стороны, с Океанией, а с другой – с Гренландией, я полагаю.

– Но эти государства не способны запустить в космос корабль, – заметила О’Хара.

– Связь Земля – Миры двусторонняя, – добавил человек с Мазетлова. – Неужели эмбарго не отразится на экономике высокоразвитых стран? Они же нуждаются в наших материалах и в нашей энергии.

– Но, возможно, далеко не в той степени, как нам того бы хотелось, – сказала Клэр. – Во всяком случае, у них вдоволь и пищи, и воды.

В тот час весь клуб ждал выпуска космических «Новостей», который вела Джулис Хаммонд.

Оба Координатора были гостями этой программы. И они оба считали, что референдум состоится и на нем пройдет предложение корпорации «Сталь США» о введении эмбарго против орбиты. Координаторы предложили перейти на бартерные поставки, по принципу: лучше бартер, чем полное эмбарго. Ново-Йорк и Девон могли бы продолжать экспортировать электроэнергию на Землю – серьезная вещь, если принять во внимание, что десять процентов всей электроэнергии, потребляемой Восточным побережьем Америки, составляет энергия, поставляемая в этот регион Мирами. Взамен лоббисты должны бы дать официальное согласие на отгрузку на орбиту такого количества водорода, что компенсировало бы его ежедневные потери – в этом случае для транспортировки водорода потребовался бы запуск всего одного лайнера в неделю.

Вообще-то это был интересный ход Координаторов, учитывавших, что передачу смотрит масса землян, да ещё в преддверии референдума. По оценкам специалистов, у экранов в тот час собрались около полумиллиона кротов, которые быстро усвоили: если вводится эмбарго против Миров, Америка сразу же сильно ограничивает потребление электроэнергии на Атлантическом побережье, и в первую очередь это скажется на обывателе, на его быте и досуге. А если конкретно, Миры недополучат именно столько водорода, сколько его будет находиться в заполненных водой, но отключенных от энергосистемы бассейнах побережья.

Участники передачи выложили перед землянами далеко не все свои козыри. Не было сказано, например, о том, что количество водорода, которое требуется Мирам, равно количеству водорода, теряемого Мирами за неделю – за обычную неделю! Но большинство его теряется при плановой работе промышленных предприятий, а именно они, в случае бойкота, и будут остановлены на орбитальных станциях в первую очередь. Так что Миры сумеют запастись водой «на черный день».

Не упомянули Координаторы и о том, что сохранение экспортных поставок солнечной энергии на Землю менее всего зависит от доброй воли Координаторов и жителей Миров. Автоматизированные заводы не требовали никаких расходов по эксплуатации, да и вообще ничего не требовали, за исключением сырья, то есть солнечной энергии, которая на орбите имелась в избытке. Куда дешевле и проще было оставить аппаратуру в рабочем режиме, нежели выключить её.

И ещё об одном не узнали земляне. В Мирах в спешном порядке был собран авторитетный комитет экспертов по сельскому хозяйству и производству пищи. После совещания эксперты доложили Координаторам: голод Мирам не грозит до тех пор, пока на орбите будет вода. Естественно, людям придется пересмотреть рацион питания. Однако, если обитатели Миров согласятся перейти на рис и рыбную массу, Ново-Йорк один будет в состоянии прокормить все население орбиты.

«Космос-клуб» шумел, как растревоженный улей, до самого закрытия. Народ спорил, изумлялся, волновался. О’Хара вернулась в общежитие довольно поздно. В комнате на переговорном устройстве мигала сигнальная лампочка: в отсутствие Марианны ей звонили. Еще шесть часов тому назад с Марианной пытался связаться Дэниел. Он делал это несколько раз, но его настойчивые попытки не увенчались успехом. Дэниел оплатил ответный звонок Марианны. О’Хара набрала номер Дэниела и услышала его заспанный голос:

– Андерсон слушает. Прием.

– Дэниел, это я! – воскликнула О’Хара.

Зажегся экран видеотелефона. На экране появился Андерсон в своей, идиотской ночной пижаме.

– Боже, солнышко, где ты пропадаешь? – спросил он. – Я трезвонил тебе до полуночи!

– В «Космос-клубе». Там сейчас есть о чем поговорить.

– Черт, – выругался Андерсон. – Я мог бы догадаться и позвонить тебе в ресторан. Слушай, мне надо принять одно очень важное решение. И очень быстро.

О’Хара поглядела на экран, в глаза Дэниелу, и кивнула. Из-за наложения радиоволн, что происходило во время переговоров очень часто, собеседники заговорили одновременно.

– Ну?

– Ну?

И оба засмеялись; каждый такой короткий смешок обходился им долларов в восемь.

– Нашему институту приказано свернуть все работы. Нас отзывают назад, на Землю. Вылетаем завтра… Вернее, уже сегодня.

Голос Марианны дрогнул: