Сергей Розвал - Лучи жизни

19. Миллиардер спасает науку

...Ловкача и хитреца перехитрили бы, а этот... Поступки простых и честных людей иногда так загадочны...

Е. Шварц. "Тень"

В самом деле, неожиданная осведомленность Чьюза путала игру. Теперь уже нельзя было действовать тайно, и Регуар, после некоторых размышлений, решил идти в открытую. С таким решением он и примчался в резиденцию Докпуллера. После беседы с Ферном он был принят шефом. Но поразить старика было трудно: полулежа в своем огромном кресле, молча выслушал он отчет советника и, не открывая глаз, произнес единственное, но магическое слово:

- Купить!

- "Лучи жизни"? - спросил советник.

Докпуллер открыл глаза.

- Все... и будущее... и его самого...

Докпуллер закрыл глаза. Аудиенция кончилась. Ферн и Регуар на цыпочках вышли.

Во исполнение предначертаний Докпуллера у Чьюза вскоре появился Регуар. Чьюзу очень не хотелось отрываться от своих работ, но нельзя было отказать в приеме представителю Докпуллера. Пока он еще президент, надо с ним считаться. Кроме того, может быть, они все-таки надумали созвать лигу?

Чьюзу очень хотелось спросить об этом, но он ждал, чтобы Регуар объяснил ему цель своего визита. Теперь-то он уже достаточно хорошо знал, что Докпуллер его враг. И в самом деле, Чьюз и Регуар напоминали боксеров перед началом схватки, когда те как бы танцуют друг перед другом, разведывая слабые места в обороне противника...

Регуар справился о здоровье профессора Чьюза... Чьюз поблагодарил и справился о здоровье господина Докпуллера. Регуар поблагодарил и сообщил, что господин Докпуллер поправляется. Чьюз, сказал, что рад вдвойне: и выздоровлению господина Докпуллера и тому, что, следовательно, вскоре будет созвано организационное собрание "Лиги спасения". Ему сообщили, что только болезнь президента заставляет медлить с этим - не правда ли?

Итак, первый ощутительный удар нанес Чьюз. Регуар вызов принял.

- Я к вам как раз по поручению господина Докпуллера относительно лиги, спокойно сказал он. - Я думаю, мы можем говорить откровенно. Видите ли, в последнее время у господина Докпуллера появились сомнения в целесообразности существования лиги. Характер их в общем совпадает с тем, о чем в свое время говорил вам профессор Ферн. Не думаю, чтобы мне нужно было повторять, - вы, конечно, помните, в чем дело. Прежде чем ставить вопрос в правлении лиги, господин Докпуллер решил в частном порядке посоветоваться с некоторыми членами правления...

- Кроме меня, - перебил Чьюз.

- Совершенно верно, профессор, - не моргнув глазом, подтвердил Регуар. Мы считали, что не следует вас беспокоить, предварительно не обменявшись мнениями с промышленниками. Они могли нас не поддержать, тогда вопрос отпал бы сам собой. Зачем же было волновать вас понапрасну? Тем более, что ваше мнение в общем известно... Мы умеем ценить нервы и время ученого.

- Благодарю вас, - иронически поклонился Чьюз. - Господа промышленники, конечно, согласились с мнением господина Докпуллера?

- Совершенно верно, - все так же невозмутимо подтвердил Регуар. - И теперь после нашего частного совещания необходимо вынести вопрос на официальное собрание всех членов правления.

- Как вы сказали? - не выдержав, засмеялся Чьюз. - Частное совещание? Право, почти остроумно! - Чьюз смеялся все веселее. - Не кажется ли вам все же, профессор, что запоздалое остроумие, как поблекшая красавица, уже не может пленять? Или, может быть, вам неизвестно, что я довольно хорошо осведомлен о разговорах на том совещании, которое вам угодно называть "частным"?

- Известно, - спокойно сказал Регуар. - Это не меняет дела. Теперь мы должны созвать правление. Вы понимаете, профессор, что решение предопределено. Однако господин Докпуллер, любовь которого к науке и к ее представителям широко известна, был бы огорчен, если бы пришлось довести до этого. Господин Докпуллер надеется, что мы договоримся с вами полюбовно. Взаимопонимание между наукой и капиталом является важнейшим фактором...

- О, - довольно невежливо перебил Чьюз, - вы, кажется, предлагаете мне роман с господином Докпуллером! Боюсь услышать то, что мне уже предлагали другие.

- То, что может предложить господин Докпуллер, никто другой не может! торжественно сказал Регуар.

- Что ж предлагает господин Докпуллер? - иронически прищурившись, спросил Чьюз.

- Господин Докпуллер предлагает неограниченное покровительство всей вашей научной работе.

- Вот как! - вырвалось у Чьюза.

- Да, неограниченное покровительство, - строго повторил Регуар. - В ваше распоряжение будут предоставлены финансовые средства, какие вы только найдете нужными, - лаборатории, институты, научные сотрудники - словом, решительно все. Господин Докпуллер учреждает специально для вас звание: "Главный Ученый Докпуллера". Размеры личного вознаграждения вы определите сами.

- То есть я буду на службе у господина Докпуллера? - подчеркнул Чьюз.

- Вам, кажется, не нравится это слово? - любезно осведомился Регуар.

- Дело не в словах, - буркнул Чьюз.

- Вот именно, - подхватил Регуар. - Трудно себе представить более независимое положение, чем то, какое вы будете иметь на этой так называемой службе.

- И за все это господин Докпуллер вновь потребует у меня, чтобы бессмертным было не только его имя, но и он сам? - насмешливо спросил Чьюз.

- Ничего подобного, профессор! Вы сами определяете проблемы и направление своих работ.

- А мои изобретения?

- Ну, само собой, изобретения поступают в распоряжение того, кто финансирует вашу работу.

- Другими словами, господин Докпуллер забирает все мои настоящие и будущие изобретения?

- Не бесплатно, профессор, не бесплатно! - поспешно сказал Регуар. Заметьте, они должны были бы сами собой переходить к нему, как к лицу финансирующему. Но господин Докпуллер готов каждое изобретение покупать отдельно. Весь вопрос только в том, что оно не может быть продано никому другому. В конце концов, вам ведь все равно, кому продать, а больше господина Докпуллера никто дать и не может.

- О да, решительно все равно, - насмешливо согласился Чьюз. - Мне только не нравится, что, например, "лучи жизни" попадут к господину Докпуллеру, да так с ним и умрут.

- Что ж, профессор, к сожалению, есть и опасные изобретения. Сами ученые подчас не способны этого понять. Они похожи на ребенка, играющего заряженной бомбой. Наука вступила в очень опасную стадию, требующую контроля компетентных людей. Вам, профессор, повезло в том отношении, что вас будет контролировать такой великий организатор, как господин Докпуллер.

- А если я откажусь от контроля даже со стороны столь великого организатора?

- Вы не сделаете этого, профессор! - как бы заклиная, воскликнул Регуар.