Наталия Мазова - Киносъёмки

— Три гноминки, говорю я ему, и ни монетой больше! И тут этот шакал вынимает гномье Кольцо…

— И вкладывает им Арсулу промеж ушей! Жалко, конечно, колбасы, зато враги не пролезли, а за ужином мы возместили это дело…

— Урукхаем, да еще и с катапультой! Валары не имели права этого делать, ведь моя жена положила мне на могилу…

— Банку сгущенки. А он и говорит: "Неужели вы так дешево цените вашу подругу? Ведь Денэтор за вас половину золотого запаса Гондора отдал!"…

— Боромиру. Но надо отдать ему справедливость, он не собирался нести его в Минас-Тирит, это его Леголас спровоцировал…

— Мечом по спине, а назгул орет, что улетает, и вместо двери лезет в дымоход…

— Да, дивный народ эти эльфы, что и говорить…

Ариэль потихоньку хмелела от этих разговоров и не сразу разглядела в толпе "партию серых". Девчонки сидели в углу двора, рядом с малиновой палаткой, из которой доносилась ругань — оба Владыки Раздола все еще выясняли отношения.

Если Сента ходила в игровой одежде и раньше, то остальных девчонок Ариэль впервые видела в парадном прикиде. Хелл, своей не слишком утонченной внешностью напоминавшая ристанийку, и одета была в ристанийские цвета — зеленое с серебром. Мелиан, опрометчиво нарядившаяся в лимонно-желтое эльфийское платье "от Мари Шедло", теперь куталась в теплый коричневый плащ. Обеим девчонкам эта одежда придавала изящество и даже красоту, и на их фоне Таллэ выглядела довольно буднично: коричневый свитер с вышитыми рунами: "Таллэ из Гондора", «Дол-Амрот», "Амон-Лоин", сверху накинут потрепанный зеленый плащ. У этой девчонки был принцип: "Если женщина не носит украшений — значит, она в этом не нуждается — значит, она и так красивая". А Эленсэнт, как всегда, была в сером, лишь на груди поблескивали голубые стразки.

— По-моему, девчонки, вы сидите в самом холодильнике, — обратилась к ним Ариэль. — На стенах и то теплее.

— Так полезли на стены, — отозвалась Хелл. — А то я не люблю, когда Мелиан у меня над ухом зубами стучит, а я ничего сделать не могу.

— Там же Серый Отряд, — Мелиан решила чуть-чуть поломаться. — Они снова заставят меня петь.

— Ничего страшного, — ухмыльнулась Хелл. — Споешь пару песен, авось согреешься.

…Когда Ариэль с девчонками вскарабкались на стену, их на минуту ослепил яркий свет. В небольшое отверстие в кораллите был вставлен горящий факел, пропитанный каким-то остро пахнущим составом. Время от времени вниз падали огненные капли, но быстро гасли на влажных бревнах. Под факелом устроилась довольно большая компания — лихолесские эльфы, три или четыре морийских гнома, несколько членов Серого Отряда. Завидев девушек, они наперебой закричали.

— А вот и девчонки появились! Всем привет, а Хелке особый!

— Хэлло, Мелли, давно не виделись! Гитара при себе? А то мы соскучились по ковбойским песням.

Эленсэнт подала Мелиан свою гитару. Тут же посыпались заявки:

— Спой про лихого орка!

— Спой частушки!

— Для гномов — "Песню голодного хоббита"!

— Что-нибудь новенькое!

— Не все сразу, — отбивалась Мелиан. — Заявки выполняются по мере поступления.

Она протиснулась в середину круга, осторожно, чтобы не помять платье, уселась под факелом и торжественно объявила:

— Средиземска украинска народна песня про лихова орка!

Раздались смех и аплодисменты, и Мелиан запела. Ариэль не особенно вслушивалась в слова, так как уже наизусть знала этот вывезенный из Харькова прикол. Она стояла у самого края стены и разглядывала толпу, постепенно переполнявшую двор. Видно, средиземским девушкам были не страшны ни холод, ни ветер — одни, как Ариэль и Хелл, пришли в боевой одежде, другие, как Розамунд, набросили шубки поверх роскошных нарядов, третьи, как Мелиан, кутались в длинные плащи.

Едва Мелиан кончила песню, как тут же, перебивая друг друга, начали высказывать новые пожелания, но все их перекрыл дружный крик Серого Отряда:

— Ранчо! Хотим на ранчо!

— Ковбойская народная песня "Жили у бабуси два веселых гуся"! — тут же откликнулась Мелиан. — Припев поют все!

Жалобно звякнули струны, и Мелиан провыла, запрокинув голову:

Жили у бабуси два веселых гуся,Один серый, другой белый,Два веселых гуся!

И вдруг зазвучала задорная мелодия в стиле кантри, и дружный хор подхватил припев:

На ранчо, на ранчоСкоро я вернуся,Жили-были два гусяУ одной бабуси!

Ариэль тряхнула головой и счастливо рассмеялась. Что-то необыкновенно светлое и радостное родилось в эту минуту в ее душе, но еще не умело найти себе выражение. И она просто стояла на стене, глядела на луну, всплывавшую над лесом, и притопывала ногой в такт мелодии.

— Старуха мчится прочь, к племяннику в Монтану! — надрывалась за ее спиной Мелиан.

Внезапно пронесшийся над стенами порыв ветра пробрал Ариэль холодом до самых косточек и заставил зябко передернуть плечами. "Зря я не захватила свой плащ", — промелькнуло у нее в голове.

И тут, словно в ответ на эту мысль, темно-серый, длинный и теплый плащ опустился на ее плечи, укрыв Королеву до самых пят. Она повернула голову и встретилась взглядом с незнакомцем в одежде Серого Отряда.

— Мне показалось, что вам холодно, Королева, — сказал он, и в его манере чуть растягивать слова, словно пробуя их на вкус, Ариэль почудилось сходство и с Нелдором, и с Наталией Эрратос.

Черные глаза, длинные черные волосы, схваченные кожаным ремешком со звездочкой из потемневшего от времени металла во лбу, странно светлая для человека с Озы кожа… Тип лица еще не кор-эндалльский, но уже вполне нуменорский. На черной кожаной куртке — значок: черный щит, и на нем меч, окруженный белым сиянием… Значит, и на Играх прошлого года он был дунаданцем.

— Как твое имя, следопыт Севера? — спросила Ариэль, глядя ему в глаза.

— Гилморн, — ответил он. — Раньше был в Сером Отряде из Уфы, теперь нахожусь под командованием Нелдора.

— Значит, это он направил тебя ко мне? — спросила Ариэль, заворачиваясь в плащ, на котором она уже разглядела застежку в форме большой восьмилучевой звезды из сребропласта.

— А разве сам Нелдор не сделал бы для вас то же самое? — рука в черной перчатке легла на плечо Ариэль, и внутри у девушки словно что-то оборвалось.

Тем временем Мелиан допела «Ранчо», и в круг вступил новый гитарист высокий юноша с таким же, как у Гилморна, знаком дунаданца. Решительным движением Гилморн раздвинул компанию и ввел в круг Ариэль, а затем обратился к дунаданцу с гитарой:

— Алкар! Специально для Королевы — наш «Дилижанс»!