Марина Казанцева - Планета Скарсида

Обычно такой корабль выдерживал два перелёта, а потом древесина давала трещины, и судно приходилось списывать в утиль — его могучее тело закапывали в землю, и она ей одной известным способом разлагала крепчайшую древесину.

— Как счастлив я видеть исполнения пророчества. — вещал старик, едва поспевая за людьми. — Была предсказана великая битва перед окончанием войны, и я вижу, что всё исполняется. Это поистине грандиозно.

— О, то ли ещё будет! — говорил Моррис, поглядывая то на небо, то куда-то в горы. — Давайте-ка, господа, спрячемся под кораблём. Что-то мне кажется, что дождь пойдёт.

— Что? Дождь? — испугался Культяпкин. — Я не хочу промокнуть, боюсь ревматизма!

Моррис прихватил его поперёк худенького тела и затащил под массивное тело корабля, откуда через иллюминаторы слышались болезненные стоны обожравшихся квази-котов.

— Что, что это? — залепетал старичок, показывая культяпой лапой на склон горы.

— А это как раз то, чего я ждал. — пробормотал Моррис. — Они знали, что яйца полопаются, и что коты по жадности умнут их. И теперь идут, чтобы начать сражение, в котором точно выиграли бы, если бы не…

— Что? — остро поинтересовалась Инга.

— Если бы не точный расчёт. — твёрдо ответил Моррис.

Трое смотрели из укрытия под днищем корабля как по склону горы шли рядами собакоиды.

Они шли на задних лапах, словно на параде, и несли в передних лапах длинные ножи и короткие копья. Одеты они были в очень необычные доспехи.

С очень древних времён собакоиды научились выращивать необычное животное, называемое крокодалсом. Этот зверь был явно рептилией и очень похож на настоящего крокодила. Когда животное достигало нужного роста, его убивали, снимали шкуру и выделывали известным собакоидам способом. Получалась целиковая шкура, покрытая сплошь костяными пластинами необычайной крепости. Как собакоиды не могли пробить кораблей квази, так и коты не могли ничего поделать с защитой врагов. Самое приемлемое было поймать собакоида в его скафандре, замотать в сети и держать до тех пор, пока тот не сдастся по причине крайнего голода и жажды. Скверно было то, что у этих негодяев внутри имелся неплохой запасец пищи и воды, так что прежде, чем удавалось выковырять собакоида из его скафандра, приходило время улетать обратно на Скарсиду. Зато уж, попадись враг квази на его планете, ему не сдобровать — его будут морить до тех пор, пока он не сдастся.

— Вот почему. — толковал Культяпкин. — наши победы столь непостоянны.

И вот теперь тысяча похожих на прямоходящих крокодилов тварей шла по склону горы. Скафандр был громоздок и весьма неудобен, отчего движения псов походили на неуклюжую походку рыцаря в полном вооружении.

— Мы беззащитны… — у Культяпкина даже усы обвисли от предчувствия поражения.

Собакоиды шли по открытому склону, с каждым шагом приближаясь к неизбежной победе. Они тяжело топали по камню своими когтистыми крокодильими лапами, а в открытые забрала виднелись их широкие морды. Два ряда зубов скалились на котов — крокодалсовые и собачьи.

— Сделайте же что-нибудь, Моррис! — вскричал старик.

— Уже, уже! — бормотал тот, поглядывая то на небо, то на идущих торжественными рядами собакоидов.

— Подъём!!! — закричали сверху. — Враги идут!!!

В ракетах началось шевеление и крики — коты пытались подняться после своего феноменального обжорства.

— Ну всё, паника пошла. — со смешком заметил Моррис.

— Вам смешно?!! — вознегодовал архивариус. — Вы удивляете меня, Моррис!

Забыв об опасности, квази ринулся из убежища, чтобы поднять в битву братьев-квази.

— Стой! — громовым голосом крикнул стратег и за хвост втянул старика обратно. Тут перед носом Культяпкина с грохотом ударило в камень нечто странное и тут же разлетелось на куски.

На каменное плато падал чудовищный дождь из крупных предметов, в которых можно было признать погибших скворров, мёртвых собакоидов, множество всякой утвари. Это падало обратно всё то, что взлетело при вторжении армии квази. Снаряды были увесисты, некоторые даже не успели разморозиться — огромные птицы взрывались при ударе о камень. Вот почему Моррис велел ставить корабли вертикально! Он знал, что это будет!

Квази сидели в своих крепких деревянных кораблях, которым удары мороженой птицы и собачатины были нипочём, даже при разбитых иллюминаторах, а вот нападающим пришлось очень скверно. Густой дождь из мороженого мяса и кирпичей сбивал их с ног, снаряды обрушивались на них, по камню разлетались куски, на которых скользили ноги. Бронированные монстры падали и катились по склону к стоянке вражеских ракет.

— Вот тут бы сети! — скулил в азарте Культяпкин. — Тащите сети! Вяжите негодяев!

Однако, сети тут были совершенно не нужны, поскольку со скафандрами собакоидов стали происходить странные вещи. Непробиваемые доспехи вдруг начали рваться и расползаться, теряя куски. Потрясённые коты наблюдали из своих иллюминаторов как их враги лишаются своей защиты, враз становясь крайне уязвимыми под градом падающей птицы. Спустя ещё несколько минут с отрядом собакоидов было покончено — они более не двигались. И тут только в кораблях дружно раздался громовой вопль восторга. Первый бой был выигран даже без всякого участия квази-котов. Вокруг кораблей валялась битая и расплющенная птица — псы лишились своих запасов пищи, так много было погибших скворров. И это только те, что выпали здесь, а сколько их попадало по всей планете!

— Дайте мне бумагу. — прошептал Культяпкин, глядя огромными глазами поверх очков на картину потрясающего побоища.

— Первая проверка. — тихо сказал Моррис Инге. — Он испытывает нас.

— Так это не победа?! — потряслась она.

— Нет. Это в манере Рушера — выслать пробные силы и посмотреть, что будет.

Поэтому Моррис, хотя и принимал восторженные поздравления, был весьма сдержан. Он был уверен, что самого Рушера в тех горах не было — он наверняка по своей обычной манере прятался где-нибудь подальше и в безопасности наблюдал результаты боя.

По каменной пустоши, которая простиралась на сотни миль вокруг, прошла волна дрожи. В окнах кораблей задребезжали осколки стёкол и мелко заплясали пустые тыквы.

— Начинается землетрясение. — деловито заметил вождь Ватрушка. — Пора мотать отсюда, пока не попадали ракеты.

В другое время они бы просто бросили свои корабли и удрали бы, случись им опуститься на Псякерню в районе вулканов, потому что без состояния невесомости корабли подняться не могли. Спасало то, что войско квази-котов рассеивалось обычно по всему континенту и вело мелкие стычки там, где случалось окопаться его частям. Теперь они впервые действовали всем составом и ещё не знали, хорошо это или плохо.