Владимир Яценко - Русский фантастический, 2015 № 01. Черновики мира [Антология]

— Точу. Но не только. Я… песни начал писать.

— Песни?

— Да. Шум станка однообразен, хочется чего-то нового. И, когда иду с работы, прислушиваюсь к шуму ветра, шелесту деревьев, пению птиц, стуку шагов, шуршанию шин… И песни слагаются сами собой. Их уже многие поют. Ты разве не слышал?

И он насвистел простенький мотивчик, который, случалось, доносился из окон проезжающих автомобилей или который намычивали прохожие, опускающие монеты в миску Бик-Шмака.

— Это — оттуда? — Бик-Шмак указал на купюру. Две смотрелись в миске намного солиднее одной.

— Нет. За песни пока ничего не платят. Может быть, потом…

— Понятно…

— А ты все копишь?

— Как видишь. Спасибо тебе. Теперь накоплю быстрее. А потом как-нибудь встретимся, посидим…

— Ну да! Потом у тебя будет другая компания…

— Что ты! Разве я забуду старых друзей!

— Ну смотри! Ты пообещал!

Барг-Чизген ушел.

А в миску Бик-Шмака опускалась третья купюра.

— Ба! Да это ты! — чуть не заорал он. Не на купюру, конечно, — на Чик-Спрая.

Чик-Спрай задержался в нищих, наверное, дольше всех из этой троицы. Он хотел стать шофером-дальнобойщиком, а приличный тягач и хорошая фура стоят довольно дорого. Конечно, меньше, чем пост генерального директора крупнейшей корпорации, но все-таки… К тому же Чик-Спрай хотел возить мороженое и охлажденные напитки в южные районы, чтобы повидать море, а рефрижератор стоил дороже, чем обычная фура.

— Как дела? — с подозрением спросил Бик-Шмак. — Ты, случайно, романы писать не начал?

— С чего ты взял? — удивился Чик-Спрай. — Шоферю, как прежде.

— Да тут сегодня ко мне подходили Карт-Фрай и Барг-Чизген, — важно протянул Бик-Шмак, — так один картины рисует, а другой песни сочиняет. Вот я и подумал: может, ты детективы писать начал?

— Нет, некогда, — отмахнулся Чик-Спрай. — Целыми днями за баранкой, до писанины ли тут? Песни Барг-Чизгена по радио слышал, знаю. А что Карт-Фрай художником заделался, впервые слышу.

— Сказал, выставка будет в Национальной Галерее.

— Молодец! Надо будет сходить, посмотреть.

— А ты точно ничем не занимаешься? — подозрительно спросил Бик-Шмак.

— Точно, — улыбнулся Чик-Спрай. — Я… города собираю.

— Го-ро-да? — протянул Бик-Шмак.

— Ну да. Я же дальнобойщик. Езжу, смотрю, запоминаю, фотографирую. Города, пейзажи, растения. Увижу что-нибудь интересное — остановлюсь, сфотографирую. А потом размещаю в Интернете.

— А в море искупаться удалось? — вспомнил Бик-Шмак.

— Всего один раз, — с сожалением вздохнул Чик-Спрай. — Пока разгружали рефрижератор. Но ничего, скоро опять на юг поеду, может, еще разок окунусь.

— Удачи!

— И тебе тоже.

Когда Чик-Спрай ушел, Бик-Шмак задумался: всем удалось осуществить свою мечту. Да еще и попутные занятия появляются. А чем бы ему заняться, когда осуществится мечта? Бабочек коллекционировать? Или старинные картины? А может, к тому времени и Карт-Фрай в моду войдет…

Додумать Бик-Шмак не успел: возле него остановился роскошный автомобиль.

Бик-Шмак улыбнулся: сегодня удачный день. Если владелец автомобиля даст хотя бы одну сотую от его стоимости, а такие случаи бывали, мечта Бик-Шмака приблизится еще на пару дней.

Человек вышел из автомобиля и приблизился. Бик-Шмак, улыбаясь, поднял мисочку и протянул навстречу. Пусть посмотрит, что перед ним не простой нищий, а успешный!

Вон сколько ему сегодня подали! Такой человек, несомненно, достоин того, что написано на тарелочке!

Человек наклонился и посмотрел Бик-Шмаку в лицо. Губы его искривились в странной улыбке.

— Так это ты намереваешься занять мое место? — спросил он. — Ну ты и наглец! Не бывать этому!

И, не успел Бик-Шмак опомниться, как нынешний генеральный директор крупнейшей корпорации схватил тарелочку с сегодняшним подаянием и высыпал себе в карман.

Андрей Фёдоров

Сверхновый завет

Все четверо влетают в кабинет одновременно: оба моих помощника и два их вопля:

— Срочный объект!

— Гарантийный вызов!

Я спокойно киваю:

— Давайте по порядку. Справа налево.

— Появился объект, — начинает Яго. — И проект, и монтаж, причем без предварительных согласований. Плюс троекратная оплата за срочность.

Это хорошо. Значит, клиент практически в отчаянном положении. Чем хуже ему — тем лучше нам. Не будет лезть под руку с советами.

— Требование по гарантии с последнего объекта, — докладывает Ким.

Вот же пакость! На той планетке мы поставили совершенно надежную систему, никаких неполадок даже предполагаться не должно. Да вот поди ж ты…

Я гляжу на второго помощника, он пожимает плечами:

— Я не в курсе, что там не так. Но клиент воет. Говорит, что весь его тысячелетний план летит в тар… тартары, что ли? И обвиняет нас. Говорит, система воздаяния отказала.

Угу… — Похоже, заказчик — бог старой школы. К ним обычно пафос высказываний прилагается.

Я стучу ногтем по столу. Парни заметно нервничают. Понимаю их, но паниковать не собираюсь. Если наша работа чему и учит, так это что спешка ни к чему не приведет. Вера не торопится и не опаздывает. Она всегда приходит вовремя. По заказу.

— Хорошо, пойдем, пообщаемся с клиентом. По пути ты, Яго, расскажешь мне, что там за срочный такой объект.

Пока я собираюсь, есть время подумать. Прошлая работа запомнилась хорошо. Там ставили старую, исключительно надежную религию — заказчик настоял на этом особо. Он и выбрал вариацию. Я произвел предварительные расчеты, несколько раз вышел на местность, долго согласовывал мелочи. И только после соблюдения всех тонкостей подготовил проект, а команда приступила к монтажу веры. Сначала, согласно плану, появился пророк, потом — по всем нормам, второй. Как и положено, между ними не менее двух веков. Созданием нестабильной обстановки, в которой и должна была зародиться религия, занималась дружественная организация. Работу свою они выполнили очень качественно, придраться было не к чему. Несколько сражений на религиозной почве — и мы организовали пару святых мест. Не так далеко от этой планеты (недалеко — в метафизическом плане) работали коллеги, поэтому, чтобы исключить опасные наводки, мы даже паломников экранированными сделали. Потом создали поле веры с тремя степенями защиты от неверия. Если бы кто-то из населения перестал верить в нашего клиента, то он автоматически переводился бы на поклонение чему-нибудь другому — по его мнению, но того же самого поля — по большому счету. Он бы думал, что атеист, и источал бы веру в атеизм. Ну, в общем, примерно так. И напоследок осталось самое сложное — программирование и присваивание религиозно-сетевого адреса каждому живущему на планете. Плюс создание запаса адресов на несколько тысяч лет вперед. Все сделано на ура, договор на обслуживание системы ждет подписания — и на тебе, неисправность…