Дэвид Мэйсон - Череп колдуна

Оуэн не мог понять, искренен ли вежливо-утешительный тон Хургина, или он что-то за ним скрывает. Было похоже, что он заранее знает, что дальше они не пойдут... Почему?

- Поскольку вы - господин здешних мест... - начал Оуэн.

- О нет, - перебил его Хургин, - я только хозяин в этом доме, и нам не положено ничем владеть. Мы... что-то вроде монашеского ордена. - Он снова улыбнулся.

- Тогда могу я узнать, - Оуэн подался вперед, - почему, простите, пожалуйста, нам НЕЛЬЗЯ следовать дальше. Это запрещают ваши законы? Или мы можем вторгнуться в священные места?

Хургин покачал головой, и выражение его глаз стало печальным.

- Нет, нет. - Он снова оглядел их. - Странно. Вы не очень-то похожи на тех людей с запада, которых я видел. Обыкновенно те, кто добирается до этих мест, совсем другие... Я научился вашему языку от одного человека. Это был мудрый путешественник, и он пришел сюда не за тем, за чем все. Он хотел только рисовать карты. Он провел здесь много месяцев, а потом... потом мудрость покинула его, и он отправился дальше. - Хургин покачал головой. Да, все, кто приходят сюда, скоро умнеют и поворачивают назад. Вы первые за много лет.

- А за чем приходят все, господин? - заинтересовался Кайтай.

- Конечно же за золотом, - повернувшись к нему всем телом, удивленно ответил Хургин. - А вы разве не за этим? Вероятно, вы нашли где-нибудь старинную карту или полагаетесь на рассказы старых путешественников. Вы наслышаны о жиле неиссякаемого богатства на берегу Древнего моря, что лежит за этими землями, а может быть, о городе, где много пустых дворцов и палат, украшенных золотом. Я думаю, вас привело что-то в этом роде.

- Кое-кто упоминал о золоте, но только один раз, - сказал себе под нос Кайтай. И снова обратился к старцу: - Но у нас была иная причина проделать столь далекий путь, господин. Удивительная история, связанная с волшебником, который заставил нас сделать это... в уплату за свою помощь.

Оуэн предостерегающе взглянул на Кайтая. Почему-то он чувствовал, что надо побольше узнать прежде, чем можно будет все рассказать.

- Господин мой Хургин, - сказал он, - так что же - там, впереди, нет золота?

Хургин покачал головой.

- Мало, - ответил он. - Впрочем, может, найдется еще немного украшений в старом городе. Все, что можно было унести, вынесено еще в старые времена, когда это было гораздо легче. Тем не менее истории о богатстве не иссякают, и не удивительно, ведь там есть те, кто пользуется такими историями как наживкой для привлечения свежей крови.

- Крови? - задумчиво повторил Кайтай. И тут же эхом отозвалась Зельза:

- Крови?

- Я имел в виду то, что сказал, - мягко повторил Хургин. Теперь уже он пристально посмотрел на них. - Ну что ж, придется рассказать вам еще кое о чем. Но прежде знайте: если пойдете дальше - вы пойдете навстречу своей гибели. Мы не станем удерживать вас. Но мы убьем вас, если вы вернетесь обратно от... оттуда.

- Я понял, - сказал Оуэн. Должно быть, в тоне его голоса прозвучал вызов, так как Хургин поднял голову и, поглядев на топор, покачал головой:

- Нет, Оуэн из Маррдейла. Ты, конечно, храбрый и опытный воин, а мы мирное Братство. Но ты наверняка умрешь. Не проходит года, чтобы несколько человек не поднялись туда, с западной стороны гор, к большому перевалу, или не пытались бы пройти другими горными путями. Один, десять или сто... это не имеет значения, хотя, в их состоянии, они, как волки, не верят друг другу и не путешествуют иначе как вдвоем или втроем. Но даже они оказываются смертны... при определенных условиях. У наших наездников стрелы с серебряными наконечниками.

- Серебряные наконечники? - переспросил Оуэн, и тут внезапная догадка и страх стали проступать на лицах Кайтая и Зельзы.

- Серебряным можно убить врикола, - тихо сказала Зельза.

Пристально, внимательно Хургин посмотрел на Зельзу:

- Ты знаешь это слово? Тогда, наверное, вам известно и многое другое. Он оглядел остальных.

- Нам мало что известно, - примирительно заявил Оуэн. - Мы обычные путешественники. Конечно, нам, как и любому, приятно было бы найти богатство, но у нас иная задача, любезный господин, и поверьте, если бы это было в моих силах, я бы не задумываясь повернул обратно. Но мы должны идти вперед.

- Должны, - Хургин приподнял левую бровь, - что ж, тогда я расскажу вам все. Это долгая и жестокая история, но мне придется сократить ее, чтобы не слишком задержать вас на пути к вашей смерти.

Он откинулся на стуле и потер ладонью бороду.

- Мы, те, кто зовет себя Братством, - последние из священников, которые были призваны идти путями истины и служить нашей святой вере. Когда-то давно мы жили вместе с народом, который владел побережьем Древнего моря, лежащего к западу отсюда. Это был древний народ, мудрый, сильный и многочисленный. Они знали очень многое: среди них были и великие врачеватели болезней, и непревзойденные строители зданий, а некоторые даже знали язык моря и могли говорить с его обитателями. Делали они и многие другие, более поразительные вещи.

- Они овладели даже искусством задерживать приход смерти... на долгие годы, дольше, чем вы можете себе вообразить, - спокойно продолжал Хургин, потому что эти люди ужасно боялись умирать. Жизнь для них была весьма приятной, и тяжело было расставаться с нею. И все их знания не давали им ответа на вопрос, что же приходит после смерти.

Кайтай тонко улыбнулся:

- А я, всего лишь скромный искатель мудрости, знаю этот ответ.

- Ты уверен? - с улыбкой спросил Хургин. - Я знаю, о чем ты подумал, желтолицый. Множество жизней, снова и снова... Как-то сюда забрел один из твоего народа. Он был мудрее тебя. Он остался с нами. - Хургин развел руками.

- В любом случае, эти люди никогда не верили в то, чего не могли увидеть глазами. Они искали и нашли способ обойти смерть, и это стало их проклятием.

Он глубоко вздохнул и закрыл глаза.

- И вот что случилось. Это страшно слушать, а куда отвратительней рассказывать, однако это правда. Я уже сказал, что эти люди нашли способ обмануть смерть. Но открыт он был очень немногим. Это означало, что эти немногие, те, кто обладал властью, и их семьи, стали, как вы их назвали, вриколами. Их тела сохраняли в себе жизнь, большей частью находясь в состоянии сна и иногда по ночам обретая способность двигаться, как обычные люди. А их... двойники... новая, странная форма бытия... продолжали жить и купаться в негаснущем холодном огне радости существования в особой стране, где властвовала смерть среди жизни. Они стали как бы бессмертными, вне круга жизни и смерти.

- Это там холодный огонь, - вдруг сказал Оуэн, - где кажется, что светит солнце, а его нет. Где стоят деревья из камня и река из стекла...

Хургин замер и впился взглядом Оуэну в глаза.