Аврам Дэвидсон - Рорк!

Рыжеволосый серьезно посмотрел на него, слегка откинул голову и с трудом выговорил:

— Ихо… адка. — Потом графически изобразил значение слова.

— Лихорадка? — внезапно сообразил Ран. — Токская лихорадка?

— Тохк… ихо… адка, — согласился рыжеволосый. Тан издал знакомые сожалеющие и утешающие звуки. Они ничего не могли сделать, да и никто не ожидал от них этого, поэтому с несколькими гротескными жестами и звуками они расстались.

Местность, по которой они теперь шли, представляла собой широкий луг с пожелтевшей травой, пробивающейся сквозь снег. Ран думал о том, что жизнь обитателей планеты сложилась бы совсем по-другому, если бы первопоселенцы завезли бы сюда хоть какой-нибудь скот. Но Внешний мир считал эту планету лишь источником краснокрылки, и поэтому так все кончилось. Он думал о том, что стоит ли то благо, которое приносит это растение всей галактике, того зла, что принесло оно обитателям планеты.

И потом внезапно вернулся к сегодняшним событиям. Итак, токская лихорадка распространена и здесь; может, ее занес кто-то из найденных роркам детей; и даже рорки восприимчивы к ней. Болезнь, которая поражает две разные расы, уникальна. Сейчас… сейчас, он уверен, он поймет эту важную мысль. Возможно, болезнь возникла у рорков и от них передалась токам. Он не знал, как она действует на рорков. Но зато хорошо знал ее действие на токов.

Кое-что еще пришло ему в голову, и он спросил об этом. Когда рипы размножаются.

— Не здесь, не в этой части страны, — сказал Тан. — Обычно нас предупреждают, когда они приходят и каким путем идут. И мы уходим… когда можем…

Что касается того, что рорки их ведут на людей, — никогда. Те, которых видели Ран и Харб перед волной рипов, просто убегали от нее. Обычно большие сами справляются с этими хищниками, но в циклические периоды, когда рипы невероятно размножаются, с ними не справляется никто.

Образование Рана Ломара продолжалось по мере того, как он с Таном и Норной продвигался на север. Можно было бы узнать и много больше и гораздо больше увидеть, если бы с ними не было Норны. Хотя ее страх перед чужими людьми немного ослаб, он никогда не исчезал полностью. Что касается рорков, то ее отношение к ним тоже изменилось: она не убегала с криком при виде рорка… если рорк был не очень близко… если рядом с ней был Ломар… если он не приближался к рорку. Но на большее она оказалась неспособной.

Не появилось в ней и любопытства по отношению к роркам; и это больше всего раздражало Ломара, но он понял, что иначе и быть не может.

Так они миновали Холлоу Рок, возвышавшийся в отдалении, и однажды, когда шли по узкой тропе между скалами и слушали тихий звук капающей воды — это было за несколько дней до того, как они увидели Ласт Ридж, — Норна сказала, глядя на него со смесью недоумения и удовольствия:

— Ранни. Ранни. Послушай… Снег тает.

— Да. Так всегда бывает в это время года… Разве не так?

Полуигриво, полураздраженно она слегка ударила его по плечу.

— Да, он обычно тает. Но это значит, что холодное время кончается, а мы уже на Севере, рядом со Станцией.

И мы еще живы!

6

Когда появился Ласт Ридж, Тан не пошел дальше. Он говорил им об этом раньше, но его исчезновение без предупреждения было таким неожиданным, что Ран долго звал и искал его, пока не понял, что тот ушел насовсем.

На Ласт Ридж поднимался дым. Шорти, прирученный ток, решил отправиться порыбачить в том самом пруду, где когда-то (казалось, это было миллион лет назад) купались Ран с Рэнго. С ним была его нынешняя жена и мальчик — ее сын, возможно, сын Шорти и, также возможно, ее брат. Семейные отношения прирученных токов так сложны, что могут поставить а тупик целую армию антропологов и генетиков. Костер же они разожгли, чтобы поджарить мясо.

С высоты Ласт Ридж Шорти заметил костер в глубине Роркленда. Он встревожился, так как в это время из-за лихорадки ни один охотничий отряд не отправлялся в Роркленд. Шорти не знал, что предвещает этот костер, и не пытался угадать. Он просто направился к Токитауну, сопровождаемый морганатической миссис Шорти. Мальчик остался поддерживать костер, жарить рыбу и поглощать ее с юношеским аппетитом.

Ласт Ридж растворился в сумерках, вновь появился на рассвете и постепенно становился все выше и выше, когда внимание Ломара что-то привлекло наверху. Он побежал на открытое место, таща за собой Норну и яростно размахивая, чтобы привлечь внимание скиммера с флажком командира Станции.

— Мальчик, вы устроили мне адскую зиму, — сказал Тан Карло Харб, улыбаясь всем своим большим лицом.

— Нам тоже было не очень приятно… — ответил Ломар. — Ох… и позвольте мне представить вам мисс Норну… — Он запнулся: он никак не мог вспомнить ее фамилию. — Она из лагеря и клана мистера Малларди, дочь Олд Гана. — Что-то заставило его добавить:

— Она моя… не дочь, черт побери, но…

Командир сказал:

— Понятно. Ну, что ж. Вам лучше подняться ко мне. Пока из кустов не выбрался кто-нибудь. Ну, давайте!

Они поднялись.

Под ними и за ними Роркленд тонул в постимпрессионистском тумане. Вновь сидя в скиммере, чувствуя знакомый запах горючего, резины и туалетной воды, видя знакомый мундир командира, Ран испытывал довольно странное состояние, будто все происшедшее с ним было сном. Вновь уши его слышали громкие, хриплые крики Флиндерса и его людей, щелканье рорков, чуждые интонации голоса Тана. Рядом с ним чистый, ухоженный, прекрасно одетый командира. Но с другой стороны — Норна, в том же все платье, в котором и была похищена.

— Я не хотел обидеть вас, — сказал Харб, отвернувшись. — Но боюсь, что вы слишком тесно общались с чем-то… гм… неприятным… и… ну…

Ломар засмеялся.

— Мы оба воняем? — спросил он. — Было бы чудом, если бы мы не воняли. Забавно, однако. На Старой Земле, целый час не употребляя горячей воды, я уже испытывал неудобство. И…

— В медицинском отсеке, — коротко сказал Харб, — найдется распылитель. Ничего не нужно делать. Только обрызгайтесь.

Обрызгаться. Ран соображал.

— …и я все время даже не подумал об этом. А как здесь… лихорадка?

Только теперь он ощутил острый, насыщенный запах, исходивший отовсюду.

Харб повернулся к нему.

— О, теперь уже лучше. Сами увидите. Но я еще не спрашивал вас. Одно слово. Где вы были? Не говорите, почему. Но… Если будете продолжать. Не нужно ничего говорить. Ну?

Ран перевел дыхание.

— Ну… — начал он. Рядом с ним, сжавшись в комок, сидела Норна. Она боялась даже взглянуть в окно.

— Здравый смысл говорит мне, что вы не могли прийти пешком с Юга. Через весь Роркленд. Невозможно. Но логика говорит мне о том, что у вас не было другого пути… И боюсь, что это правда… хотя и невозможно. Ну?