Владислав Чупрасов - Нф-100: Шутки Георга Дебича

У Ружевича в один момент сердце забилось где-то под подбородком. Он пару раз выкрикнул что-то бессвязное в микрофон своего шлема, но тот работал очень паршиво. Выровняв штурвал и закрепив корабль на полиции "старт", Май выбежал из рубки, обнаружив, что все оружие валяется в углу. Отшвырнув капитанский Вектор, лейтенант рванул вверх по прямому коридору.

Мысли путались. Единственной его целью был Джеймс Донни, который вытащил единственного пилота с корабля.

Пилот остается на корабле, даже если корабль тонет.

Сейчас "Ниньё" очень быстро уходила на дно, а Май почему-то был в другом месте.

Оторвав капитана от одного из контрабандистов, Ружевич, не задумываясь, тряхнул Джеймса Донни за плечи.

- Я же просил меня оставить там!

На них смотрели с удивлением, даже драки и разборки временно закончились - не так уж часто при выполнении задания офицеры бьют друг другу морды.

Контрабандистам это понравились.

- Хорошие мальчики, - поделился Гарж своим мнением с Троем, стаскивая его с медика, который удивленно вылупился на него и что-то бессвязно пробормотал. - Чего?

- Я тоже просил меня оставить там, - повторил сержант, облизывая треснувшую губу. - Хорошо, что не оставил.

- Ага, - легко согласился Гарж. - Только ваш пилот, кажется, так не думает.

Глава 7

Карл проснулся раньше, хотя мог бы еще спать и спать. Просто "спать и спать", повалившись на стол, было не очень удобно. Затекла спина и, за компанию, шея, поэтому, когда Карл разогнулся и потянулся, хруст раздался такой, что был слышен, наверное, на маковом поле.

Покачавшись из стороны в сторону и убедившись, что все (ну, или хотя бы большинство) позвонки встали на место, Карл наконец-то вспомнил, почему ему пришлось спать за столом, и обернулся к кровати.

Седрик, как он и ожидал, еще не проснулся. И это могло бы стать проблемой, если бы прямо сейчас к нему кто-нибудь зашел. Обнадеживало лишь то, что на станции если и ходили в гости, то только предварительно об этом договорившись. Комнаты в их маленьком тухлом мирке были чем-то священным.

Образовалось какое-то общество любителей посидеть в углу в гордом одиночестве. Карл одиночество не любил, но сейчас был даже рад тому, что никому и в голову не придет вломиться в его комнату просто так, без стука и предварительной договоренности.

Седрик завозился на кровати, видимо, проснулся. Высунул нос из-под одеяла и сонно осмотрел комнату.

- А как ты спал? - вдруг поинтересовался он.

Карл только отмахнулся. Седрик сразу же сел, скинув одеяло.

- Я ухожу. Уже утро? Я все проспал, извини, - он суетливо принялся складывать одеяло.

- Куда ты намылился? - потерев шею, рявкнул Карл. Он сам от себя такого не ожидал, как не ожидал и Седрик. Тот сел на кровать, положив на колени свернутое одеяло.

- Не знаю, - насупившись, но не обидевшись, отозвался Седрик. Ситуация, в которой он оказался, была совершенно безвыходной. Поэтому он не отказался бы, чтобы все его проблемы решил кто-то другой. Ну, например, напарник.

Карл зарылся пальцами в волосы и несильно сжал в попытке стимулировать приток крови к мозгу.

- Так, - пробормотал он, шагами меряя комнату. - Для начала я сейчас пойду на кухню и приготовлю нам что-нибудь на завтрак. Тебе надо нормально питаться, иначе истончишься и сольешься с воздушными потоками.

- Да какой тут воздух, дерьмо одно, - мрачно отозвался Седрик, почесывая локоть. Заметив, что делает, с трудом оторвал себя от этого успокаивающего занятия - на сгибе локтя уже проступили маленькие красные точки.

- Ну вот, ты же не хочешь стать им, - получив подтверждающий кивок, Карл направился к двери. - Я закрываю комнату, так что если кто-то будет звонить - не обращай внимания, дверь они не откроют. Сам я буду минут через пятнадцать, максимум - двадцать, если на кухне будет кто-то еще. Можешь пока почитать что-нибудь.

Седрик кивнул и, вместо того чтобы потянуться к планшету, расправил одеяло и снова лег. Спать хотелось ужасно, даже несмотря на то, что он проспал всю ночь.

Заблокировав дверь как на вход, так и на выход, Карл направился на кухню. На душе было очень неспокойно - ему не нравилось хранить чьи-то тайны, но и подвести Седрика, совершенно здорового и адекватного Седрика, он не мог. Иначе грош цена институту напарничества, так важному для свободных медиков.

Но и обвинять в чем-то Хампуса было нельзя. Не исключено, что все это было всего лишь ошибкой: ведь начальник станции не был медиком, но почему-то его мнению Карл поверил сразу же и беспрекословно. Не являясь специалистом ни в иммунологии, ни в токсикологии, Карл мог предположить сколько угодно вариантов болезни и ее лечения и ни разу не попасть в точку.

И все же - почему-то он твердо поверил.

Во всей этой ситуации нужен был психолог, даже, желательно, два. И бутылка настоящего виски. Но ничего из этого в наличии не было.

На кухне обнаружилась Ванесса, что-то тихо напевающая у плиты. Карл подошел поближе и сунул нос в кастрюлю, за что чуть не схлопотал по лбу половником.

- Ай, - недовольно буркнул он.

- А куда ты волосами своими трясешь, - сварливо проворчала Ванесса и опустила крышку на кипящий суп.

Хотя то, что бурлило в кастрюле, было сложно назвать супом. Это была вода плюс бульонный концентрат плюс волокна синтетического мяса в желе. Все это варилось, варилось, пока не превращалось в однородную субстанцию с плавающими по ней нитями мяса. На вкус так себе, но жить вполне можно.

К тому же Ванесса гордилась своим варевом, как будто она одна могла плюхнуть в воду содержимое двух пакетиков. Но никому особенно не хотелось заниматься готовкой, поэтому когда Ванессу обуревало желание стать к плите и чего-нибудь там натворить, никто не сопротивлялся.

- Тебе в тарелку?

- Не, - Карл со скучающим видом извлек из ящика свой термос. - Мне сюда. В комнате поем, пока отчет составлять буду. Сама знаешь...

- Знаю, - Ванесса примерилась к термосу. - Тебе половину на один раз или растянешь?

- До краев наливай. Главное, чтоб остальным хватило.

Энергетик пожала плечами и принялась переливать суп из кастрюли в термос. Руки у нее немного дрожали, Ванесса то и дело кусала нижнюю губу, как будто хотела что-то сказать, но не решалась. Наконец не выдержал Карл:

- Что случилось? Тебе помочь?

- Да нет, - Ванесса тряхнула волосами, и Карл едва сдержался от того, чтобы съехидничать по поводу волос в супе, - я, черт... в общем. Извини, что я там наговорила. Не хотела тебя обидеть. Мы все знаем, что для врача напарник - это святое. Просто иногда с некоторыми фактами трудно спорить.

Карл прикусил кончик языка, чтобы не разразиться тирадой - ему-то было чем поспорить с фактами. Но все это могло закончиться травмами - преимущественно ожогами. С Ванессы станется сначала надеть на голову кастрюлю с супом, а потом извиняться, носиться с влажными полотенцами и сокрушаться о потерянном завтраке и обеде.