Анатолий Радов - Студия «Боливар»

— Алина делала? — спросил я.

Он несколько раз недовольно кашлянул.

— Нет — последовал за кашлем напряжённый ответ — А что, тебе интересно это знать?

— Да нет, просто подумал, кто ещё может сделать?

— Куклу делал Мик.

Я удивлённо хмыкнул.

— Алекс сказал, что Лизу сюда заманили именно куклами — я внимательно посмотрел на Инри, следя за его реакцией — А ты как здесь?

— Я же у тебя не спрашиваю, как ты здесь — скривившись ответил Инри.

— Ладно, мне просто интересно.

— Много будешь знать, скоро состаришься.

— Здесь то? — улыбаясь, спросил я.

— Я не правильно выразился. Умрёшь быстро — вот как правильно — его глаза сверкнули за стёклами очков.

— У-у — протянул я — А мне сказали, что здесь все любят друг друга. Жаль. Снова обманули.

— Не будешь лезть куда не надо, будут любить.

Он прополз мимо меня и выскочил из шалаша. Я услышал торопливые шаги. Инри быстро уходил.

Я его снова достал, понял я. Надо бы поаккуратней, а то мне уже в следующее время тьмы голову открутят.

Я выглянул из своей новой халупки. Инри уже не было. Тогда я выполз наружу и осмотрелся. Инри не было нигде. Наверное, давно в своём шалаше, подумал я, и направился к лугу.

Но, сделав несколько шагов, услышал сзади себя хриплый голос.

— Куда это вы, молодой человек? А куда это, а?

Я остановился и резко обернулся. Передо мной, полусогнувшись, стояла бабка. Откуда она взялась, было не понятно. Может, она уже тогда, когда мы шли с Инри, ползком пробиралась позади шалашей? А когда мы разговаривали, сидела снаружи, приставив ладони к ушам.

— Чего тебе? — холодно спросил я.

Её правый глаз хитро прищурился, а левый стал похож на искуственный. Она поправила платок.

— Ну уж чего тебе. Я просто. Просто шла, и тебя увидала. Дай думаю спрошу, а куда это ты, далече?

— Посать — бесцеремонно буркнул я, начиная понимать, что бабку ко мне скорее всего приставил Инри, и отвязаться от неё будет нелегко.

— Пописать захотел? — бабка потерла свой острый нос — Ну это в лес, в лес надо. Чего ж на луг то идти?

— В лесу крысы — попытался отмазаться я.

— Туточки нету — бабка замахала костлявой рукой прямо у меня перед лицом — Они дальше, крысы эти, туда, туда дальше, в чащобе самой. А туточки нету.

— Бабуля, дай мне нужду спокойно справить — проговорил я, нахмурившись.

— Ой грозный какой, ой страх — она отшатнулась — Да иди. Иди с богом, шоб тебя.

Я развернулся и быстро зашагал к лугу. Сзади не отставая полубегом неслась бабка.

— Вот же карга — ругнулся я шёпотом.

— Ну, уж, и карга — ответила бабка.

А со слухом у неё полный порядок, понял я. И поняв это, я остановился.

Идти к Алине сейчас было глупо. Бабка всё равно не отстанет. А даже если отстанет, сразу же донесёт Инри. Чёрт!

Я развернулся, и чуть не сбив старуху, зашагал к лесу.

— Ну, вот. Вот и правильно. В лес надо, в лес. Мы все в лес ходим. А на лугу то что? На лугу ж видно всё — затараторила бабка.

И когда я подошёл к лесу, она остановилась. Я ещё какое-то время слышал за спиной её бормотание, но пройдя метров десять, перестал его различать. Бабка в лес за мной не попрётся. Зачем? Алина на лугу, в другой стороне, задание Инри она выполнила. Не подпустила меня к ней. Значит, по лесу я могу бродить один.

Пройдя ещё немного, я остановился. А нельзя ли как-нибудь лесом обойти?

Идея мне понравилась, и я вернулся немного назад, чтобы сквозь деревья была видна деревня.

Бабка сидела на земле спиной ко мне, бормоча себе под нос. Видимо какие-то местные мантры. Я, не теряя из виду шалашей, пошёл вдоль кромки, стараясь поближе подобраться к лугу. Или, что ещё лучше, подойти на такое расстояние, чтобы было можно негромко позвать Алину. Может, услышав, она неприметно подойдёт к деревьям? И тогда у нас наконец-то получится поговорить.

Осторожно раздвигая руками ветки, боясь чтобы старуха не услышала даже малейший треск, судя по её слуху, она была на это способна, я медленно продвигался вдоль кромки. Но самое близкое расстояние до Алины было метров сто. И как я не ходил туда сюда, нигде не получалось меньше.

Тогда я, рискуя быть замеченным, подошёл к самому краю, и шёпотом позвал. Она не услышала. Я позвал ещё раз, и она перестав выискивать траву, распрямилась и прислушалась.

— Я в лесу — почти в голос сказал я, и она обернулась. Её глаза испуганно округлились, и она резко нагнувшись, схватила совсем не ту траву, пучок из которых был в её правой руке. Я растерянно застыл, ожидая её дальнейших действий.

И с какой же я радостью заметил, что продолжая вырывать всё подряд, она очень медленно, но всё же стала приближаться.

Моё сердце забилось чуть быстрей. Я стал суматошно подбирать в мозгу слова. Во, дурень, ругнул я себя, не мог заранее придумать, о чём говорить.

Расстояние между нами сокращалось. Когда осталось метров пятнадцать, она остановилась и выпрямившись, бросила на меня испуганный взгляд.

19

Я невольно засмотрелся на неё. В её глазах, где-то за облаками страха, мелькнуло лукавое солнце заинтересованности. Она сорвала ещё одну травинку и сделала два шага к лесу. Я глубоко вздохнул, борясь с разбродом мыслей в голове. Она едва заметно улыбнулась.

— Алина — сказал я, и мой голос едва не сорвался — Я бы… мне нужно поговорить с то… с вами.

Она резко обернулась. Я тоже бросил взгляд на деревню.

— О чём? — тихо спросила она, вновь посмотрев на меня.

— О чём? — глупо повторил я — Не знаю даже. Обо всём… наверное.

Она улыбнулась уже заметнее и красивее. Но секунду спустя улыбка вдруг покинула её лицо, оставив о себе лишь томящее воспоминание.

— Если нас увидят вместе… — она запнулась, а мне стало невесомо от этого «нас» — Они злые.

Я чуть было тут же не предложил ей бежать, но вовремя успел понять, как это глупо прозвучит. Да и куда бежать? Я облокотился на ствол дерева.

— Алина, нам нужно поговорить как-нибудь… как-нибудь наедине.

— Здесь это невозможно.

— Но, ведь сейчас почти…

— Бабка может прийти в любой момент — перебила она.

— Она сидит возле леса — сказал я — И что-то бормочет себе под нос. Наверное, погрузилась в свои глупые мысли.

— Она может прийти в любой момент — повторила Алина.

— А мне показалось, что она не собирается входить в лес.

— Это странно.

— Я ей сказал… — я запнулся.

— Что?

— Ничего — я неловко махнул рукой — Алина, мне хочется знать, что здесь творится. Иначе, я просто не знаю, как мне быть.

— А зачем знать?