Сергей Беляев - Приключения Сэмюэля Пингля

- Он очень поздно занимается. Сидит в кабинете до зари, - сказал я. - Окно его освещено. Видно, как он сидит и читает.

- Ax, вы это заметили? - живо спросила Лиз.

- Ну да, - подтвердил я.

Мне было очень жаль, что профессор не показывается. Утешением были краткие записки от него, которые Лиз иногда мне передавала. Он, очевидно, поправлялся. И каждый раз, дежуря ночью в парке, я видел на шторе окна силуэт Мильройса, склонившегося над столом и погруженного в чтение.

Он сидел неподвижно. А я думал: "Вот как человек умеет работать. Все на свете забывает для науки".

Я часто размышлял о Мильройсе. Он относился ко мне со своеобразной отзывчивостью, дал мне хорошее место... Будучи больным, он находил время следить за моей работой, но очень мало разговаривал со мною, и мне казалось, что он постоянно наблюдает за мной издали, хотя проще было бы прямо подойти ко мне. Но, видимо, в его характере было делать добро людям таким образом. Да и слишком занят он был, чтобы каждый день разговаривать со сторожем своего парка.

В одну из ночей Вандок влез в парк за джиррами.

- С благополучным прибытием, - раздраженным тоном приветствовал я вора, когда ровно через час после полуночи он перелез через стену.

- Благодарю вас, Пингль. - вежливо ответил Вандок.

- Вы знаете мое имя? - изумился я.

- Что ж удивительного в том, что я знаю "Человека легче воздуха"? На последний доллар я купил тогда место в "Колоссэуме" и сразу узнал вас. Сказать по правде, вы имели очень растерянный вид, когда лежали в люльке.

Он быстро и бесшумно шарил в кустах.

- Послушайте, куда девались джирры, Пингль? - довольно (фамильярно прошептал он мне. - И вообще... кажется, вы нарочно набросали сюда ехидн?

- Я только что хотел предупредить вас, Вандок, что джирры теперь ночуют у южной стены.

- Ваши слова помогут мне ускорить неприятную операцию поисков дичи, любезно поблагодарил Вандок, перепрыгивая через канаву. Он быстро стал наполнять мешок.

- Не больше пяти штук, - предупредил я его, зажигая фонарь, - Покажите, сколько вы собираетесь тащить? Вандок раскрыл мешок.

- Пять ровно. Все налицо. Но я бросаю это занятие. Профессор ваш болен, а эта старая дева Лиз не нуждается в змеином товаре. Хоть бы вы похлопотали за меня, друг, и помогли безработному. Кстати, чем хворает ваш Мильройс?

- У него была лихорадка, но теперь он поправляется, хотя и не выходит из своей комнаты.

- Бедняга, - пробормотал Вандок и попросил разрешения закурить. - Всего несколько затяжек. Привык к трубке, отбивает аппетит. - Он осторожно чиркнул зажигалкой и пыхнул табачным дымом. - Как же это угораздило профессора схватить Желтого Джека? Давно?

- В день отъезда племянника. Но что вы меня расспрашиваете?-обозлился я.-Вам пора в обратный путь.

- Какой вы добрый, Пингль, и какой нервный, - просто и мягко ответил Вандок. - Вашей услуги в прошлый раз я не забуду никогда. Но довершите начатое... Я знал племянника Мильройса, но давно потерял его из виду. Это замечательный человек.

- Да, - подтвердил я. - Он известный ученый, написал книгу, жил на Яве...

- Ну да, тот самый. Он добрый и отзывчивый. Ах, Пингль, если бы... Ведь я давно хочу начать честную жизнь. Если бы я знал, что племянник Мильройса здесь, я бы открыто пришел к нему, рассказал все, и он бы взял меня к себе на работу.

- Доктор Рольс сейчас в Масатлане, - ответил я. - Это, кажется, в Австралии...

- Совершенно верно, в Австралии, недалеко от Южного полюса, - странным голосом проговорил Вандок. - Ну, до свиданья, Пингль, спасибо за сочувствие. Может быть, и я скоро уеду в Масатлан.

Он быстро вспрыгнул на забор и скрылся.

Отходя от стены, я споткнулся обо что-то и чуть не упал. Это валялся мешок с джиррами. Вандок забыл свою добычу.

ПЯТАЯ ТЕТРАДЬ

Утром я пришел в лабораторию и поздоровался с Лиз.

- Профессор просил передать вам эту записку, Пингль, - сказала она приветливо.

- Благодарю вас; мисс Элизабет. Как здоровье нашего доброго профессора? спросил я, беря записку.

- Сейчас он почти здоров. Впрочем, читайте.

В записке я нашел следующее:

"Пингль! Все-таки я недоволен вами. Вчера вы небрежно приготовили растворы. Жалею, что я еще настолько слаб, что не могу выходить на воздух и в лабораторию. Извольте сейчас же заново профильтровать растворы. Кроме того, вы очень долго возитесь с чтением пособия, которое я послал вам. К тому времени, когда я увижу вас, вы должны быть хоть немного подготовлены теоретически".

- Я огорчен этой запиской, - сказал я, чувствуя себя взволнованным. Нельзя ли мне повидать профессора? Я бы рассказал ему...

- Нет, нет, - возразила Лиз. - Сейчас нельзя. Вы хотите рассказать ему о своей работе? Он сам скоро узнает, как вы у него работаете...

Мне показалось, что она слегка подчеркнула последние слова. Почему-то мне в ту минуту вспомнились хитрые глаза Вандока и его визит в парк этой ночью. Надо развязаться с этим парнем.

- Меня интересует, почему профессор дал мне книгу о вирусах, - проговорил я полувопросительно. - Ведь это мало касается змей...

Лиз снисходительно улыбнулась.

- Это только вам кажется. Змеи вовсе не являются в отношении вирусов исключением. Змеи тоже могут болеть. И. представьте, вирусными болезнями, притом очень эаразными. И если население парка начнет гибнуть, это убыток для нашей станции. Я высказываю только предположение, но думаю, что профессор хочет заняться этим вопросом и ему нужны понимающие дело помощники...

- О, тогда все понятно! - радостно сказал я. - Теперь у меня к вам просьба, мисс Элизабет. Я приготовил небольшой конспект. Передайте его профессору. Нас так учили в школе: не полагаться целиком на память, а записывать главное из прочитанного.

Лиз взяла блокнот с моими записями и с интересом перелистала его.

- Обязательно передам, - произнесла она. - Этим

вы доставите профессору большое удовольствие. Он так хорошо к вам относится, - заметила она при этом.

Она прочитала вслух из моего блокнота:

- "Вирусы - агенты болезни и смерти - нападают на самые разнообразные живые существа, начиная от бактерий и кончая человеком". -Да, - сказала Лиз, и бактерии страдают от вирусов. Вирусы могут уничтожать бактерии. Ведь вирусы чрезвычайно малы по размерам. Гораздо меньше микробов. Изучение вирусов представляет величайший интерес. Ведь с ним теснейшим образом связано решение основных проблем биологии - о происхождении жизни, о границе между живым и мертвым в природе...

- А если откроют, что вирусы не существа? - спросил я, заинтересованный тонкостями биологии.

- Если вирусы окажутся органическим веществом, то химия рано или поздно будет в состоянии искусственно приготовлять их в лаборатории, а потом готовить и противоядия против них...