Пол Андерсон - Великий крестовый поход

— По-видимому, — шепнул мне сэр Роже, — у этих сколопендр нет никакого представления о чести. Но, — произнес он громко, — если Империя падет, вам больше не придется раскошеливаться на металлы, и расселяйтесь вы хоть по всему космосу!

— Так-то оно так, — последовал ответ, — но цена риска куда больше предполагаемого выигрыша. Им ничего не стоит развеять в пыль нашу планету, где гарантия что мы победим?

— Гарантия в единстве! Версгорцам будет не до нападения — они будут успевать только обороняться.

— Но нас так мало!

— Я уже склонил на свою сторону Ашенкогхли, — безрассудно заявил барон. — И остальные кланы, поверьте, не замедлят последовать его примеру, убоявшись чрезмерного возвышения одного рода.

— Но, милорд, — взмолился я, — консул же еще ничего не решил!

— Переведите слово в слово.

— Это ложь, милорд!

— Это дело времени, мы сделаем ложь правдой! А значит и сейчас ложь — не совсем ложь.

Словоблудие! Казуистика! Я был шокирован, но, скрепя сердце, уступил воле барона.

Этальберт такой новости крайне удивился.

— Вы не перепутали? Ашенкогхли известен своей осторожностью!

— Ха, потому-то он и не объявляет о своем решении громогласно! — вскричал барон, вкладывая в слова всю силу убеждения, однако оптимистические бодрые нотки, звучавшие в его голосе, не воспринимались нечеловеческими ушами протанина. — Но нам-то намекнули, а уж мы все ловим с полуслова.

— Надо проверить, — пробурчал Этальберт, и это означало, что целая гвардия протанских шпионов будет трудиться днем и ночью.

Но и мы не сидели сложа руки. Сэр Роже неплохо поладил с молодым Ашенкогхли, сыном посла. Этот юный кентавр был горяч и тщеславен, его манили богатство и воинская слава — наобещав ему золотые горы, нам удалось получить от него ценные сведения. Он же, по наущению барона, подбросил кое-какие бумаги протанским агентам, проронил, как бы невзначай, нужные слова в нужном месте… И вскоре все, кроме старшего Ашенкогхли, знали, что он дал согласие присоединиться к армии англичан.

В результате Этальберт рекомендовал Ульям вступить в войну. Он, разумеется, не собирался афишировать своего решения, но разве есть такой слух, который не достиг бы ушей сэра Роже, — посулив джарскому чиновнику, заведующему дипломатической почтой, целый архипелаг на Териксане, он получил требуемые доказательства, что протане готовы вступить в войну. Теперь у него был хороший козырь в переговорах с Ашенкогхли, и, действительно, посол незамедлительно призвал весь свой флот, рекомендуя другим родовым старейшинам последовать его примеру. Джары, конечно, не могли остаться в стороне, и Парламент вынес единственно верное решение — война.

Сэр Роже широко улыбался, стоя в окружении английских рыцарей.

— Все очень просто, друзья, я действовал по законам дипломатии. Но эти звездные отшельники разбираются в ней хуже полуграмотных германцев.

— Неужели такое возможно? — воскликнул Оливер Монтбелл. — Они и древнее, и сильнее, и мудрее…

— Первое — да, — кивнул сэр Роже, — второе — не знаю, — он покачал головой, — ну, а насчет третьего… Стоило делу дойти до интриг, в которых, честно говоря, и я-то не большой мастер, как они оказались сущими младенцами. А почему? Множество столетий народы Земли непрестанно соперничают друг с другом… За что мы так ненавидим французов? А за то, что прощелыга герцог Анжуйский изловчился быть королем и Франции, и Англии одновременно. И к чему это привело! Вот вам всего один небольшой пример! На Земле процветают все виды плутовства и лиходейства, здесь же ни о чем таком и не слыхивали. Здесь испокон веков единственной реальной силой являлся Версгориксан. А у версгорцев одна дипломатия: слабых — уничтожить, равных — покорить. И никто не осмелился поднять против них меч, никому не пришло в голову объединиться. Мне не понадобилось прилагать больших усилий, чтобы сыграть на столь простых вещах, как жажда наживы и стремление превзойти ближнего.

— Ваша скромность вас погубит, — улыбнулся сэр Оливер.

Барон вдруг сделался мрачным.

— Дьявол повсюду строит козни… Враг не дремлет, а тут, сиди теперь, дожидайся, когда соберется армия.

Да, это было тяжкое время. Мы не могли оставить Джару и вернуться к женам и детям — союз, который мало-помалу сплачивался вокруг нас, был еще весьма непрочен. Сэр Роже сотни раз бросался латать вдруг возникающие дыры и прорехи, используя способы, которые будут ему дорого стоить в его нетленной жизни. Остальные проводили часы досуга в науках, изучая историю, языки, географию (лучше сказать, астрологию) и колдовскую механику. Последнее делалось под предлогом сравнения наших машин с тамошними. По счастью, как выяснилось из показаний пленных, многое из захваченного нами версгорского вооружения было новейших секретных образцов, поэтому демонстрация нашей техники явила эффектное зрелище для собратьев по разуму; без зазрения совести мы выдавали версгорские изобретения за свои собственные, не давая в то же время инородцам ознакомиться с ними достаточно близко.

Вскоре пришла весть о том, что версгорская армада вторглась на Териксан. В эту ночь барон не смыкал глаз, а наутро вся обстановка его опочивальни была изрублена в мелкую щепу, и обоюдоострый меч сэра Роже нуждался в точиле.

Слава Создателю! Ждать оставалось недолго. Флот Водаванта уже кружил по орбите; несколько десятков военных кораблей прибыло с Ашенка; вслед за ними подоспели боевые суда протан — неуклюжие, гороподобные ящики. Не медля более, объединенная космическая армия оставила Джару.

Первый же взгляд, брошенный на Дарову, когда мы, обойдя версгорских патрулей, вошли в атмосферу Териксана, утвердили меня в мысли, что дела не так уж плохи. Картина, представшая моим глазам, конечно, была неприглядной, если не сказать ужасной — цветущая некогда планета превратилась в безжизненную пустыню, на сотни миль вокруг крепости простиралась раскуроченная обожженная земля, скалы и те почернели и оплавились от взрывов, ядовитые лучи, улавливаемые только специальными приборами, истребили все живое; пройдет не одно десятилетие, прежде, чем сюда сможет вернуться жизнь. Но все же, как ни была страшна открывшаяся взору панорама, Дарова, хвала Всевышнему, была рассчитана на отражение именно таких атак, а леди Катрин своевременно позаботилась о запасах на случай осады. Бомбардировка, понятно, в одно мгновение смела все наземные сооружения, но катакомбы, сколько версгорцы ни старались, оставались в целости и сохранности. Время от времени изуродованная земля вдруг разверзалась, и из нее, подобно языкам аспидов, выскакивали стволы бомбард; изрыгнув огненные молнии, они так же быстро прятались обратно. Буквально на наших глазах три версгорских корабля развалились на куски и рухнули вниз, присоединившись ко множеству обломков, оставшихся от прежних атак.