Потерянные в забвении - Руслан Александрович Локтев

редкими рыжими волосами, весь в конопушках и худой как жердь. Несмотря на телосложение, паренек отличался редкой силой и сноровкой, великолепно владел всеми видами огнестрельного оружия и завоевал уважение Дункана. По глазам Люси, Виспер понял – случилось что-то неприятное.

– Шон, ты так рано с дежурства? – удивилась хозяйка.

Санни, все еще находясь вне себя от радости, вбежала в комнату:

– Люси, я вижу! Я вижу тебя!

– Что? Как? – опешила та.

– Я вижу тебя, будто собственными глазами! Этот прибор, этот шлем, это чудо!

Люси удивленно перевела взгляд на вошедшего последним Кевина:

– Ты постарался?

– Не только я. – Ответил Доктор. – Помогали техники из бункера, а Видящий выделил все необходимые ресурсы и лабораторное оборудование.

– Уговорил Видящего? Ты не перестаешь меня удивлять. – Усмехнулась Люси.

– Меня тоже, – пробубнил Дункан и исподлобья посмотрел на Кевина. – Копаешься в бункере, пока с твоими пациентами творится черт знает что.

– О чем ты? – абсолютно спокойно ответил Кевин.

– Скажи, давненько ты видел Дариуса? – сложил руки у подбородка Дункан и нахмурил лоб.

– Вчера утром. – Ответил Кевин. – Он заходил ко мне за лекарствами для рейда.

– А после рейда? Он разве не должен сдавать тебе пустышки? Проходить медицинский осмотр? – рассердился страж.

– Говори прямо, Дункан, что случилось? – ничуть не растерялся Кевин. – Их группа не вернулась?

– Какая группа?

Виспер понял, в чем дело. Он дежурил у ворот с поздней ночи, а значит, если бы группа вернулась, он бы их встретил. Со вчерашнего дня в рейд выходила только одна группа, и Дариуса в ней не было.

– Читай! – Дункан нервно вытащил из нагрудного кармана смятый листок бумаги.

Кевин развернул его и прочитал про себя. Люси беспокойно взглянула на Виспера. Санни внимательно вглядывалась в лица, чтобы определить их эмоции.

– Черт! – прошипел Кевин.

– Еще один! – взорвался Дункан. – Что мы будем делать дальше? Это твоя ответственность! Моя – охрана людей от внешних угроз. Твоя – от внутренних. Разбирайся в чем дело! А ты, Виспер, немедленно возвращайся на пост!

Мужчина повиновался и, попрощавшись с Люси, покинул дом вместе с Дунканом и Лестером.

Санни, Кевин и Люси стояли как вкопанные.

– Угостить вас свежим соком? – прервала тишину хозяйка.

– Да, пожалуйста. – Ответил Кевин, сел за стол и скомкал в руках записку.

– Кевин, что там в ней? – тихо спросила Санни, когда Люси ушла на кухню.

– Это прощальная записка, – отрезал Кевин.

Санни никогда не видела Дариуса, но помнила его голос. Он вызывал впечатление задорного мужчины в полном рассвете сил. Постоянно рассказывал веселые истории и подтрунивал над всеми. Он был важным звеном между исследовательским корпусом стражей Дункана и лабораторией Кевина. Про него говорили – «глаз–алмаз». Он никогда не возвращался из рейда без ценных находок.

– Прощальная? Что это значит? – напряглась Санни.

Люси вернулась с соком и поставила стаканы на стол.

– Так бывает, Санни, – начала она объяснять вместо Кевина. – Люди, узнавшие о своем прошлом, рано или поздно начинают чувствовать, как это ты называл, Кевин?

– Ностальгию, – подхватил он. – Небольшое психическое расстройство, связанное со скукой по прошлому.

– Именно так, – вздохнула Люси. – Они думают, что могут вернуться к своему прошлому. Кто-то стремится добраться до того места, где раньше жил, другие верят, что отыщут близких или хотя бы их останки. Им начинает казаться, что с их домом ничего не случилось, а родные и друзья по-прежнему живы. У меня тоже такое было, но Кевин помог справиться, а потом я встретила Шона…

– Так разве это плохо? – спросила Санни.

– Ностальгия дает им ложную надежду, – сказал Кевин. – Они уходят туда, куда никогда не смогут вернуться. Там они и погибают, а Оазис теряет важных людей. Он начинает пустеть.

– За последние два месяца мы так потеряли уже четверых, а новых людей после вас так и не приходило, – сказала Люси.

– Теперь я понимаю, – задумалась Санни. – Но Дариус, он же здесь уже давно?

– Дариус проявлял некоторое время после прозрения признаки ностальгии, –вспомнил Кевин. – Он узнал, что у него была семья, двое детей, красавица жена. В его случае – причина для ностальгии очень веская. Мы смогли ее побороть, или так думали. Возможно, он научился очень хорошо скрывать ее. Ладно, спасибо за сок, Люси, нам пора возвращаться в лабораторию.

Санни и Кевин попрощались и ушли. Девушка глубоко задумалась. Она оглядывалась, привыкая к своему новому зрению. Отчего-то в мыслях пронеслись воспоминания о Дариусе. Вечный задира не стеснялся подтрунивать даже над ней:

– «Эй, девчушка, я тебе письмо оставил, Кевин не передал? Эх, глупая, письмо! Ты что его потеряла? Очень важное письмо!»

«Никакого письма не передавал…» – смущаясь, отвечала Санни

«Ну естественно», – ухахатывался Дариус. – «Ты же слепая, а я не умею писать! Какая же ты наивная!»

«И этот человек еще когда-то имел семью и собственных детей. – Думала Санни, невольно краснея. – «Сам ведь словно ребенок».

– Кевин! – вдруг остановилась девушка.

– Да? – повернулся он.

– Дариус разве умел писать?

Кевин застыл на месте:

– А ты прозорливая.

– Значит, письмо написал кто-то другой!

– И он, возможно, помог ему сбежать, – догадался Кевин. – Кто-то в Оазисе знает, куда направился Дариус. Идем за мной, теперь я знаю, что делать.

***

– Я не понимаю тебя, Шон! – возмутилась Люси. – Если за что-то и надо тревожиться, так это за здоровье твоего друга! Он сам не в себе, ты видел!

– Он пытался мне что-то сказать, Люси. – Спорил с любимой Виспер.

– Он слишком часто ходил в рейды. – Настаивала женщина. – Это стресс, но люди Видящего помогут ему с ним справиться. Кевин поступил правильно. Пойми, сейчас все на ушах, но мы должны жить дальше.

– Да? А где тогда Санни? – махал руками Виспер. – Кевин ничего мне не говорит! Он что-то скрывает!

– Он помогает вернуть ей зрение, Шон, и она часто помогает ему в бункере. Первый раз что-ли?

– Мне кажется, что-то с нами произошло, когда мы очутились в Оазисе и прозрели. – Метался по комнате Виспер.

– Глупышка, вы стали самими собой. Что ты знаешь о своих друзьях? Совершенно ничего. Да, вы выживали долгое время вместе, но посмотри на вещи здраво. Отпусти прошлое, Шон, и живи настоящим.

– Почему ты всегда так говоришь?

– Как?

– Будто те месяцы, которые я провел с ними, не имеют смысла!

– Потому что для тебя они уже не имеют смысла. Ты здесь, со мной, как раньше.

– Я знаю почему. – Усмехнулся Виспер. – Ты всегда их недолюбливала. Они тебе казались странными, дикарями с пустошей. Сначала Ники. Ты ведь презирала его, признайся!

– Шон, он гомункул! – Воскликнула Люси. – Ты знаешь – сколько они отняли у жителей Оазиса?

– А ты знаешь – сколько они мне