Кэролайн Черри - Гордость Шанур

Пианфар закашлялась. Члены ее маленького экипажа замерли на месте и лишь смотрели на Тулли потемневшими от ужаса глазами.

— Вернувшись, кифы обнаружили, что мой друг мертв, — продолжал Тулли. — Они рассвирепели, нанесли мне великое множество # и поволокли на другой звездолет, наружу… там-то я и сумел вырвагься. Я мчался, пока не уткнулся в ваш корабль. — Чужак глубоко вздохнул и вдруг взглянул на Пианфар с усталой улыбкой: — А в твоем переводчике нет неверных слов.

— Эти садисты просто жить не могут без крови, — прорычала Хэрел.

— Тулли, — тихо сказала Пианфар, — я понимаю, почему ты так настораживаешься, когда мы задаем тебе вопросы о твоем родном мире. Но после того как кифы захватили ваш корабль, твои попытки скрыть эту информацию потеряли всякий смысл — ведь серые уже вычислили, что неподалеку от них находится еще неизвестная Соглашению зона космоса с условиями жизни, пригодными для разумных существ… Я понятия не имею, кто ты, но зато мне абсолютно ясно, что нужно от тебя кифам. И тебе это тоже ясно. Вот причина, по которой ты не хочешь говорить даже с нами.

Тулли долго молчал, потом медленно произнес:

— Мой род называется «люди».

— Люди…

— Да, кифы спрашивали меня об этом, но я их обманул.

— Ты сказал, что на твоем корабле не было оружия. Вы вообще им не пользуетесь?

Тишина.

— Разве вы не допускали мысли о возможной опасности?

— Наш корабль случайно попал в чужую зону. Там передатчик зафиксировал голоса…

— Кифские?

Чужак потряс головой, что, как уже заключила для себя Пианфар, выражало решительное отрицание.

— Я слышал… — он кивнул в сторону динамика, — их.

— Так это же кненны. Чужак указал на свое ухо.

— Повтори. Я не понял.

— Кненны. Ну, существа такие. Они дышат метаном. Вероятно, в тот момент вы пролетали через их зону… Ты сообщаешь все худшие и худшие новости, дружок, ведь область обитания кненнов расположена между кифами и стишо.

— Капитан, — вмешалась Герен, — я уверена, что эти стишо точно имеют ко всему этому какое-то отношение. В конце концов, почему, прибывая на Центральную, кифы чувствуют себя там как дома? Не потому ли, что хозяева заранее предоставили им полную свободу действий?

Пианфар вспомнила чиновника с Центральной: добренькая безучастная улыбка и мутные глаза, бегающие под кокетливо изогнутыми бровями… Пот выступил у нее на спине.

— Да уж, эти не станут замечать вещей, которые могут обернуться для них хотя бы малейшей неприятностью. Провалиться бы им вместе с кифами… Ладно, доедайте свой ужин.

Тулли послушно застучал вилкой. Пианфар также положила себе в рот кусочек остававшегося на ее тарелке бифштекса.

Кненны, кифы, стишо… Боги, этот представитель так называемых людей угодил в самое пекло. Правда, стишо никогда не отличались злобностью характера — просто они стремились обеспечить себе сохранение нейтралитета, однако хейни всегда настораживала их готовность заплатить за него любую цену. А тут еще кифы — непревзойденные шантажисты и провокаторы…

Пианфар допила свой джифи и снова наполнила бокал до краев.

— Я собираюсь дать Тулли маленькое задание, — сказала она. — Работать наравне со всеми он пока не может — это ясно, и все же кое-что он в состоянии сделать. — Тулли вскинул голову. — Эй, племянница, — продолжала Пианфар, — поздравь себя: отныне ты не являешься младшим членом экипажа — по крайней мере в этом полете.

Хилфи изумленно захлопала ресницами.

— Ты принимаешь Тулли в команду?

— Да, как вольнонаемного, — ответила Пианфар, наморщив нос. — Он будет выполнять часть твоих обязанностей.

— Тетя, я…

— У меня что — нарушена дикция? Ты хоть понимаешь, в какую историю мы вляпались и что поставлено на кон?

— Не очень. Но я пытаюсь.

— Кифы! — сплюнула Пианфар. — Если бы только можно было узнать их планы!

— Однажды…—заговорила Хэрел и тут же замолчала, вздрогнув: кненны возобновили свое пение. — Нет, ну почему бы им не сдохнуть…

— Это где-то рядом, — заметила Пианфар.

И действительно: на сей раз звук, доносившийся из приемника, отличался удивительной громкостью и чистотой. Пение длилось где-то с минуту, а затем начало медленно угасать.

— Они подошли слишком близко, — пробормотала Хэрел. — Капитан…

Пианфар поднялась на ноги — она уже устала сидеть за столом и изображать, что совершенно спокойна.

— Капитан Щанур, — позвал вдруг ее динамик на ломаном хейнийеком. — Вы можете не подтверждать получение нашего послания. Просто слушайте…

Пианфар посмотрела на передатчик, чувствуя, как шерсть встает дыбом у нее на загривке. Остальные, казалось, примерзли к своим местам.

— Сделка, которую мы обсуждали с вами на Центральной, отменяется. Теперь я предлагаю вам новую, более, соответствующую сложившейся ситуации, а именно: свободный вылет из системы для вас и для корабля семьи Фаха — сейчас он прячется на причале станции. Все, что от вас требуется, это вернуть нам предмет, не .имеющий лично к вам никакого отношения, — тот самый, что вы забыли скинуть за борт вместе с основной частью своего груза… Воришка! Впрочем, у вас еще есть возможность одуматься. На всякий случай напоминаем вам, что мы являемся законными владельцами вашего последнего приобретения и что нам известно ваше имя, равно как и имена всех ваших союзников. Вы нанесли нам большой ущерб — так исправьте содеянное и не губите жизни своих друзей. Наша собственность в обмен на «Гордость» и «Звездного Гонщика» — вот ваш последний шанс. Полагаю, вы уже убедились, что я никогда не угрожаю впустую, и сумеете подсчитать, стоит ли один ваш гость стольких хейнийских жизней. Или вы намереваетесь, бросив своих соотечественников на произвол судьбы, удариться в очередное бегство? Подумайте, вы же не сможете скрываться вечно. Это лишь усугубит ваше и без того нелегкое положение. Сдавайтесь, капитан. Отдайте украденное.

— Акуккак, — проговорила Пианфар тихим голосом после того, как передача прекратилась. — Вот так…

— Тетя, — еле выдавила из себя Хилфн, — прежде всего они возьмутся за «Звездного Гонщика»?

— Вне всякого сомнения.

Сообщение тем временем начало повторяться.

— Проклятье!

Шур подскочила к динамику и убавила громкость. Остальные также поднялись из-за стола — в том числе и вспотевший от волнения Тулли.

— Готовьтесь к прыжку. Мы улетаем.

Хилфи встала последней, и в ее глазах, обращенных к Пианфар, застыла немая мольба. Герен потянула Чужака к выходу, но он отчаянно рванулся в сторону капитана:

— Спать!