Шон Уильямс - Сироты Земли

— В своей последней передаче ваша копия на Сириусе сообщила, — сказал Эксфорд, — что Тараканы вторглись в пределы вот этой зоны.

Карта увеличила изображение системы Грумбриджа 1830.

— Перейди, — произнесла Хацис, машинально назвав имя колонии.

Казалось, она ничуть не обиделась, что ее оригинал причислили к энграммам.

— Не важно. В этом районе установлено наличие большого количества погибших поселений. — Фрэнк обвел рукой территорию между Вегой и Грумбриджем 1830. — В течение последней недели имелось два факта появления Тараканов, однако зафиксированные мной передачи чужаков свидетельствуют, что подобные случаи должны участиться. В принципе я не удивлюсь, если окажется, что их база расположена где-то по соседству.

— Но ведь мы не нашли никаких доказательств присутствия чужаков в данной зоне, — заметила Хацис.

— А вы их и не найдете, если будете искать не в том месте, — усмехнулся Эксфорд. — Быть может, инопланетянам не нравятся звезды спектрального класса G, а привлекают их светила классов M, K или F. Тем не менее они добрались даже до коричневых карликов.

— Но ведь там невозможно существование жизни? — удивилась Кэрил.

— Подобные объекты предполагают наличие живой материи — в том случае, если их ядра все еще активны, — заметил Эландер.

— Может быть, — сказала Хацис, — однако это чертовски трудно установить.

Эксфорд пожал плечами.

— Я просто поделился с вами своими мыслями, — признался он. — На самом деле я вовсе не думаю, что мы сейчас организуем охоту на Тараканов. У меня вообще-то есть другая идея.

Эландер опередил генерала.

— Шестьдесят один Большой Медведицы! — воскликнул он. Эксфорд не обиделся на Питера: наоборот, он, казалось, был прямо-таки восхищен:

— Вы меня просто поражаете, доктор Эландер!

— Пожалуйста, не называйте меня доктором. Эксфорд нахмурился:

— Но ведь это ваша ученая степень, не так ли?

— Вполне сойдет просто Питер, — извиняющимся тоном произнес Эландер.

Хацис вместе с генералом какое-то мгновение пристально смотрели на Питера: Кэрил — с любопытством, а Эксфорд — в некотором замешательстве.

Сказанное Эландером прозвучало совсем по-детски, однако каждый раз, когда Питера называли «доктором», он чувствовал, будто все его усилия по приданию стабильного состояния своей новой копии идут прахом. «Доктор Эландер» погиб на Земле во время Спайка; и Питер теперь не знал точно, кто же он такой есть на самом деле.

У Эландера возникало ощущение полного несоответствия собственной личности с чужой ученой степенью. Он считал, что не заслуживает такого титула.

«Если не для нас, то для кого же?..»

Питер редко вспоминал о своем последнем разговоре с Лючией Бенк, состоявшемся уже после того, как время Спайка закончилось. Сейчас эта беседа не слишком волновала его, как бывало раньше — тем более в новой, враждебной Вселенной, куда его теперь занесло.

«Какое теперь имеет значение, кто я есть на самом деле, — думал Эландер, — раз и так остался один как перст?..»

Эксфорд пожал плечами.

— Ладно, — произнес он, — пусть будет просто Питер, если это вас вполне устраивает. — Генерал повернулся к Хацис. — А как с вами, Кэрил? Как обращаться, например, к вам? Наверное, мадам президент? Или мне принести клятву в своей преданности вашему Конгрессу Сирот?

— Как вы могли?..

Хацис покраснела от ярости. Эксфорд весело рассмеялся.

— Посоветуйте своей начальнице найти лучший способ трансляции ее секретных сведений, — обратился он к Питеру. — Уверен, что она не любит, когда кто-нибудь ее подслушивает, не так ли?

Хацис бросила гневный взгляд на Эландера, затем перевела взор на Фрэнка.

— Никак не могу взять в толк, о чем это вы, — буркнула она.

Эландера поразила перемена в ее настроении. Что такого разнюхал этот Эксфорд о намерениях Хацис? Причем не только этой Кэрил, но всех их, вместе взятых. Несмотря на иронию по поводу Конгресса Сирот, генерал, очевидно, все равно многого не знал. Ведь в будущем он намеревался более тщательно прослушивать трансляции с Сириуса.

— Когда вы закончите пикироваться, — произнес Эландер, намеренно уводя разговор в сторону и пытаясь ликвидировать назревающий конфликт, — то мы, надеюсь, сможем вернуться к вопросу о Шестьдесят один Большой Медведицы?

— Конечно, — с облегчением сказала Хацис, довольная тем, что Питеру удалось сменить тему беседы.

— Прекрасно. Если мы верно определили направление полета «прядильщиков», — продолжал Эландер, — то они могут прибыть сюда в любой момент, а за ними вскоре объявятся и Тараканы. Если не ошибаюсь, генерал, вы хотели устроить здесь засаду, так?

— В общем-то да. — Эксфорд свернул изображение инопланетянина. — У нас находится необычное разумное существо, но его присутствие будет совершенно бесполезным до тех пор, пока мы не узнаем, как установить с ним связь. У «подарков» «прядильщиков» не зарегистрировано ни одного представителя его вида, следовательно, у них нет записей их языка — ни в письменной, ни в аудиоформе. Мы могли бы ввести электроды в его мозг — в его наиболее активные зоны, когда Чарли намеревается что-нибудь нам крикнуть, — это уже мероприятие рискованное, но, на мой взгляд, самое действенное. Если чужак по каким-то причинам помрет, то правильнее всего было бы уже сейчас начать наши эксперименты.

— Так что вы предлагаете конкретно? — спросила Хацис.

— Ну, я допускаю, что с прорезателей чужаков ведутся переговоры на их языке, и они кое-что знают о физических нуждах членов экипажа, — пояснил Фрэнк. — Если мы приблизимся к одному из кораблей пришельцев, то я смогу объединить некоторые узлы их искусственного интеллекта и своего бортового компьютера, в результате получив ценную информацию. Как только она будет в нашем распоряжении, я применю данные в общении с нашим Чарли и сделаю его шелковым и разговорчивым.

— Это значит, что вы станете пытать и мучить его? — с отвращением спросила Кэрил.

— Если все попытки привести это существо в нормальное состояние, накормить его и кратко расспросить, откуда он прилетел, по-вашему, означают «мучить» — то да: полагаю, именно этим мы и станем заниматься. — В глазах Эксфорда блеснула злоба. — За кого вы меня принимаете? Вы же знаете, что я больше не служу в ЦРУ.

— Однако вы намеренно устранили всех членов своего экипажа, и…

— Ладно, хватит вам, — решительно сказал Эландер. — Если мы немного побеседуем с чужаком, что от этого будет?

— Посмотрим, что он еще нам расскажет, — буркнул сидящий в кресле Эксфорд и наклонился вперед. — Кто знает, что это вообще за народ? Чего они хотят? Вот что для нас главное, а не то, что именно мы будем делать с полученной от него информацией.