Джимми Гийо - Сферы Рапа-Нуи

И вот, вооружившись этим импровизированным оружием, они поднялись к выходному люку.

Лагранж разблокировал запор и решительным жестом отбросил крышку. Капли соленой воды упали на лицо тех, кто был ниже. Он вышел и очутился перед существом с длинным загнутым клювом, рост которого был, по крайней мере, два метра сорок сантиметров.

Монстр резко повернул голову, глядя на офицера своим левым «темным глазом», круглым, как у птицы. Его изогнутая морда, или клюв, была сантиметров около сорока, а грудь с угловатыми «петлицами» резко вздымалась и опускалась в такт свистящему дыханию. Время от времени дрожал нарост в виде бабочки. На амфибии не было никакого одеяния, как и на других его собратьях, собравшихся вокруг батискафа, необъяснимо держащегося на киле.

Командан с трудом оторвал взгляд от монстра и взглянул на свод туннеля, где находился завлеченный туда аппарат. Сквозь его прозрачные стены виднелась многометровая толща воды, с зеленоватым отливом, который придавал ей люминесцентный свет, освещавший туннель. Прямо перед ним опустился и ушел под пол огромный щит пять на десять метров из опалесцирующего материала. А за ним протянулся город, которому не было ни начала, ни конца. Высокие и длинные, но узкие здания создавали разумно и компактно располагающиеся «слои». Между ними тянулась широкая улица, где толпы монстров заполняли движущиеся тротуары. Одна полоса ярко-красного цвета двигалась быстро, другая, голубая, несколько медленнее. На улице не видно ни одной машины, зато в «небе» под куполом летали светящиеся сферы различных размеров.

Чудовище на корпусе приблизилось к командану. Во время его тяжелого движения металл слегка гудел под ластами. Испуганная Жанна Мансуа прижалась к Христиану. Тот удерживал ее, чтобы не дать упасть с восьмиметровой высоты. Тангата Ману между тем приблизился к Лагранжу и когтем правой руки показал на опалесцирующий пол дока. Его клюв слегка приоткрылся, а чешуйчатая кожа шеи завибрировала. Глухим и свистящим, но в форме приказа голосом он проговорил по-французски:

— Прыгайте!

Офицер вздрогнул от удивления, однако возразил:

— Если вы не против, мы бы предпочли воспользоваться лестницей…

Резким толчком монстр столкнул командана в пустоту. Жанна Мансуа схватилась руками за голову и закричала, в то время как тело Лагранжа, перевернувшись, медленно падало вниз. Застывшие от ужаса и удивления друзья увидели, что он легко коснулся пола, как будто все происходило при замедленной съемке.

— Прыгайте, — повторило чудовище, делая шаг в направлении Жанны Мансуа.

Охваченная ужасом девушка отступила, и в ту же минуту этнограф, обхватив ее за талию, прыгнул вниз, в пустоту. Их товарищи, поколебавшись, решили поступить так же. После замедленного, как во сне, прыжка они очутились на полу живые и невредимые.

— Нас поддерживает что-то вроде отталкивающего поля, которое также держит батискаф, — отдышавшись, проговорил командан Лагранж, все еще несколько бледный от неожиданности. — Вот оно-то и не позволило нам поразбивать носы.

В сопровождении Тангата Ману все покинули док и вошли в подводную базу-город, оказавшись после легкого подталкивания на движущейся ленте тротуара. Ощущение было такое, будто они парят в нескольких сантиметрах над почвой. У них перехватило дыхание и разлилось легкое покалывание по всему телу. Та же таинственная сила, которая замедлила их падение, несла теперь со все возрастающим ускорением. Путь иногда пересекался с другими созданиями, двигавшимися значительно медленнее. Мало-помалу скорость увеличилась до такой степени, что окружающее мелькало перед их взорами, как декорации в кино, а желудок поднимался к горлу. Они бездумно ощущали повороты то вправо, то влево, огибали здания, утопающие в сияющем гало. Наконец движение стало замедляться и вскоре прекратилось совсем. Оглушенные, они очутились у подножия огромного строения с перистильюnote 22, к вершине которого вела монументальная лестница с высокими, явно не для человеческого роста, ступенями и опалесцирующими колоннами.

Этнограф и его друзья стояли пошатываясь, в ушах у них звенело, а сердце колотилось как от пережитого напряжения, так и от плохих предчувствий.

Перед ступенями, на широкой круглой площади, стояла толпа Тангата Ману, жестикулирующая и что-то галдящая своими шипящими глухими голосами. Лес клювов и машущие в воздухе когти вызывали опасения пленников. Подталкиваемые охраной, они поднялись на несколько ступеней и застыли, как бы пригвожденные к месту открывшимся перед ними ужасным зрелищем. Они не могли оторвать глаз от платформы, наклоненной под углом в сорок пять градусов, на которой были закреплены покрытые кровавыми пятнами обнаженные тела командана О’Брайена, лейтенанта Петера Хиггинса и радиста Дэйвида Биддла! Какие-то ленты опутывали их руки и ноги и не давали упасть с плоской платформы. На беломраморных телах алели яркие красные пятна, нанесенные какой-то ядовитой субстанцией.

— Боже! Они… Они шевелятся… — шептала охваченная ужасом Жанна.

Забыв о страже, они дружно бросились вверх по ступеням, хотя и довольно высоким для человеческих существ, и подскочили к платформе. Христиан и командан Лагранж первыми достигли цели, и их лица оказались на уровне лиц распятых. Залитые кровью глаза командана О’Брайена смотрели на них, не узнавая.

— Денуае… — вдруг прошептал он. — Вы… тоже… Они вас схватили!..

Его глаза на мгновение остановились на большом разводном ключе, торчащем из-за пояса Пьера Лагранжа. С трудом проглотив комок в горле, летчик произнес:

— Командан… Лагранж… Убейте нас… из жалости!

— Боже мой! О’Брайен, вы бредите! — воскликнул француз. — Мы попытаемся вытащить вас отсюда, — заявил он, не думая о том, как выполнит это намерение.

Услышав эти слова, лейтенант Хиггинс повернул с усилием голову. Его лицо, перекошенное страданием, исказила жуткая улыбка.

— Не стоит сентиментальничать, командан. Уходите! Эти сволочи заставляют нас подыхать здесь!

— Все кончено, Денуае! Все… безнадежно… — бормотал О’Брайен. — Им известно… что мы сбросили бомбу. Да, мы! — повторил он. — Они нас… пытали. Это Muens, Денуае! Потомки тех, кто выжил в катаклизме. Они хотят нас…

Жанна Мансуа вдруг вскрикнула от боли. Они подошли слишком близко к платформе, и она чуть на нее не упала. Одно из существ схватило девушку за плечо и оттолкнуло ее. Христиан, Лагранж и остальные тоже были грубо схвачены и отброшены на ступени. Они снова хотели подняться, но их не пустили. Этнограф прошептал командану Лагранжу:

— Я не понимаю…