Юрий Тупицын - Инопланетянин

- Ты чего привязался к даме, парень? Да еще монеты жмешь! Не хочется ли тебе обнюхать мостовую? - насмешливо пророкотал басок.

Без всяких признаков удивления или тревоги посетитель повернул голову. Рядом стоял здоровенный мужчина, мускулы так и выпирали из ковбойки. Мерно двигалась тяжелая челюсть, отдавая привычную дань жевательной резинке, густые брови чуть приподняты, в глазах - презрительное равнодушие!

- Оставь его, Боб. Пусть убирается!

- Верно. Но сначала пусть извинится. Некрасиво грубить даме! - Ладонь словно тисками охватила руку посетителя, в голосе появилась жесткость. Ты ведь извинишься, парень? Не будь подонком!

Нигил вздохнул и покорно проговорил, склонив голову:

- Извините меня, мэм.

Барменша пожала плечами и сказала теперь уже без эмоций:

- Оставь его. Боб. Пусть убирается.

Но Боб, очевидно, относился к тому не так уж редко встречающемуся типу людей, которых покорность жертвы лишь возбуждает и делает более агрессивными. Не исключено, что ему хотелось произвести впечатление на молодую женщину, покрасоваться перед ней. Во всяком случае, не ослабляя хватки, он насмешливо проговорил:

- Ты не понял меня, парень. Нужно извиниться по-настоящему. - Он беззлобно, но довольно свирепо встряхнул посетителя. - Проси прощения!

Керол отвернулась от стойки, делая вид, что происходящее ее совершенно не интересует. Она не видела реакции своего должника на требование Боба, а она была необычной. Нигил очень спокойно повернул голову к своему оппоненту и взглянул на него с откровенным любопытством.

- Но я ведь попросил прощения, мистер Боб.

- Сэр! - пророкотал Боб.

- Извините, сэр. Ведь я уже попросил прощения, сэр.

Вместе с покорностью Керол послышались в голосе незнакомца насмешливые, иронические нотки, и она с вновь проснувшимся любопытством повернулась к стойке.

- Прощения! Ты отбыл номер, вот что ты сделал. Я не слышал в твоем голосе истинного раскаяния. Проси прощения так, как бы просил его у мамми, когда она собиралась тебя выпороть.

Боб откровенно веселился, чувствуя себя хозяином положения.

- Оставь его, Боб, - устало сказала Керол.

Не обращая внимания на ее реплику, Нигил спокойно сказал:

- Моя мать никогда не порола меня, сэр.

- И напрасно! Этим-то она тебя и испортила, превратила вот в такого подонка. - Боб уже со злостью встряхнул посетителя. - Проси прощения, кому говорят!

- Я не люблю, когда меня встряхивают, - холодно проговорил Нигил и положил свою ладонь на кисть Боба, которая все еще стискивала его плечо. Я не шейкер.

Керол открыла уже рот, чтобы поактивнее вмешаться в происходящее, и снова закрыла его - ее вмешательства не потребовалось. На ее глазах происходило нечто удивительное и не совсем понятное. Нигил как будто бы просто положил свою ладонь на лапу Боба, положил, и все, но лицо Боба сначала отразило удивление, потом оно покраснело от напряжения, на шее вздулись жилы, а мускулы всего тела напряглись, наконец, оно исказилось от боли. Нигил снял руку Боба со своего плеча и как неодушевленный предмет положил на стойку, движения его отнюдь не свидетельствовали о мускульном напряжении, они были совершенно естественны, даже замедленны. Керол остолбенело наблюдала за происходящим, глядя на Нигила отупело и обиженно. Боб начал машинально разминать и массировать свою кисть.

- Вы чего? - Он по инерции пытался говорить угрожающе, но в его голосе прозвучала растерянность.

- Я не люблю, когда меня трясут. - Нигил мягко улыбнулся, глядя прямо в глаза мужчины, и деликатно посоветовал: - Садитесь за свой столик, Боб. Я не намерен обижать мисс Керол, мне просто нужно поговорить с ней и рассчитаться за выпитое. Идите, Боб.

- Иди-иди, - торопливо поддержала барменша, выходя из столбняка.

Оглядев еще раз посетителя, она остановила взгляд на его руке, лежащей на стойке. Кисть крупная, но не большая, не мощная, длинные, и это сразу видно, гибкие пальцы. Более машинально, чем сознательно, она прикоснулась к этой руке, легонько погладила ее, а потом перевернула ладонью вверх. Ни ссадин, ни мозолей, ни очевидной загрубелости, хотя не выглядит эта рука и холеной, изнеженной.

- И этой-то лапкой вы сделали больно Бобу? Да у него силы на троих таких, как вы, хватит! Что вы с ним сделали? - Она покосилась на Боба, который залпом допил свой коктейль и теперь сидел за столом с видом человека, решавшего для себя трудную, почти непосильную задачу. Посмотрел на Боба и Нигил.

- Сила человека не только в его мускулах, - сказал он словно про себя.

Она испытующе взглянула на него.

- А в чем? - И вдруг обрадовалась мелькнувшей у нее догадке. - Вы гипнотизер?

- Фокусник.

Нигил печально улыбнулся, сделал кистью скользящее движение и протянул барменше зажатую между указательным и безымянным пальцами новенькую пятидолларовую бумажку. Керол невольно покосилась в сторону кассы - нет, она была далеко, явно в недосягаемости рук этого странного посетителя. Когда она снова перевела на него взгляд, в руке Нигила уже ничего не было - он легонько шевелил в воздухе своими длинными ловкими пальцами.

- Так вы фокусник! - констатировала барменша с облегчением.

Он кивнул, сделал новый санж, и между его пальцами появилась десятидолларовая бумажка. Ловко, будто нечаянно уронив купюру на внутреннюю часть стойки, Нигил с улыбкой сказал:

- Сдачи не нужно.

- А говорили - нет денег, - с невольно прорвавшимся облегчением проговорила Керол.

- Я испытывал вас, мисс Керол. Это испытание вы успешно выдержали. Не откажетесь ли за все те беспокойства, которые я вам причинил, принять от меня подарок?

Он медленно извлек из кармана своего пиджака дамские часы, держа их за самый конец изящной не то золотой, не то позолоченной цепочки-браслета. Керол улыбнулась, с любопытством разглядывая эту всегда милую женскому сердцу красивую вещицу. Вдруг брови ее нахмурились. Протянув руку, она приподняла часы на ладони, склонилась, приглядываясь к ним, машинально перевела взгляд на собственное запястье и отшатнулась:

- Так это же мои часы!

- Совершенно верно, мисс Керол, - с легким поклоном согласился Нигил.

Барменша все еще не могла взять в толк происшедшее и лишь переводила взгляд то на часы в руке Нигила, то на свое запястье. Нигил аккуратно, только зашуршала цепочка-браслет, опустил часы на стойку и пояснил:

- Я хотел взять их на память о нашей встрече, но теперь передумал.

- Вы и правда фокусник! - Керол наконец-то пришла в себя, взяла часы и нервно, а поэтому не особенно ловко стала прилаживать их на руке. - С вами надо поосторожнее. Где только вы этому научились!

- На Фомальгауте, мисс Керол.