Вячеслав Шторм - Глори и Ко

- Проиграл? - на этот раз Глори открыто смеялась.

- Как видите.

- Это что же получается, - пришло на ум мне, - в Геймсе все родственники графа?

- Нет, конечно. Но только кто с Геймсами долго рядом живет, на того, как говорится, "дух Ссуфа" нисходит.

Закончив трапезу, Бон отпросился проведать знакомых, а Глори изъявила желание пройтись по лавкам. Естественно, не взяв меня с собой под предлогом того, что нужно отнести в нашу комнату вещи, договориться с Матушкой Бесс о стойле для драконозавров и расспросить о дороге в Рохет. Я немного поартачился, но в конце концов позволил себя уговорить. И правда, что может случиться с девушкой в таком маленьком городке?

Четыре часа спустя этот вопрос вновь встал передо мной. Уже вернулся Бон, вечерело, а от нашей принцессы - ни слуху ни духу. Кляня себя последними словами, я уже собрался было на поиски, но тут в нашу дверь постучали. С радостным: "Ну, наконец-то!" - мы наперегонки кинулись открывать. На пороге стоял тот самый носатый тип, привлекший мое внимание в зале. Он поклонился нам обоим (Бону - куда ниже), и прогнусавил:

- Его Светлость граф Чудилло Геймс и очаровательная леди Глорианна нижайше просят вас, господа, посетить Геймс-Холл. И без глупостей, пожалуйста!

Это, разумеется, ко мне. Не забыть бы извиниться перед Матушкой Бесс за вырванную с мясом дверную петлю, если... нет, когда это все закончится...

Внутреннее убранство Геймс-Холла я практически не запомнил. Не до того было, знаете ли. Если этот Чудилло что-нибудь сделал с Глори, то это будет первый разрушенный замок на моей совести!

Граф Геймс оказался сухоньким старичком с торчащей клинышком бородкой и подленькими масляными глазками. Естественно, при входе в его покои нас тщательно обыскали и забрали все, что могло бы служить оружием, но такого я бы прибил простым щелчком по лбу. Если бы не Глори, которой нигде не было видно.

- Добро пожаловать, добро пожаловать в Геймс-Холл, - пропел граф, беспрестанно потирая руки. - Как видите, у нас здесь все весьма скромно, но уютно. Настолько уютно, что леди Глорианна до сих пор раздумывает, не остаться ли ей немного... погостить.

Я непроизвольно дернулся вперед, и два плечистых телохранителя графа тут же оказались за моей спиной с мечами наготове. Старый сморчок замахал руками:

- Спокойнее, спокойнее, господа. Держите себя в руках, пожалуйста.

После этого он подошел к Бону, пальцем приподнял его подбородок и пристально посмотрел парню в глаза.

- А ты ничуть не изменился, мой мальчик.

Я буквально почувствовал, как напрягся наш друг, но все же совладал с собой и выдержал такое обращение, буркнув лишь:

- А вот о вас такого не скажешь.

- Что делать, Родди, годы. Годы без тебя, мой мальчик.

В другое время я бы, наверняка, удивился, но сейчас меня волновало только одно.

- Где Глорианна? - как можно спокойнее спросил я, прикидывая, сумею ли в случае чего дотянуться до графа после того, как в меня воткнут два раза по полметра острого железа.

Старый мерзавец закудахтал:

- О, здесь, поблизости. Отдыхает, как говорится, со всеми удобствами. И сколько она еще будет отдыхать, напрямую зависит от тебя, Родди.

Бон - или все-таки Родди? - облизнул губы:

- Неужели?

- Конечно. Я не хочу ничего, кроме воссоединения разрушенной семьи. И, что бы ты не думал, в Геймс-Холле ты не пленник, а мой дорогой гость. Если хозяин тебе уже успел надоесть, можешь хоть сейчас развернуться и отправиться на все четыре стороны. Конечно, это разобьет мое старое больное сердце, но что делать?.. Вольную... кхе-кхе... птичку в клетке не удержишь.

Глаза Бона сверкнули:

- Значит, мы можем идти?

Граф залился смешком и погрозил ему пальцем:

- О нет, мой хороший. Не "мы", а ты. Один.

- А мои друзья?

- Останутся здесь. С тех пор, как ты покинул отчий дом, мне так одиноко. Знаешь ведь, что жизнь у нас вялая, скучная, поговорить не с кем. Надеюсь, эти молодые люди надоедят мне очень и очень не скоро.

Чтоб мне сгореть, если парень всерьез не размышлял над своим ответом. Но в конце концов он все же решительно покачал головой:

- Не пойдет. Все или никто.

- Браво, браво, браво! - театрально зааплодировал Чудилло. - Такая преданность друзьям делает тебе честь. Но пойми и меня - просто так я вас всех не отпущу. Что же нам делать?

Приставив палец ко лбу, он погрузился в притворные раздумья.

- Придумал! Не сыграть ли нам, мой мальчик? - и он широким жестом указал в глубь комнаты, где на столике, покрытом непременным зеленым сукном, лежали всевозможные игровые аксессуары.

- Я уже слышал о твоей блистательной партии с Матушкой Бесс, дорогой Родди, поэтому в фишки мы играть не будем. Что же тогда? Я думаю, на первый раз - кости. И ставка - свобода леди Глорианны.

Я вновь рванулся вперед и тут же почувствовал, как к моей шее прижалось что-то холодное. Что-то вроде лезвия кинжала.

- Ну, так как, Родди? Играем?

Парень еще раз облизнул губы и молча кивнул. Они сели друг напротив друга, по очереди встряхивая стаканчик с костями. По три броска - и герцог залился противным смехом:

- Что, мальчик мой, не везет? Ладно, прелестная леди - моя гостья.

Не знаю, кого мне хотелось прикончить больше, но так или иначе, мертвый я Глори не помощник. Остается только ждать случая.

- Вторым раундом у нас будет "волчок". Ставка - леди против... против этого молодого человека. Идет?

Правил "волчка" я не знал вовсе, но Геймс не замолкал ни на минуту. Целью игры было кручение специального хитрого предмета особенными щелчками пальцев. Главное же было не это.

Бон опять проиграл.

Вас когда-нибудь проигрывали при вас же? Мне вот совершенно не понравилось. Ладно, еще не вечер...

- Отлично, мой мальчик, отлично! Боги, говорят, любят троицу. Третий раз, последний и решающий. Играем в джокер и ставки - выше неба! Свобода для всех вас троих, если выиграешь, слово Геймса! Неплохо, правда? Но если проиграешь - останешься дома, и без моего разрешения шагу не сделаешь. Твое слово, Родди?

По лбу парня скатилась крупная капля пота. Он внимательно посмотрел в водянистые глазки Чудилло и медленно кивнул:

- Слово Геймса! Но у меня еще одно условие.

- Я весь внимание.

- Я приму эту ставку только при одном условии: вы не только отпустите нас троих, но и перепишете свое завещание на кого-нибудь другого. Иначе все остается как есть, а я разворачиваюсь и ухожу.

По-моему я пытался что-то заорать, но один из телохранителей заткнул мне рот.

- Я не ошибся в тебе, мой мальчик! Ах, какой из тебя выйдет чудесный граф!

Чудилло достал из инкрустированного жемчугом и перламутром ящичка новую колоду карт, демонстративно показал ее сначала Бону, потом зачем-то - мне, и сорвал упаковку.