Стивен Харпер - Черная тень

Балкон, один для всех комнат на этаже, тянулся во всю его длину, и здесь уже собрались несколько человек. Мальчик с облегчением заметил среди них Джерена, Кайта и Уиллу. Кайт увидел его и помахал рукой.

— Что-плох-сплось-ночью? — спросил он.

Кенди слегка задумался, стараясь распутать этот клубок из слов.

— Нет. Просто хочу все здесь обследовать. Весь монастырь стоит на деревьях, верно?

Джерен сплюнул вниз и проследил взглядом за траекторией плевка.

— Далековато лететь, если сорвешься. Сколько времени пройдет, как думаешь, пока тебя размажет по земле?

— Не надо, — попросила Уилла, зябко передернув плечами. — Как ты вообще можешь смотреть вниз?

Джерен усмехнулся и вспрыгнул на балконные перила высотой примерно до пояса. Он ловко, словно кошка на карнизе, балансировал на узкой планке. Уилла пронзительно взвизгнула и закрыла лицо руками. Кайт тоже явно встревожился. Кенди судорожно сглотнул.

— Джерен, — начал он, — может быть, не стоит…

— Эй, да все очень просто, — засмеялся Джерен. Он небрежно прошелся по перилам взад и вперед, потом остановился и посмотрел вниз. Землю скрывала белая пелена тумана.

— Не-кажсяли-тебе…

— О-о-ох! — Джерен судорожно замахал руками. Уилла, которая подглядывала за происходящим в щелку между пальцами, отчаянно вскрикнула. Кенди бросился было к Джерену, но тот сумел удержать равновесие и опять твердо стоял на ногах, по-прежнему усмехаясь во весь рот.

— Что, напугал? — воскликнул он. Кенди метнул на него недовольный взгляд и едва сдержался, чтобы не ткнуть юношу в бок.

— Парень, за такое поведение полагаются штрафные очки, — раздался чей-то незнакомый голос.

Все как по команде обернулись. К ним приближалась девушка с черными вьющимися волосами и изумрудно-зелеными глазами на кукольном, слегка заостренном личике. Ее движения, быстрые и стремительные, вызывали в памяти полет колибри. На вид ей можно было дать около двадцати пяти лет.

— Привет, сестренка, — сказал Джерен. — У меня что, проблемы?

— Я еще не сестра, братишка, — ответила девушка. — Я студентка второго курса, и меня назначили вашим куратором. Меня зовут Дорна Селайн. Спускайся вниз, пока тебе не задали трепку.

Резко взмахнув руками, юноша спрыгнул на балкон. Уилла наконец отняла руки от лица.

— Если есть желание полетать, Джерен, смотри вон сюда.

Девушка показала им два каната с узлами на концах. Совершенно очевидно, что эти канаты были предназначены для того, чтобы раскачиваться на них, но Кенди с сомнением подумал, что мало найдется таких смельчаков или, лучше сказать, дураков, кто на это решится. Как будто читая его мысли, Дорна добавила:

— Там внизу есть страховочная сетка, так что не упадешь. Ее просто не видно из-за тумана, понял?

— Откда-ты-знашь-какнс-звут? — спросил Кайт.

— Матушка Ара рассказала мне, какие вы из себя, — ответила Дорна. — Ты ведь Кайт, верно? Ты — Уилла, а ты — Кенди. Добро пожаловать в орден Детей Ирфан. Вы, наверное, уже проголодались?

Никто не стал с этим спорить, и Дорна повела их завтракать. Они прошли по балкону, потом спустились по ступенькам, миновали еще один подвесной переход и оказались у главного входа в общежитие. Кенди восхищенно огляделся. Огромное здание с деревянными стенами поднималось вверх на пять этажей. Основная опора приходилась на ствол дерева, расположенный прямо по центру здания, его поддерживали также несколько мощных ветвей. Все утопало в зелени, покрытой свежей утренней росой. Балконы на этажах соединялись друг с другом ступеньками, веревочными лестницами и даже шестами, по которым можно было съехать вниз. Из многих окон свисали канаты. Центральные двери выходили на большую площадку, сходную по размерам с футбольным полем. Кенди подошел к ее краю и заглянул вниз. Раскинувшийся внизу лес окутывала пелена белого тумана. Мальчик подумал о том, как все вокруг прекрасно и как великолепно он здесь себя чувствует, нигде, даже дома, в Сиднее, ему не было так хорошо. Маме бы тоже здесь понравилось, и Кенди всей душой пожелал, чтобы когда-нибудь вся его семья смогла бы собраться здесь.

«Такой день наступит, я сделаю все для этого», — пообещал он себе.

Дорна провела их через главный вход, махнув на ходу рукой заспанному дежурному у стойки посреди высокого фойе, и вскоре вся компания оказалась в столовой. Вдоль одной из стен тянулась стойка буфета, а по всему залу были расставлены длинные столы.

— Перекусить можно когда угодно, хоть ночью, — объяснила Дорна, — но горячие блюда подают в определенное время. Кормят у нас совсем неплохо, скоро сами убедитесь. Мы пришли слишком рано, так что горячего завтрака пока нет, но я знаю, что бывшие рабы привыкли к ранним подъемам, поэтому решила, что не стоит терять времени.

«Бывшие рабы, — подумал Кенди. — Я — бывший раб».

После завтрака, который состоял из овсяного пудинга, сока и булочек, Дорна снова вывела всю компанию на улицу, чтобы провести с ними экскурсию по монастырю.

— Сначала можно запутаться, — сказала она. — Многие так просто начинают плутать.

И действительно, не прошло и нескольких минут, как Кенди понял, что окончательно утратил представление о том, где находится. Монастырь — как, впрочем, и все остальные здания города — располагался на ветвях гигантских деревьев, и поэтому было невозможно возводить сооружения в строгом порядке привычных улиц. На разных уровнях во всех направлениях разбегались подвесные переходы и деревянные лестницы, окруженные страховочной сеткой, обвитой плющом. Дома были разными по размеру — от совсем крошечных гнездышек до многоэтажных зданий, таких как студенческое общежитие, — но материалом для всех них служила древесина. Они увидели и жилые дома, и учебные помещения для работы и исследований, а также офисы. Дорна показала, где новые ученики будут заниматься, и мальчику очень захотелось раздобыть где-нибудь путеводитель, который сможет помочь ему самостоятельно ориентироваться в этом зеленом лабиринте.

Шли медленно, разговаривая, обмениваясь впечатлениями и останавливаясь, чтобы внимательнее взглянуть на что-нибудь интересное. Дорна их не торопила, давая возможность вдоволь насмотреться на все, что привлекало внимание. Солнце, которое к тому времени уже довольно высоко поднялось над горизонтом, разогнало почти весь туман внизу. Кенди быстро привык не обращать внимания на головокружительные пропасти, открывавшиеся внизу на каждом шагу. Воздух был свежим и чистым, среди листвы порхали, распевая свои утренние песни, птицы, сновали маленькие юркие ящерицы. Время бежало, и вокруг начали появляться люди. Они передвигались пешком по подвесным тротуарам, проплывали мимо в металлических гондолах. На многих, хотя и не на всех, были свободные одеяния коричневого цвета, а шею украшал гладкий золотой медальон, что свидетельствовало о принадлежности человека к ордену Детей Ирфан.