Андрей Дворник - Голому – рубаха

Начинаясь в распадке позади вулкана, ручей нес свои воды прочь от него параллельно берегу; и если в истоке он действительно был ручьем, то буквально через полчаса ходьбы превращался в небольшую быструю речушку шириной метра в три; именно ее-то и увидел Порнов с берега. Ручеек же вывел его как раз к распадку; здесь будущая речка была не шире метра. Порнову этого было вполне достаточно; зачерпнув пригоршню воды, он убедился, что и здесь вода чистая; привкус был, но так же незначительный.

– Если не глотать воду ведрами, ей можно пользоваться долго, – отметил Порнов; насколько долго, он, правда, не решил.

Сейчас его больше заботило другое; выбравшись на берег, он немедленно принялся раздеваться. Горячий банный дух опять окатил его с ног до головы; спасаясь от жары, Порнов плюхнулся в ручей; вода была едва ли прохладней тела; однако легкий ветерок, рождаемый ее стремительным бегом, приносил столь желаемую прохладу.

Снятый скафандр Порнов тут же утопил в реке; сорвал пучок травы и принялся безжалостно отдраивать плечи и спину; поврежденные грудь и живот он старался не трогать, полностью предоставив их мягкому напору журчащих струй. Кондиционер перестал холодить почти тут же; электроника ушла в глухую самозащиту, заблокировав все поврежденные цепи.

– Баня русская всегда славилась на флоте, – бормотал Порнов, охаживая мочалкой пластиковое чучело. – Попаришься – как новый будешь!

Сам он тоже не забывал окунаться в речку; после почти двух суток засухи он возился в ручье со своим скафандром, как годовалый малыш в ванне с любимой пластмассовой уточкой.

Отдраив скафандр добела и изрядно замутив воду в ручье, Порнов вылез на берег и разложил скафандр на ветерке для вентиляции.

– Пора заняться шлемом, – заметил Порнов. – Это не боевое снаряжение, а какой-то мулинекс с гоголь-моголем…

После падения у ручья шлем являл собою нечто неприглядное; добрая половина яиц лопнула, вымазав прозрачный пластик; Порнов осторожно переложил на песок уцелевшие дары природы.

– Ума нет и не будет, – горько заметил он, пачкая пальцы в желтках-белках. – Нет, чтоб сразу все испечь; глазунью с луком и помидорами ему, видите ли, подавай!

Гладкий круглый шлем отмыть было значительно проще, чем скафандр; выбросив испачканный яйцом ком травы, Порнов опустил шлем в воду, собираясь сполоснуть его напоследок; когда он, раскачивая, поднял его, в блестящем шаре уже плавала красивая полосатая рыбка.

– Нашла себе аквариум, – невольно усмехнулся Порнов, разглядывая симпатичную пленницу. – На данио-рерио похожа; размером, правда, с вуалехвоста… или с золотую рыбку. Ишь, смотрит…

Рыбка и впрямь подплыла к стенке «аквариума», глазела на Порнова и беззвучно разевала рот.

– И взмолилася рыбка: отпусти меня, старче, в море, – сказал Порнов и приноровился выплеснуть в ручей воду вместе с рыбкой. – Так, кажется, у Пушкина?

– Двоечник ты, Порнов, – печально заметила рыбка. – Уж Пушкина мог бы наизусть знать… Как это:

Отпусти ты, старче, меня в море!Дорогой за себя дам откуп:Откуплюсь, чем только пожелаешь!

Шлем выскользнул из рук Порнова и, подняв фонтан брызг, плюхнулся в воду; ноги Порнова подкосились, и он без сил опустился следом; спазм сжал горло.

– Жива, – только и смог прохрипеть он. – Ну, слава те, господи…

Глава 5. И как это он раньше не придумал – клад искать

Толком прийти в себя ему не дали.

– Немедленно выключи передатчик, – голос Мич, слегка искаженный динамиком, звучал спокойно и уверенно. – Эскадра прямо над архипелагом; в любую секунду нас могут запеленговать.

Если у тебя исправен компьютер, свяжись со мной на внутренней частоте и дай пеленг; я буду знать, где тебя искать, а Лео – нет.

Если компьютер неисправен – отремонтируй его; мне не к спеху, могу подождать…

– Как это – не к спеху; как это – подождать?! – все еще перхая, изумился Порнов; зачерпнул горсть воды и прочистил горло. – Ты как… Т-т-ты где?!!

– Не беспокойся; я в полном порядке, – скороговоркой выдала Мич. – Займись собой; чини компьютерную связь. Все, конец; а то запеленгуют…

Да! Не забудь хорошенько припрятать лоскут ткани, что я тебе подарила, – сожги, утопи или зарой в землю. Он продукт ментальной технологии; при ментоскопировании поверхности его могут засечь…

Голос стих; лишь журчание ручья да далекий гул вулкана нарушали тишину. Порнов как-то сразу ослабел; тело выше пояса стало ватным и холодным, руки заледенели.

– Она мне подарила, – вяло сказал он, сжимая-разжимая кулаки и не чувствуя пальцев. – Видать, это нынче называется «подарить».

Тут же его бросило в жар; он вновь стал ощущать горячий до испарины мир вокруг; и прежде всего – свое сердце; оно бухало так, что голова взрывалась от звона.

– Две перегрузки; плюс истощение; плюс температурный дискомфорт; плюс постоянный стресс… Тут и слон бы с инсультом слег; а у меня, чай, шкура потоньше будет. Релакс, релакс; расслабься, парень. Говорят, от счастья не умирают; ска-а-азки!

Но ничего; отлежался – отдышался; полегчало. Хотя пульс колотил где-то под сто двадцать, звон в ушах постепенно исчез, нахлынувшая было хмарь рассеялась.

– Что она там про платок говорила? – шатаясь, словно пьяный, он неверными шажками вышел на берег и подобрался к скафандру. Во время стирки он совершенно забыл про содержимое кармана; вновь болезненно переволновавшись, засунул в карман руку и вытащил наружу голубой лоскут с драгоценной таблеткой. Микрокомпьютер плохо гнущимися пальцами засунул поглубже в карман; лоскуток же, по примеру краба, закопал в песок и для надежности придавил камнем. Затем осторожно полез в подсохший скафандр; словно в качестве компенсации за происшедшее, здесь его ждали сплошь позитивные эмоции. Подкладка скафандра была прохладной – заработал кондиционер; на запястье бодро светился зеленый глаз дисплея.

– Чем порадуешь? – гоняя курсор крошечными кнопками, Порнов вывел на экран меню диагностики. – Так, радио ожило; это я уже понял – раз Мич прорезалась. Схема герметизации восстановилась – теперь можно будет в шлеме спать, не боясь, что голову откусят; и карманы не будут почем зря расстегиваться.

– Что у нас тут еще? – Порнов кнопочкой перелистнул страницу на экране; здесь строчки были желтые. – Система жизнеобеспечения – на «троечку»; вода будет регенерироваться, но в час по чайной ложке.

И, наконец, – что у нас в некрологе?

Красная строчка на дисплейчике появилась всего одна; но Порнов не преминул состроить ужасно постную мину.

– Кибер прочно сдох, – выразился он кратко и емко. – Ни тебе внутренней связи, ни тебе прочих компьютерных наворотов.