Анатолий Скачко - Может быть — завтра

Во время Гражданской войны возглавлял штаб Украинской советской резервной армии, группу войск Харьковского направления, в апреле-мае 1919 — командовал 2-й Украинской советской армией. Затем был переброшен на Северный Кавказ, занимался подпольной работой в Дагестане, в 1920 г. пытался заручиться помощью Турции в борьбе против интервенции, сопровождал первую турецкую делегацию к Ленину.

В 1921–1922 г. заведовал художественным отделом Главполитпросвета, в 1922–1923 гг. — Отделом национальных меньшинств Наркомнаца, затем был сотрудником Представительства Дагестанской АССР при Президиуме ВЦИК. В 30-х годах — заместитель председателя Комитета Севера при ЦИК СССР, член редколлегии журнала «Советский Север». Занимался вопросами освоения Крайнего Севера и Дальнего Востока, развитием культуры коренных народов этих регионов и проблемой их интеграции в социалистическое общество и в СССР в целом.

8 августа 1937 г. А. Скачко был арестован, 28 декабря 1941 умер в Каргопольском лагере.

Единственная научно-фантастическая повесть Скачко «Может быть — завтра» была опубликована в 1930 г. в №№ 1–3 журнала «Борьба миров» и стала одним из ранних образцов так называемой «оборонной» фантастики 1930-х гг.

В повести отразились взгляды советского руководства и стратегов РККА, которые на рубеже тридцатых годов считали, что будущая война столкнет СССР с ближайшими соседями — поддерживаемыми Англией и Францией прибалтийскими государствами, Польшей и Румынией.

В период работы над повестью канон «оборонной фантастики» еще не устоялся, и в повести можно найти элементы, вскоре ставшие недозволенными. К примеру, Скачко, постоянно одергивая себя, все же достаточно откровенно описывает царящую в Москве перед налетом польской воздушной армады панику; здесь он ближе любого автора «оборонной фантастики» (за исключением И. Кремлева-Свена в неопубликованном наброске военно-фантастического романа) подошел к предвидению печально знаменитой московской паники октября 1941 г. При этом у Скачко все средства защиты столицы — воздушный флот, химическая оборона, противовоздушная артиллерия — оказываются несостоятельными. Растерянность и страх охватывают и участников заседания Совнаркома; показательно, что наиболее высокопоставленные вожди государства и армии словно устраняются и никак не участвуют в судьбоносных событиях. Спасение приходит не «сверху», не по партийно-номенклатурной линии, но, так сказать, «снизу», из «гущи народной». Спаситель Москвы, инженер Корнев, является как воплощение Deus ex machina, и чудодейственное облако его машин не случайно напоминает длань Господню, закрывающую город (эти мотивы выстроены по контрасту с весьма необычной для «оборонной фантастики» сценой молитвы в польском флагманском цеппелине перед началом атаки: «Помози нам, Иезус»). «В деле обороны больших городов мы все еще слишком неподготовлены» — замечает автор. Далее следует и более пессимистическое заключение, которое в целом — возможно, не без влияния итальянского генерала и военного теоретика Д. Дуэ — ставит под сомнение какую-либо возможность защиты таких городов от налетов крупных авиационных соединений.

Повесть А. Скачко «Может быть — завтра» публикуется по первоизданию с исправлением некоторых устаревших особенностей орфографии и пунктуации. В издании сохранены оригинальные иллюстрации М. Храпковского.

М. Ф.

Примечания

1

Полицейские.