Эрик Рассел - Часовые вселенной

— Да не скажи! — не согласился Рейвен. — Все эти приспособления рассчитаны на таких же, как они, людей или мутантов. Торстерну и его шайке пришлось бы попотеть, если бы они захотели решить эту головоломку.

— Наверное, ты прав. Эти ворота почти непреодолимы по меркам этого мира. — Чарлз внимательно осмотрел тяжелую дверь, продолжив осмотр скалы, в которой она была прорублена. — Ты видишь то же, что и я?

— Да. Дверной проем пересекает почти невидимый луч света. Открыв дверь и хотя бы на время прервав этот луч, мы приведем в действие целую систему звонков тревоги.

— Да, все это нас задержит… — пробормотал Чарлз, досадуя на все эти штучки, из-за которых они потеряют время. — Похоже, все это сделано преднамеренно. Именно в этих обстоятельствах наш человеческий маскарад ставит нас в невыгодное положение. Без этой маски мы бы уже преодолели все препятствия.

— То же самое можно было сказать и несколько минут назад. Но ты не забывай, что мы имеем дело с людьми, следовательно, должны вести себя соответствующим образом. — Рейвен дружелюбно посмотрел на Чарлза. — В конце концов, мы ведь мужчины, не так ли?

— Нет… некоторые из нас — женщины.

— Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать, толстяк. Мы — мужчины и женщины.

— Да, конечно. Но иногда… — Голос Чарлза сделался тише, лицо задергалось, и он закончил: — Мне постоянно не дает покоя одна мысль.

— Какая?

— Сколько существует лошадей, которые на самом деле являются лошадьми? Сколько собак действительно являются собаками?

— Хорошо. Давай договоримся: об этом мы будем думать после того, как решим более важные и срочные проблемы. Этим вопросом мы сможем заняться в течение последующих тысячелетий. — И сделав жест в направлении двери, продолжил: — А сейчас мы должны обезвредить эту маленькую ловушку. Луч должен отключаться, если кто-нибудь открывает дверь изнутри. Мы должны установить, как проложены провода к выключателю. Это займет определенное время, так как прибор может находиться очень далеко, внутри дома…

— Давай занимайся с проводами, а я позабочусь о двери, — ответил Чарлз. — Для каждого — свое дело.

Сказав это, сразу же начал свою часть работы. Но ни один из них даже не пошевелился. Неподвижные, они стояли бок о бок, погруженные в выполнение своих задач.

Через полминуты Рейвен прекратил концентрацию мыслительной энергии и сказал:

— Провода тянутся вдоль коридора, затем поворачивают направо и через переход попадают в маленькую прихожую, где и заканчиваются. Выключатель громко щелкнул при срабатывании, но, к счастью, в комнате никого нет.

Протянув руку к двери, он ее толкнул. Она тяжело, но бесшумно открылась внутрь. Дэвид и Чарлз вошли, закрыли за собой дверь и пошли по узкому коридору, освещенному встроенными в потолок лампами. Они шли с непринужденностью хозяина, купившего замок на прошлой неделе и желающего заняться его меблировкой.

— Все это дает нам некоторое представление о психологии Торстерна, — заметил Рейвен. — Замки, засовы, невидимые лучи — все это может быть обнаружено любым мутантом с экстрасенсорным восприятием первого класса, хотя он и не сможет их нейтрализовать. С другой стороны, любой телекинетик спокойно может ими манипулировать, если ему удастся их обнаружить. Таким образом, это местечко абсолютно уязвимо для мутанта, обладающего различными способностями, например телекинетика с экстрасенсорным восприятием. Торстерн исходит из того, что подобного существа нет в природе, даже ничего похожего на него. Бедняжка, представляю его состояние, когда он узнает, что ошибался.

— Что касается человеческих существ, то тут он не ошибается.

— Пока не ошибается. Пока. Но может наступить день, когда он сможет так думать. Тот тип Галлер считался «пиротехником», и не более. Но когда я вошел с ним в контакт, у него уже было ощущение того, что произошло. Он был мутантом, который, кроме своего таланта, отчасти обладал и другим.

— Он был вырожденцем, — сказал Чарлз.

— Да, ты можешь его так называть. Но в этом случае наш друг Торстерн станет совсем нелюбезным, если столкнется лицом к лицу с такими двумя сверхвырожденцами, как мы. Будучи нормальным, хотя и достаточно умным, человеком, он испытывает скорее скрытую боязнь по отношению к мутантам, чем открытую зависть.

— Это является помехой ввиду того, что мы хотим убедить его быть разумным человеком.

— Не сыпь соль на рану, Чарлз. Будет очень непросто внушить здравые мысли человеку могущественному и суровому, но охваченному страхом. Задача становится тем более сложной, если учесть, что мы не можем ему рассказать, почему его предположения ошибочны, а страхи беспочвенны.

— Ты уже задумывался над тем, какова была бы реакция этого мира, если бы мы имели право рассказать о некоторых важных вещах? — спросил Чарлз.

— Да, и не раз. Но что толку об этом разглагольствовать? Однажды денебы появятся в этом уголке Вселенной. И чем меньше люди будут знать, тем лучше.

— Миллион против одного, что они появятся здесь, чтобы получить что хотят. Обрати внимание на то, что произошло на Таличаре и Лумине, в группе Буже. Они разработали все, отнеслись к существующим там формам жизни довольно мягко и опять отправились на поиски. Поиски, поиски, постоянные поиски по принципу: пойди туда — не знаю куда, найди то — не знаю что. Они бы с ума сошли, если бы знали, что уже сотни раз держали в руках то, что искали, но не смогли познать это. Денебы — это гении, которым не хватает элементарной способности к двум прибавить два и получить четыре.

— При некоторых обстоятельствах сложение может стать серьезной математической проблемой… — заметил Рейвен. — Иногда мне жаль денебов. Если бы я был на их месте, я бы иногда блуждал без определенной цели…

Он не закончил фразу, так как коридор закончился и они вошли в переход, в котором увидели несколько идущих им навстречу людей.

Прежде чем кто-нибудь из них успел опомниться, Рейвен с обезоруживающей доброжелательностью внятно сказал:

— Извините! Вы не можете нам подсказать, как пройти в покои мистера Торстерна?

— Первый коридор налево, вторая дверь слева, — властным голосом ответил высокий и жирный человек, по-видимому шеф группы.

— Большое спасибо.

Они отстранились немного, чтобы дать пройти Рейвену и Чарлзу. Внешце охранники выглядели бесстрастно, но их мозговая деятельность стала очень оживленной.

«Любого посетителя Торстерна от двери и до его кабинета всегда сопровождает охранник. Какого черта эти двое разгуливают одни?»

«Тут что-то не так! — размышлял второй. — Так не бывает, чтобы посетители разгуливали как им вздумается. Я что-то не припомню такого случая!»