Владимир Синельников - Веер Миров

– Что вы себе позволяете?! – прорычал он, повернувшись к нам. – Я не потерплю, чтобы безнаказанно оскорбляли членов моей команды.

– Но позвольте, – попытался образумить его Ар­тем. – Ваш помощник напал на женщину…

– Если это замужняя женщина, то она должна находиться при муже, – капитан глянул на прижавшуюся к борту за нашими спинами Дару, – а не пытаться соблазнять моих матросов.

– Постой, – тихо остановил я пытавшегося возразить Артема. – Бесполезно. Проберись в каюту и приготовь автомат.

Артем отступил к трюму, а его место тотчас заняли Морис и Фил.

Капитан презрительно поглядел на меня:

– Теперь по закону нашей страны Лапарра поквитается с тобой за нанесенное ему оскорбление. Но я не потерплю вооруженной схватки на борту моего судна, поэтому вы будете драться безоружными. Готовься, чужеземец, доказать, что ты настоящий мужчина и эта женщина по праву принадлежит тебе.

Я увидел, как радостно осклабился Лапарра и, отдав нож и ятаган, начал снимать кожаную безрукавку, оставшись в одной рубашке и полотняных штанах. За ним полукругом стоял сброд, называемый судовой командой, и с нетерпением ожидал начала развлечения. Обернувшись назад, я встретился взглядом с Артемом. Он успокаивающе кивнул и похлопал по висевшему под рукой АКМ. Еще раз оглядев присутствующих, я подумал, что Лагранж был прав насчет необоснованной агрессии. На месть за карточный проигрыш это никак не походило. Ну что ж, придется драться, хотя этот бугай раза в полтора тяжелее меня. Отдав перевязи с мечами Даре, я разулся. Палуба приятно холодила ступни, вокруг стояла утренняя тишина, нарушаемая только плеском воды за бортом. С берега доносился пряный запах цветущих лугов. В какой-то момент то, что предстояло, показалось мне диким кошмаром, привидевшимся с тяжелого похмелья. Казалось, встряхнись, и этот сон канет в небытие.

Вышедший в круг Лапарра вернул меня к действительности.

– Готовься, мозгляк. – Он презрительно плюнул мне под ноги. – Скоро твоя женщина обретет настоящего мужчину.

Лапарра легко и грациозно для такой массы тела пошел на меня, поигрывая могучими бицепсами, сплошь покрытыми татуировкой. Глядя на его профессиональную боксерскую стойку, я даже удивился, так как ни разу не видел бокса на ярмарочных состязаниях бойцов в Шакти.

– Минуту, – решительно выступил вперед Фил. – Капитан, гарантируете ли вы оставить нас в покое в случае победы моего товарища в поединке? В противном случае мы все примем участие в схватке, но с оружием в руках.

– Я не думаю, что кто-то из вас в состоянии справиться с Лапаррой, – процедил сквозь зубы ка­питан. – Но в случае победы я обещаю вам полный покой.

* * *

Мы двигались по кругу, изучая возможности друг друга. На ближней дистанции мне против Лапарры не продержаться и минуты. Потом, он слишком уж уверен в положительном исходе схватки. Если это опытный боец, то должен знать, что не всегда бои выигрываются с помощью силы. Значит, у него есть еще что-то в запасе. Или какой-нибудь подленький приемчик портовых забияк, или он прячет на себе оружие. Тут Лапарра неожиданно пошел вперед. С трудом парировав прямой в голову, я увидел летящую мне в район печени ногу противника. Поймать ее в захват я уже не успевал и развернулся, чтобы удар прошел вскользь. Но и удара вполсилы оказалось достаточным, чтобы отшвырнуть меня метра на три в сторону. Это был уже не обычный бокс, а тайский, распространенный в нашем мире в Юго-Восточной Азии. Где мог научиться этому непростому виду боя мой противник? Лапарра кинулся ко мне, спеша добить, но я успел подсечкой сбить его с ног и одновременно вскочил сам. Мой противник грохнулся на спину, но тут же ринулся на меня из неудобного положения, метя обеими ногами в грудь. Легко уйдя в сторону, я пропустил летевшее на меня тело в толпу болельщиков. Вскочив, Лапарра опять пошел на меня. Глядя на разгорающийся огонь бешенства в его прежде насмешливых глазах, я решил, что это не такой уж опытный противник. Он привык побеждать только за счет грубой силы и знания кое-каких приемов. Тем не менее Лапарра не шел на обострение, а кружил вокруг меня, прощупывая защиту осторожными ударами. Ну, на то, чтобы держаться на дистанции, мастерства и сил у меня пока еще хватало. Но противник мог измотать меня и не входя в ближний бой. Значит, его надо было вывести из себя, чтобы он окончательно забыл об осторожности.

– Ну что же ты, настоящий мужчина, – засмеялся я, провоцируя противника, – боишься ближе подойти? Или повредил свое мужское достоинство от одного удара?

В этот момент Лапарра взмахнул рукой. Увидев металлический блеск, я успел дернуть в сторону головой, но что-то ощутимо резануло меня по виску, и в мачту вонзился, вибрируя, метательный нож. Лапарра прыгнул, нанося боковые удары по корпусу, от которых у меня перехватило дыхание. Я рванулся назад, опрокидываясь на спину и уходя из-под шквала ударов. Он кинулся за мной, молотя кулаками. Дальше уже было дело техники. Мой противник подставился под классический прием дзюдо, и я, перехватив рубашку на груди Лапарры, отправил его через себя, не фиксируя конец броска, а, наоборот, добавив ему скорости ногой. Лапарра с шумом пролетел надо мной и рухнул за борт, подняв фонтан брызг. Матросы испуганно загомонили, бросаясь к борту, но никто ничего не успел сделать. Вода в месте падения вдруг взволновалась и, вскипев под чьими-то могучими ударами, окрасилась кровью. Лапарра так и не вынырнул. Болельщики помощника капитана, развернувшись, с угрожающим видом направились к нам. Артем вскинул автомат, а Морис обнажил клинок, но тут в дело опять вмешался капитан.

Одним взмахом руки остановив толпу, он повернулся к нам.

– Поздравляю вас с победой, – кисло произнес он. – Но вы оставили меня без помощника и должны возместить мои расходы по найму нового.

– Ты обещал оставить нас в покое, – двинулся к капитану Морис, – и если не сдержишь свое обещание…

– Кто вам сказал, что я не держу обещаний? – воскликнул капитан, отступая поближе к своей команде. – Никто не будет претендовать на ваши вещи и задевать вас, но если вы не возместите мне потерю, то я вынужден буду сделать это за счет команды. В этом случае будет столько недовольных, что даже я с ними не смогу справиться. Никто не гарантирован от падения за борт, а река тут, как вы видели, просто кишит крокодилами.

– Держи, торгаш! – кинул ему мешочек с деньгами Артем. – Только не вздумай сказать, что этого не хватит. Иначе прямо сейчас решим, кто поплывет дальше, а кто послужит завтраком твоим речным сородичам.

Капитан, пересчитав деньги, повернулся к матросам: