Антология фантастики - Космический беглец

Феакс, смертельно побледнев, устремился к экрану.

– Верно. Можно различить даже название их космолета! - Он до максимума увеличил изображение и прочитал: - “Алкиноос”. - Феакс посмотрел на Ноосику каким-то мутным взглядом. - “Алкиноос”! - повторил он. - Но ведь это легендарное имя, дошедшее до нас из тьмы веков! - Он сделал паузу, нервно провел рукой по своей золотой тунике. - “Алкиноос”… Варвары, не являющиеся подданными Империи Антефаес и к тому же не принадлежащие роду человеческому!

На экранах удивительно четко крупным планом были видны люди, сгрудившиеся вокруг костров, разожженных, по-видимому, из окаменевших кусков дерева, и занятые приготовлением пищи.

– До они же пожирают ткань нашего Мозга! - задохнулся от возмущения Феакс и вдруг пронзительно заорал: - Откуда они взялись?!

– О! Это несложно вычислить, Повелитель, - откликнулся Аршо. - Кажется, я понял, в чем тут дело. Это - потомки одного из экипажей, пропавших без вести в то время, когда наши звездолеты еще бороздили бесконечность. Вероятно, наши сородичи осели где-то по ту сторону Великого Отчуждающего Барьера пятьдесят-шестьдесят тысяч лет назад и прижились там. А потом от отца к сыну передавались наши легенды, и эти люди понемногу достигли уровня, когда снова научились летать в космосе.

Феакс еще раз пристально всмотрелся в изображение на экране.

– Но у них не настолько совершенный корабль, чтобы преодолеть Великий Барьер, - заявил он. - В то же время проникнуть в нашу Империю они могли только оттуда, иначе среагировали бы предупредительные системы. - Повелитель, успокаиваясь, начал посматривать на экран с любопытством палеонтолога. - Удивительно, до чего же примитивными существами они так и остались!

– Это не совсем верно, Повелитель, - возразил Аршо. - Там есть и другие персонажи, взгляните! - Он сменил картинку. - Они идут вдоль пластин, изучая их, и, кажется, вот-вот поймут, в чем дело.

– И что… - Ноосика едва сдерживала охватившее ее возбуждение, - что вы собираетесь с ними сделать?

Феакс мельком взглянул на нее. Похоже, ее вопрос шокировал его.

– Но, дорогая моя, тут никакой проблемы и не возникает! Мы просто-напросто нейтрализуем больную часть Мозга, стерилизуем его пораженную часть, а их уничтожим.

– И даже не попытаетесь установить контакт? - осмелилась спросить Ноосика.

– Не думаю, что это представляет хотя бы малейший интерес, - равнодушно бросил Феакс.

– И все же, - настаивала молодая женщина, - они бы могли рассказать нам, откуда прибыли, что позволило бы обезвредить их планету.

Феакс задумался.

– Нет! Это ни к чему! По какой-то совершенно нелепой случайности они оказались здесь. Подобное если вообще когда-нибудь повторится, то не ранее чем через несколько сотен лет. Так что считаю самым разумным немедленно ликвидировать их.

Ноосика приблизилась к экрану. Она с живым интересом рассматривала этих незнакомцев, возникших откуда-то из иного бытия. Насколько же они отличались от жителей Антефаеса по внешнему виду! Ее особенно поразила бросившаяся в глаза мускулатура, выдававшая их большую физическую силу.

– И все же я считаю, что было бы весьма интересно изучить этих свалившихся нам на голову пришельцев. Посмотрите, они ведут себя уверенно, не как подневольные рабы. В их действиях - свобода, раскованность.

По губам Феакса зазмеилась тонкая улыбка.

– Вы очень проницательны, моя дорогая. Они и в самом деле выглядят как вполне самостоятельные, ни от кого не зависящие люди. Но именно поэтому я им не оставлю ни единого шанса на выживание.

Аршо, хранивший во время этого диалога молчание, одобрительно кивнул. Ноосика же покинула зал явно взволнованная.

Глава вторая

Пытаясь как-то защититься от нараставшей жары, Маоган вместе с остальными уцелевшими с “Алкинооса” укрылся в самой дальней галерее, там, где узел коридоров углублялся в самое чрево планеты.

– Все это весьма странно, - пробормотал Роллинг, который, даже задыхаясь от жары, продолжал как инженер и ученый любоваться удивительным совершенством окружавшего их мира. - Я готов поверить, что мы обнаружили искусственный мозг, только размером с целую планету. Если принять эту гипотезу, то все становится на свои места: пластины являются излучающими антеннами; шары - спутники вокруг Гадеса - ретрансляторы; каждая из многочисленных микроскопических граней - канал, по которому ведется передача.

– Вот именно, - согласился с ним Маоган. Он повернулся к Орвелу, лицо которого приобрело лиловый оттенок, а сам он был готов вот-вот упасть в обморок. - Если то, что говорит Роллинг, правда, то блоки мяса - не что Иное, как эквиваленты кристаллов наших электронных машин. С той лишь разницей, что понадобится целый килограмм самых качественных кристаллов, чтобы выполнить тот объем работ, который приходится на один миллиграмм субстанции, которую вы, Орвел, в этот самый момент все еще перевариваете в вашей утробе.

Орвел, которого Маоган успел выдернуть из мобиля в тот самый момент, когда луч лазера почти уже настиг его предпочел смолчать.

– Подобный мозг, - развивал далее свою мысль Роллинг, - в состоянии организовать жизнь целой Вселенной, а мы его так безобразно заразили всякой дрянью. Планета до нас была полностью стерильной, а мы, хотя и частично, вспахали и засеяли ее. Я даже не решаюсь представить себе размеры той катастрофы, которую мы тем самым могли породить.

– Все правильно, - совсем задыхаясь, с трудом выдавил Маоган. - Однако теперь все определилось и нам - конец. Они уже приступили к уничтожению путем выжигания той части мозга, которую мы инфицировали, выступив в роли бацилл. Это. конечно, наиболее эффективный метод. Если бы мне пришлось столкнуться с подобной проблемой, я, не задумываясь, поступил бы точно так же.

Рассуждая столь пессимистически, коммодор тем не менее, казалось, вопреки всем доводам рассудка, настойчиво продолжал терзать свой микропередатчик. У него был, возможно, один-единственный шанс из миллиона, что радиоволны пробьются сквозь гранитную плиту, под толщей которой они были погребены, и еще меньше надежды на то, что, даже поймав сигнал, их поймут. Но Маоган раз и навсегда усвоил в жизни одно жесткое правило: надежда умирает только вместе с тобой.

Когда-то давным-давно их, еще молодых космонавтов, собрал наставник и сказал следующее: “Ребята! Теперь вам предстоит пройти решающий тест. Кто выдержит его, тот поступит на службу, в противном случае - беспощадный отсев. - И он передал каждому коробочку с двадцатью замками, десятком кнопок на поверхности и кучей других технических премудростей. - Вас изолируют на пару суток, а по выходе вы обязаны эту штукенцию открыть”.