Алекс Карр - 9-я книга. Тарат Зурбин

Это был довольно необычный космический корабль и он очень сильно отличался от стандартных исследовательских крейсеров. Он и сейчас находится в полном моем распоряжении, Джейн, и вы увидите его очень скоро. "Ксириз", последние три года находится в научной экспедиции в Плеядах, но Эд недавно был в глубоком космосе и долетел до нашей базы на Скайнете, откуда он послал сообщение по эстафете гиперсвязи, так что к тому моменту, когда мы дойдем до Скайайриша, этот корабль будет дожидаться нас там…

Элвис коснулся клавиш пульта и на огромном экране появилось объемное изображение ярко-желтого корабля, похожего на гигантского броненосца с восьмью короткими, толстыми лапками и овальной, уплощенной головкой с одним единственным круглым, выпуклым глазом кокпита навигационной рубки. Джейн не с чем было сравнить размеры этого корабля, но Элвис устранил этот пробел, негромко сказав ей:

– Джейн, длина "Ксириза" составляет две тысячи триста сорок метров, ширина – восемьсот пятьдесят, а высота – тысячу двести десять метров. По своему классу "Ксириз", название которого может быть переведено с тайри, как "Вызов", относится к тяжелым ударным крейсерам, но это сугубо мирное судно и потому оно имеет лишь вооружение легкого крейсера оборонительного назначения. Основной конструкционной особенностью этого корабля является его сверхпрочный корпус, способный противостоять атмосферам, состоящим из агрессивных газов и его способность находиться до двадцати пяти лет в режиме автономного полета на сверхсветовых скоростях. В следствие этого на борт "Ксириза" могло подняться не более одной тысячи семисот пятидесяти ученых и тысяча двести восемьдесят членов экипажа и космодесантников…

– Хорошо, Элвис, я думаю, что и этих сведений о "Ксиризе", для миссис Коллинз, будет пока что достаточно. – Перебил андроида Эмиль Борзан и продолжил свой рассказ – Да, в эту экспедицию смогли отправиться не все сотрудники моего института и мне пришлось выслушать немало горьких упреков. К счастью, вопреки мнению нашего главного военного администратора, моим сотрудникам была вовсе не чужда дисциплина и, не смотря на то, что мы не привыкли к столь явно выраженной субординации, как команда "Уригленны", мои приказы исполняются столь же четко, как и его собственные, ну, а в том, что их во всеуслышание комментируют, я не вижу ничего страшного. Главное, чтобы они исполнялись.

Сейчас, оглядываясь назад, я могу смело сказать, что то утро и тот день, когда небольшом космодроме моего института собрались тысячи интари, чтобы проводить нас в полет, были самыми счастливыми в моей жизни. У меня за плечами была долгая жизнь, я был отцом семи сыновей и пяти дочерей, которые родили девять моих жен. В тот момент я был разведен в девятый раз, снова влюблен в молоденькую интару-тайри, мечтал вновь стать отцом и у меня был самый совершенный исследовательский корабль, о котором только можно было мечтать, ученому, полному сил и энергии.

Наша экспедиция к мирам майрумского цикла была рассчитана на пять лет и мы собирались внимательно изучить биосферу, как минимум, пяти миров, но, в конечном итоге, исследовали лишь три. Правда, на последней планете, на Удинахе, мы пробыли не год, как планировалось, а шесть с половиной лет, так много интересного мы открыли в этом удивительном мире, обращающемся вокруг горячей, голубой звезды Линнис. Не жди нас на Интайре с таким нетерпением, я бы продлил срок исследований этого мира еще лет на пять, так много удивительных открытий нам удалось сделать.

Звездная система Линнис состояла из семи планет. Шесть располагались слишком близко к звезде и потому были полностью лишены не только жизни, но даже атмосферы, которую просто сдуло солнечным ветром этой горячей, ослепительно яркой звезды. Зато седьмая планета, Удинаха, обладала как роскошной, плотной атмосферой, так и очень развитой биосферой. Тепла и света эта планета получала более, чем достаточно, а избыток ультрафиолета только подстегивал биохимические процессы этого мира.

Удинаха, поначалу, показалась нам молодой планетой, которой предстоит развиваться еще миллионы лет, прежде чем на ней появятся животные с высокоразвитой нервной системой и настоящим мозгом, который возможно станет когда-нибудь вместилищем разума, но это оказалось не так. После того, как мы провели по одному году на Банере и Ротане, я считал что нас уже ничем не удивить, ведь это были очень опасные миры, в которых, помимо агрессивной атмосферы, нам противостояла такая же агрессивная и полная опасностей биосфера.

И на одной, и на другой планете уже имелись высокоразвитые животные, которые воспринимали нас как аппетитные бифштексы, а это было весьма трудно, противостоять зубастым тварям, имеющим размеры краулера и состоящие к тому же из плоти, имеющей плотность чуть ли не керамита. К тому же зубы и когти у них имели прочность самых лучших сортов кристаллизованного металлокерамита, ну, а мозгов в их здоровенных черепах вполне хватало на то, чтобы понять очевидное, – внутри желтого холма, внезапно появившегося поблизости, находится что-то вкусненькое и беззащитное.

В последнем они, конечно, заблуждались. Как сам "Ксириз", так и вся та техника, которая имелась на его борту, все-таки были прочнее и мощнее, чем все эти ползающие, ходячие и летающие ужасы. К тому же мы были отлично вооружены. Тяжелое оружие мы старались не использовать без крайней необходимости, но в нашем арсенале было вполне достаточно всяческих сюрпризов, начиная от литиевых и натриевых гранат, которые, в атмосфере с высоким содержанием фтора и хлора, вспыхивали таким ярким пламенем, что оно даже затмевало собой свет их бело-голубых светил. Ну, и ещё фтористо-хлористые соединения лития и натрия имели для обитателей Банера и Ротана очень неприятный запах. В других случаях в ход шли различные углеводородные соединения, но мы применяли их очень редко, так как эти вещества были смертельно ядовиты даже для крупных животных, как впрочем и наша собственная плоть, так что эти твари зря пытались пообедать нами. В данном случае обед совсем не пошел бы им впрок.

Когда, через два с половиной года мы перебрались на Ундинаху, которая была открыта лишь за пять лет до нашего старта и даже не была толком обследована, я не испытал никакого восторга, одно только сплошное беспокойство. С борта исследовательского крейсера на планету было сброшено несколько автоматических зондов, но они разрушились еще в верхних слоях атмосферы. В таких условиях о высадке десанта не могло идти и речи, так как на поверхности нас ждали сплошные загадки.

Поэтому, хорошенько изучив с низкой орбиты поверхность планеты и особенности её атмосферных вихрей, мы осторожно пошли на посадку. Не будь "Ксириз" столь огромным и не имей он ионно-вихревых двигателей такой мощности, нам бы пришлось очень туго, ведь помимо своего химического состава атмосфера Удинахи отличалась вихрями просто чудовищной скорости и мощи. Хорошо было еще то, что на этой планете был гористый ландшафт со множеством не слишком активных вулканов и в горных долинах не было таких сквозняков, как на высоте в пятнадцать километров.