Татьяна Апраксина - Предсказанная

— Тихо, — сказал Серебряный. — Постарайся кашлять потише, тогда, может быть, тебя не услышат.

— Х-хто? — спросила Анна, поднимаясь на ноги.

— Они, — Серебряный показал вверх, туда, где располагался лагерь. — Если успеешь высохнуть, я не буду рассказывать о твоих купаниях в сей тихой заводи.

— Спасибо, — кивнула девушка. — Боюсь, меня не одобрят.

— Ты совершенно права, — слегка поклонился владетель. — Меня тоже. Я же не должен был отпускать тебя.

— Спасибо, — уже наверху сказала Анна. — Как ты меня вытащил?

— Магия, — улыбнулся Серебряный. Склонившись над костром, он сушил волосы. Куртку и майку он приспособил на рогатину для просушки. Действие мази давно прошло, теперь Анна опять видела владетеля как почти человека.

— Тебя не слишком смутит, если я сниму штаны? — церемонно поинтересовался Гьял-лиэ.

— А если я? — хихикнула в ответ Анна.

— Пожалуй, что нет, — после некоторого раздумья сказал владетель.

Анну разобрал смех, она старательно зажимала себе рот, стараясь не заржать во весь голос. Серебряный был в своем репертуаре — то почти нормальный, то на полном серьезе выдающий из себя совершенно комичные реплики. Похоже, разницы он не видел. Девушка стащила майку и джинсы, оставшись в одних трусиках. Владетель же был представлен в натуральном, так сказать, виде. Анна с испугом подумала, что мог бы сказать Вадим, проснись он сейчас. Но вся тройка попутчиков спала сладким сном.

Анатомия Гьял-лиэ принципиально от человеческой не отличалась — на первый взгляд. Длинноватые для такого торса руки и ноги, узкие, хотя и красиво развернутые, плечи. Никакой растительности на теле. Явно иначе сконструированная грудная клетка — без проступающих контуров ребер. Отсутствие типичного для людей мышечного рисунка — даже при движениях под кожей не обозначались ни бицепсы, ни икроножные мышцы. Но чтобы заметить все это, нужно было хорошо знать, как устроены люди. Анна знала — увлекалась когда-то массажем, читала пособия, пыталась что-то зарисовывать. Других же Серебряный мог бы и обмануть.

Две мокрые фигуры зябко жались к костру. Огня не хватало, чтобы высохнуть быстро, и приходилось поворачиваться то боками, то спиной. Периодически они сталкивались руками или коленями, улыбались и чуть отодвигались друг от друга. Наконец, Анна довела майку до состояния «досохнет на мне» и натянула ее, чуть смущенно глядя на компаньона. Обычно она не стеснялась наготы и спокойно загорала на нудистских пляжах, если было такое желание, но общество Серебряного не казалось ей подходящим для невольного стриптиза. Что-то непонятное, не слишком приятное было во взглядах, которые она чувствовала спиной. Когда они встречались глазами, владетель был совершенно равнодушен и держался в рамках приличия, но стоило отвернуться, как по коже проходился невидимый жаркий луч.

— Типа искупались, — улыбнулась Анна.

Владетель кивнул, потом в очередной раз взлохматил волосы.

— Знаешь, я и вправду не знал, что все окончится именно так. Флейтист не понимает, почему я столь строго придерживаюсь правил. Но наши законы запрещают любые игры с Безвременьем. Мы можем воевать за владения, плести интриги и делать многое… только не это. И наши войны всегда происходят по строгому кодексу.

— Это, конечно, утешает, — пожала плечами девушка. — Что у вас все так здорово и правильно… Мне не легче, веришь, нет?

— Я никогда не посмел бы призвать Безвременье. Даже желая погубить Флейтиста, — Анне резанул ухо пафосный выбор слов, но это вообще было отличительной чертой Серебряного. Чем больше он волновался, тем сильнее сбивался на язык романов девятнадцатого века.

— Мы тоже очень рады, — издевательски сказала Анна. — Я тебе верю, успокойся. Если бы ты еще знал, как отсюда выбраться…

— Увы, — развел руками Серебряный.

— Тогда надень штаны, они высохли уже, — сердито показала рукой на рогатину Анна. — Потом разбуди кого-нибудь и ложись спать. Большое тебе спасибо, что ты меня вытащил, и все такое, но… Достал. Ясно тебе?

Серебряный странно улыбнулся, сверкнул глазами и покорно отправился в указанном направлении. Разбудил он не Вадима, как Анна надеялась, а Флейтиста. Пока тот поднимался и растирал плечи, девушка размышляла о преимуществах феодальных войн в сравнении с попаданием в Безвременье. Преимущество было налицо: на феодальные войны Полуночи можно было плюнуть и не участвовать в них. А тут вот не получалось. Плюнуть, конечно, было можно. Хоть себе под ноги, хоть с бережка в реку. Не участвовать — увы, никак.

ГЛАВА 5. ЧЕРНОЕ И БЕЛОЕ НЕ ВЫБИРАТЬ…

Вадима никто не будил, и проснулся он сам, когда окончательно замерз. Оказалось — уже утро, рассвет. Правда, никакого солнца не было — его восход заменяло усиление свечения неба. Сейчас оно было раскрашено в яркие розовые и желтые тона. Вадим полюбовался на мраморное, абрикосовое в красных, лиловых и белых прожилках небо, потом начал проводить ревизию частей тела.

Ноги замерзли — летние кроссовки, надетые на тонкий носок плохо годились для ночлега на природе. Шея и плечи занемели и затекли до той степени, когда уже кажется, что между лопатками нет ничего. От избытка свежего воздуха голова слегка кружилась. Глаза чесались от дыма. В общем, ничего хорошего, кроме плохого, в походном образе жизни Вадим не обнаружил. Палатка, спальный мешок и котелок, чтобы заварить чай, были теми предметами, без которых в чисто поле лучше не соваться.

Вадим поискал взглядом Анну и обнаружил ее у костра. Там же сидели и остальные. Оказывается, все уже проснулись — или вовсе не ложились. Судя по тому, что Флейтист возился с углями и песком, на завтрак вновь ожидалась печеная рыба. Вадим не имел ничего против — сейчас его устроила бы любая горячая пища. И желательно — побольше. Анна оглянулась, почувствовав его взгляд, подошла, села рядом. Теплые руки, пахнущие дымом, пробежались по лицу и волосам.

— Лохматый, — промурлыкала она. — Ты выспался?

— Ну, в общем и целом…

— А я ночью в воду свалилась, только никому не говори. Меня этот, с нормальными ушами, — девушка щекотно хихикнула в самое ухо. — вытащил.

Вадим вздрогнул, поближе притянул к себе Анну. Один из самых больших страхов — собственная беспомощность. Можешь потерять что-то очень дорогое, даже не заметив, не успев отреагировать. Просто спишь или находишься слишком далеко — и вот, все решается за тебя и не в твою пользу. Стоит только расслабиться, утратить контроль над ситуацией, и немедленно все пойдет под откос…

— Зачем ты туда полезла?