Игорь Забелин - Пояс жизни

И теперь за этими юношескими мечтами скрывалось нечто несоизмеримо большее, чем просто честолюбие, - скрывалось желание много сделать в жизни.

Любовь к Светлане, раздвинув для Виктора границы мира, кое в чем сузила их. Он перестал встречаться с прежними приятелями, редко бывал в кино, в театре. Все это было бы интересно вместе со Светланой, а без нее...

Без нее Виктор учился. Уходя на миллиардолетия назад, к началу геологической истории Земли, или уносясь на миллиарды парсеков в глубь космоса, он мысленно приближался к Светлане, и ему всегда казалось, что она в это время занимается тем же, читает те же книги, думает над теми же проблемами. Так было в первые недели, но процесс познания все более и более увлекал Виктора, и в конце концов он понял, что действительно в мире нет большей радости, чем радость открытий. И пусть пока он открывал известные другим факты - эти маленькие открытия, открытия _для себя_, со временем обещали перерасти в открытия подлинные, в открытия _для всех_. Он ни к кому не обращался за помощью. Ему доставляло удовольствие самому докапываться до сути сложных проблем. Это было на редкость увлекательно: одно маленькое звено цеплялось за другое, Виктор ощупью брел вдоль длинной цепи, пока после немалых плутаний не добирался до ее конца; тогда все становилось ясным, и он неизменно испытывал чувство глубокого удовлетворения... И каждая новая крупица знаний была для него новой победой, очередным самостоятельным шагом вперед.

Экспедиционные впечатления не тускнели в памяти Виктора. Мысленно он часто возвращался к ним, думал, стремился во всем разобраться. Теперь, когда экспедиция была в прошлом, ему порою казалось, что все происходившее с ним, вплоть до назначения его начальником отряда, не было случайным, что кто-то умышленно ставил его в самые неожиданные положения. Виктор уже знал, что Травин работает в Институте астрогеографии, и догадывался, что не без умысла был назначен начальником экспедиции. Но если так - значит Батыгин испытывал, проверял и Виктора и его товарищей. Виктор вновь и вновь перебирал в памяти события летних месяцев, чтобы понять, выдержал он испытание или нет. Но окончательный ответ на этот вопрос мог дать только Батыгин, а Батыгин молчал. Сначала это беспокоило Виктора, а потом к нему пришла уверенность, что нет такой силы в мире, которая могла бы помешать ему стать астрогеографом. В институте ли Батыгина, или еще где-нибудь - он все равно будет заниматься астрогеографией, посвятит свою жизнь этой науке... Он преодолеет любые трудности, и ничто не заставит его отказаться от астрогеографии!

Однажды Виктор прибежал домой возбужденный, счастливый.

- В институте Батыгина создан семинар для молодых астрогеографов! - с порога крикнул он отцу. - И меня пригласили туда! Значит, я выдержал испытание!

- Какое еще испытание? - спросил опешивший от неожиданности Андрей Тимофеевич.

Но Виктор, не отвечая, забежал к себе в комнату и тотчас снова ушел из дому.

В Институте астрогеографии Виктор встретился со всеми своими товарищами по экспедиции. Пришли и Костик Курбатов, и Свирилин, и Крестовин с Надей, пришла и Светлана.

Светлана сама подозвала Виктора.

- Садись, если хочешь, здесь, - предложила она.

Виктор сел. Они обменялись несколькими незначительными фразами и беспомощно умолкли. "Я же столько хотел сказать ей! - думал Виктор. - И скажу! Обязательно скажу!"

В аудиторию вошел Батыгин. В маленькой круглой комнате, уже заполненной молодежью, он казался особенно массивным, могучим. Следом за ним появился астрогеолог Безликов - широкоплечий, почти квадратный, с большим желтым портфелем, набитым книгами. Безликов скромно остановился у дверей, но Батыгин жестом пригласил его на середину аудитории, к столу.

- Близятся события, которым суждено сыграть огромную роль в истории всех наук, начинающихся со слова "астро", - сказал Батыгин. - Мы решили создать в институте теоретический семинар для молодежи, чтобы ускорить ваше обучение, передать вам свои знания и, главное, научить вас самостоятельно работать, самостоятельно мыслить. Руководить семинаром будет товарищ Безликов - вы все с ним знакомы. У нас в институте он занимается астрогеологическими проблемами, но в то же время мало кто может поспорить с ним знаниями по астрогеографии, астроботанике, планетологии... Вскоре вы сами убедитесь, что товарищ Безликов - неисчерпаемый кладезь знаний...

При этих словах Безликов приподнял и опустил свой портфель, смущенно двинувшись на стуле, но похвала Батыгина пришлась ему по сердцу.

- Для начала я сделаю краткий общий обзор, - продолжал Батыгин, - а в дальнейшем вы будете, советуясь с товарищем Безликовым, самостоятельно разрабатывать темы, готовить доклады... Приближается великое противостояние Марса, и к этому событию все мы должны тщательно подготовиться.

Батыгин сделал небольшую паузу и продолжал:

- В общих чертах вы, конечно, представляете себе, как развивалась биогеносфера Земли: состав и строение ее все время усложнялись за счет возникновения новых компонентов - воды, почвы, растительности, возрастала ее автономность, обособленность от иных частей планеты, усложнялись взаимосвязи между компонентами; биогеносфера становилась все более целостным природным образованием, в котором одна часть влияла на все другие части и наоборот.

Например, растительность - она не только создала почву, но и по-своему изменила состав воздуха. Вы знаете, что растения поглощают из атмосферы углекислый газ и выделяют в атмосферу кислород. Когда-то на Земле было гораздо больше углекислого газа, чем сейчас, и значительно меньше кислорода. По сути дела весь атмосферный кислород создан растительностью. Жизнь как бы сама себе обеспечила возможность существовать и развиваться. Значит, если на какой-нибудь планете жизнь находится в таком же расцвете, как на Земле, то атмосфера этой планеты должна содержать много кислорода и мало углекислого газа... Можно привести и другие примеры, но все это должно стать темой ваших самостоятельных изысканий.

Я же хочу подчеркнуть главное. Биогеносфера - это очень тонкий слой на поверхности Земли. Ученые включают в нее тропосферу, часть земной коры до глубины в пять километров и океаны. Экваториальный радиус Земли превышает 6378 километров, а средняя мощность биогеносферы по вертикали всего 15-16 километров... Но в этом тонком слое материя проделала сложнейшую из всех известных нам эволюции - породила жизнь, человека; здесь, если выражаться образно, солнечным лучам удалось высечь из камней жизнь! И сейчас биогеносфера - это дом, который все человечество никогда не сможет покинуть. Голубые стены этого дома защищают нас от смертоносной космической и коротковолновой радиации, идущей из мирового пространства, и, наконец, биогеносфера снабжает нас всем необходимым для жизни, для производства.