Джерри Понелли - Беглецы с Планеты Обезьян

Комната стремительно закружилась у нее перед глазами и Зира почувствовала дурноту. Ноги ее ослабели и она тяжело повисла на руках доктора Хасслейна. Он осторожно опустил ее на пол. Сопровождающие подбежали к ним.

-- Что случилось?

-- Мы можем чем-нибудь помочь?

-- Пошлите за доктором Диксоном -- бросил Хасслейн. -- Зира, как вы себя чувствуете?

-- Это, наверное, из-за гориллы. Это шок -- предположил морякохранник.

Зира открыла глаза. -- Ничего страшного. Просто я беременна.

-- О, Господи! -- воскликнул доктор Хасслейн. -- А мы-то таскаем вас по всем этим прогулкам и выставкам! Вас срочно надо отправить домой!

-- Доктор Диксон будет здесь с минуты на минуту -- сказал Виктор Хасслейн. Вы уверены, что достаточно хорошо себя чувствуете? Дорога домой не слишком утомила вас?

-- Все в порядке. Вы можете идти, доктор Хасслейн. Бла-- годарю вас за участие и помощь.

-- О, нет, Зира -- возразил Хасслейн. -- Я не оставлю вас здесь, пока не придет доктор Диксон. Или Корнелиус. Нет, нет, не спорьте, я настаиваю. Могу я еще что-нибудь для вас сделать?

Зира откинулась назад на диване и сбросила на пол туфли, вздохнув с облегчением. -- Честно говоря, у меня есть одно навязчивое желание...

-- В вашем положении это вполне естественно. Чего бы вам хотелось?

-- Виноградного сока Плюс.

-- Что? Боюсь, я не совсем понимаю вас.

-- Он стоит в холодильнике -- сказала Зира. -- Хо-ло-диль-ни-ке. Я правильно произношу? У нас это называется ледяной ящик.

-- Холодильник, конечно. Я достану -- Хасслейн вышел в небольшую кухоньку и открыл дверцу холодильника. На полке стояло три бутылки шампанского --Калифорния-- и он сдержанно усмехнулся. Оглядев полки, уставленные чашками и тарелками, он отыскал бокал для вина, открыл одну бутылку и наполнил его. Прихватив с собой бутылку и бокал, он вернулся в гости ную.

-- Вы это имели в виду -- спросил он. -- Виноградный сок Плюс? -- И он весело подмигнул Зире.

Она подмигнула ему в ответ. -- Но мне нельзя пить много..

-- О, ничего страшного -- вы ведь не так давно ... гм, не одна?

-- Довольно давно -- ответила Зира.

-- Ну, все равно, немного шампанского ему не повредит. А давно вы об этом узнали? -- что вы, гм, ждете ребенка?

-- Еще до начала войны.-- Она сделала большой глоток шампанского и облизала губы. -- Очень вкусно. Я узнала об этом еще до войны и это было одной из причин, по которой мы хотели спастись. Мы ведь не знали, что случится с нами.

Хасслейн достал портсигар из кармана и положил его на стол.

-- Простите, может, мне не стоит курить?

-- О, нет, что вы, это мне совсем не мешает, -- сказала Зира.-Хотя, это, ужасно глупая привычка.

-- Да, вы правы. Но приобрести ее куда проще, чем от нее избавиться.-- Он зажег спичку и закурил, оставив портсигар на кофейном столике, стоявшем напротив дивана, на котором лежала Зира. -- Вы сказали, что не знаете, против кого велась эта война?

-- Точно нет -- ответила Зира, большим глотком осушив бокал до дна. Хасслейн старательно наполнил его вновь. -- Только знаю, что это были какие-то, гм, обезьяны, которые жили под землей в соседнем районе и что наша армия решила объявить им войну.

Хасслейн понимающе кивнул головой. -- Простых жителей часто не спрашивают о таких вещах. А кто победил в этой вашей войне?

-- Это была не наша война, -- возразила Зира, ее язык уже не вполне ей повиновался. Она снова выпила. -- Это была война горилл. Они вечно с кем-нибудь воюют. А шимпанзе -- пацифисты. У нас нет врагов. -- О,-- Хасслейн вновь до краев наполнил ее бокал, потом сел в кресло и вытянул ноги. -- Сегодня был трудный день, не правда ли?

-- Немножко, -- согласилась Зира.

Они поболтали немного о музее и Хасслейн то и дело поднимался, чтобы наполнить бокал Зиры.

-- Но вы ведь, конечно, знаете, на чьей стороне была победа? -спросил в заключение Хасслейн.

-- Ни на чьей -- ответила Зира. -- Тупоголовые болваны. Мы говорили им...

Хасслейн нахмурился -- Но что же тогда случилось?

-- Когда мы были в космосе... мы увидели свет. Ослепительная вспышка -- белый свет -- это было ужасно! Казалось, что мгновенно расплавились границы всех континентов. Должно быть вся Земля погибла! Доктор Мило так считал. А потом -- о, я не знаю, что было потом, я ничего не помню. А потом мы очутились здесь. Она подняла бокал, отхлебнула еще шампанского, проливая его на стол. Несколько капель скатились по ее подбородку.

-- Я очень хочу спать. -- сказала она. -- Просто ужасно. Я думаю, мне не надо больше пить.

-- Возможно, вы правы -- согласился Хасслейн. -- Скажите, Зира, какой в вашем времени шел год?

-- Три... тысячи...девятьсот...пятьдесят пятый...

Хасслейн присвистнул.-- Это очень далеко от нашего времени. Почти две тысячи лет. Как далеко простираются ваши знания о прошлом? Самые ранние исторические хроники?

-- Я не знаю. Корнелиус знает лучше... У нас есть какие-то отчеты, копии с людских записей, они -- о вашем прошлом, доктор Хасслейн. Но ничего конкретного мы не знаем о том, что происходило больше, чем тысячу лет тому назад.

-- Понятно. Вы совсем засыпаете, Зира, а вот, наконец, и наш доктор Диксон. Он отправит вас в постель.-- Хасслейн взял со стола свой портсигар -- в комнату вошел Льюис.

-- Ну, как вы? -- с беспокойством спросил он. -- Мне сказали, что вы потеряли сознание.

-- Беспокоиться не о чем -- заверил его Хасслейн. -- Хотя, вы ведь, наверное, не знаете. Мадам Зира скоро станет матерью. Я оставляю вас с вашей пациенткой, доктор Диксон. Всего хорошего.

Льюис молча смотрел, как Хасслейн положил портсигар в карман и поднялся из кресла. Дождавшись, когда дверь за доктором Хасслейном закрылась, он обернулся к Зире и заметил почти пустую бутылку, стоявшую на столе и пьяную улыбку на лице Зиры. Что ему удалось узнать? И как он собирается это использовать? Льюис Диксон понастоящему испугался.

Глава 13

В Вашингтоне было жарко, ужасно жарко и президент мечтал оказаться снова в Калифорнии, в Западном Белом Доме. Будь его воля, он давно перебазировал туда все правительственные службы. А без этих многочисленных бюро с их бюрократами и вовсе мог бы обойтись. Оставил бы только посольскую службу... Он вздохнул и вызвал секретаршу.

-- Кто следующий, Мэрилинн?

-- Доктор Хасслейн, господин президент.

-- А-а -- он снова вздохнул. Что Виктору на этот раз нужно? Он, видимо, очень расстраивается из-за этих обезьянок.

-- Хорошо Мэрилинн. Пригласите его.

Хасслейн вошел в овальный кабинет и остановился -- прямая, неподвижная фигура -- перед столом, за которым сидел президент. Если не считать военных, Хасслейн был единственным человеком, у которого была такая безупречная осанка и президент не раз спрашивал себя, не был ли известный ученый неудавшимся военным.